Полотно темных душ - Элейн Бергстром

– Существуют вещи, которые тебе следует знать, мой мальчик, – продолжила она и засмеялась, когда, вырвавшись от нее, Жон быстрым шагом пошел к дороге, навстречу приветливым огням гостиницы.

В гостинице мужчины распевали праздничные песни, причем голоса их звучали гораздо менее согласованно, чем обычно.

Миша со своими приятелями – Алденом и Джозефом – поджидал Жона у дверей гостиницы. Они заслонили ему дорогу, провоцируя его позвать на помощь. Жон молчал. Он даже позволил оттащить себя в темноту, под деревья, окружающие деревенскую площадь. Он сжал руки в кулаки, сдерживая те силы, которые пробудились в нем. Одного слова, жеста было бы достаточно, чтобы эти трое никогда больше его не беспокоили.

– Я видел, как ты глядел на луну, – прошептал Миша. – Что, наш праздник не был столь диким и необузданным, к каким ты привык?

В его словах явно была насмешка, но Жон не понял ее.

– Была ли женщина-оборотень столь же нежна, как девчонка, которую ты отбил у меня?

На этот раз оскорбление было более чем понятно. Этой ночью его один раз уже удержали, но теперь никто не помешает ему проучить наглеца. Жон был гораздо меньше Миши, но он с удовольствием предвкушал эту схватку. Бросившись на соперника, он, однако, ничего не достиг, так как приятели Миши схватили его за руки и поволокли глубже в чащу. Миша, закатывая рукава, поспешил следом.

Миша поступил как трус и дрался как трус. Сначала он избивал Жона таким образом, чтобы не оставалось синяков, но после того, как Жон удачно пнул его ногой в живот, Миша рассвирепел и принялся молотить его куда попало.

– Тащите его к реке! – задыхаясь, приказал он друзьям. – Привяжем его там, и пусть ночные твари выгрызут ему кишки.

– Ты не пойдешь с нами? – удивился Алден.

– Меня будут искать, – шепотом объяснил Миша, – лучше припомните, кто избавил вас от Владиша, когда он явился по ваши души.

Стараясь не потерять сознания, Жон молчал, пока его волокли сквозь густой подлесок к реке. У него были средства спастись, не прибегая ни к чьей помощи.

– После сегодняшнего праздника тут должно быть полно тварей, жаждущих мщения, – тревожно проговорил Джозеф, внимательно осматривая кусты.

Словно в ответ на его слова, в кустах на берегу реки что-то громко затрещало.

– Брось эту падаль! – крикнул Алден. Бросив Жона, оба парня бросились наутек.

Джозеф, чуть замешкавшись, внезапно почувствовал, как что-то схватило его за ноги. Падая, он перевернулся на спину, готовясь защищаться. Какое-то чудовище, гораздо больше и чернее, чем известные ему гоблины Тепеста, навалилось на него. Когтистые лапы разрывали его тело, а щетинистое рыло без труда запрокинуло его голову назад. Сдавленный крик, вырвавшийся из горла Джозефа, оборвался.

Жон выполз на обрывистый речной берег и повернулся, чтобы посмотреть на чудовище, так неожиданно пришедшее к нему на помощь. Тварь сидела возле тела юноши, низко наклонив лобастую волчью голову, и терзала горло юноши. Руки у твари были человеческие, тонкие пальцы с ярко накрашенными ногтями расшнуровывали ворот рубахи Джозефа.

– Маэв? – тихо позвал Жон.

Оборотень повернулся и слегка приподнял голову, словно узнав свое имя. В следующий момент вервольф снова занялся жертвой.

Алден добежал уже до середины поселка, прежде чем осознал, что его приятеля нет рядом. Двери всех домов были заперты, а ставни плотно закрыты. Единственный свет виднелся в гостиной, откуда доносились хриплые песни подгулявших посетителей. Это был единственный звук, который уловили его уши.

– Джозеф? – прошептал Алден в темноту, но не получил ответа.

Ему нужно было пойти домой и лечь спать, притворившись, что он ничего не знает о случившемся, но он знал, что никто не поверит ему. Его видели с Джозефом на протяжении всей ночи. Все их видели.

– Джозеф?

– Алден, – прошептал кто-то в ответ.

Ему навстречу, пошатываясь, шагнул избитый и окровавленный Джонатан. Несмотря на нанесенные ему побои, голос его звучал ровно и так тихо, что Алдену приходилось напрягаться, чтобы расслышать слова.

– Джозеф ранен, я оставил его у реки. Мне кажется, что ты предпочел бы пойти и помочь мне, иначе мне придется пойти в гостиницу, поднять там всех на ноги и объяснить, что случилось.

Джонатан был последним человеком, которому Алден мог доверять, и он прекрасно понимал это, однако теперь это его понимание было похоронено довольно глубоко. Алденом владел только страх. Он покачал головой, стараясь выиграть время, чтобы овладеть собой и попытаться понять, как ему лучше всего поступить.

– Я все знаю о Владише, – прошептал Жон.

Угроза не произвела на Алдена никакого впечатления. Он решил, что, после того как они отыщут Джозефа, он постарается сделать так, чтобы Жон не смог никому об этом рассказать. Сдержанно кивнув, Алден последовал за юношей с серебристыми волосами.

Джонатан на мгновение задержался у потухающего костра и указал на почерневшие кости пленного гоблина. Теперь, когда с его костей было сорвано все мясо, гоблин был больше похож на человека. Скелет маленькой руки продолжал цепляться за прутья клетки. Жон смотрел на это несколько мгновений, потом сказал:

– Твари подошли к самым границам поселка. Огонь сможет держать их на приличном расстоянии.

– Огонь, – механически повторил за ним Алден. Какой-то еле слышный, лукавый голосок в его голове твердил, что это слово вложил в его уста Жон, что этот юноша с серебристыми волосами каким-то образом управляет его мыслями, однако у Алдена не было сил сопротивляться. Он вытащил из поленницы возле костра пару длинных, хорошо просмоленных факелов и зажег их от углей. Высоко подняв факелы над головой, он пошел вслед за Жоном в темный лес, вздрагивая всякий раз, когда замечал поблизости темные тени.

– Джозеф? – позвал Алден на всякий случай, но от страха его голос прозвучал слабо и неуверенно.

Очень скоро они вышли к берегу, и Жон показал на что-то, лежащее у его ног на земле. Алден повыше поднял факел и подошел поближе. У корней высокого дерева он увидел часть руки, половину лица и несколько обглоданных костей, сложенных на земле в аккуратную круглую кучку. При виде этих останков Алден побледнел, а факел задрожал в его руке. С трудом отведя от них взгляд, он посмотрел на Жона.

– Ты с самого начала знал! – сказал он. Жон молча кивнул. Его лицо было неподвижным и сосредоточенным.

– Я всем расскажу, что ты знал! – повысив голос, сказал Алден.

– В самом деле? – переспросил Жон.

Факелы в руках Алдена нагрелись и обожгли ему ладони. Он швырнул их на землю перед собой. Лишь только он сделал это, как Джонатан вытянул вперед руки, и из его пальцев заструились потоки огня. Они обернулись вокруг Алдена, словно пряжа вокруг клубка. Алден в испуге застыл, боясь, как бы пламя не подожгло на нем одежду. Теперь, когда срок его жизни измерялся только в ударах сердца, он не смел даже набрать в грудь воздуха, чтобы закричать.