Ответить эху - Алексей Фомичев

— Благодарю, — улыбнулся Дэн, делая это как можно более непринужденно. — Не стоит. К тому же никаких медитаций и гипноза. Я в свое время прошел полный курс мозговой блокировки. На меня методы внушения не действуют.

Он заметил удивление в глазах доктора. Действительно, редко кто решается по доброй воле пройти эту процедуру и еще реже кто доводит ее до конца.

— Даже так? Поражен, честное слово. К чему это?

Дэн, продолжая улыбаться, чуть пожал плечами.

— Не люблю, когда у меня в голове шарят. Даже если по делу…

От Дьяконова Дэн зашел к Эрвуду. Отставной майор занимался непривычным для него делом — пересчитывал продовольственные запасы. На его лице было выражение скорби и недовольства. Запасы таяли, причем быстрее, чем он рассчитывал. Едоков много, а ограничить рацион майор не решался.

— Чем порадуете, капитан? — встретил он Дэна вопросом.

— Скорее огорчу. Утром запускали беспилотник. Он летал на север, к владениям барона… э-э… де Жермена. И обнаружил довольно крупный отряд воинов, человек эдак сорок. Все верхом. С ними большой обоз. Такое впечатление, что Жермен собирает вассалов.

— Для чего?

— Может, соседа потрепать. — Дэн посмотрел на Эрвуда и хмыкнул. — А может, к нам в гости…

Майор поморщился. Весть не из приятных.

— Что думаете делать?

— Проведем повторную разведку. Попробуем взять «языка». Если это частная инициатива Жермена — ерунда. А если сговор баронов…

Дэн сделал паузу, глядя, как меняется выражение лица Эрвуда, и ровным голосом продолжил:

— Тоже ерунда. Но иных масштабов. Главное, чтобы за этой ерундой не последовала новая.

Эрвуд, конечно, обеспокоен. Но в панику впадать не собирается. Сухо спросил:

— Ваши шаги?

— Организовать засаду на пути следования, нанести как можно больший урон. Это остановит врагов. Может, заставит вернуться. А если нет… повторим прием.

— Рад, что вы знаете, как быть, капитан. — Эрвуд теперь постоянно называл его капитаном, как бы подчеркивая статус Дэна. — С моей стороны помощь нужна?

— Пока нет. Вы не думали о запасном аэродроме?

— Что?

— Я имею в виду место на Земле, куда бы мы могли, перейди в случае серьезного осложнения ситуации здесь. Проще говоря — куда нам бежать.

Эрвуд явно думал об этом. По крайней мере он не выразил особого удивления. Отвел взгляд, словно размышляя, говорить Дэну или нет. Наверное, не хотел раскрывать все козыри, но здравый смысл перевесил.

— Завтра я перейду на Землю. Разведаю обстановку. Может, кто уцелел, не попал в руки спецслужб. Эх, Денис! А ведь и вы виноваты в том, что мы в западне.

Эрвуд впервые позволил себе высказать упрек за прошлые дела, пусть даже в полушутливой форме. Но Дэн шутки не принял.

— Надо было раньше выходить с предложением, а не тянуть до бала! — холодно отрезал он. — Тогда бы все вышло иначе.

«Тогда бы я сидел дома, а ты — в кабинете следователя. Изливал душу…» — мысленно договорил он, глядя на Эрвуда.

— Ладно, это дело прошлое, — ушел от опасной темы Эрвуд. — Итак, завтра я попробую перейти обратно. А вы…

— А я проведу разведку. Надо в самом деле понять, что за странные маневры совершают местные ребята. Кто будет заменять вас на время отсутствия?

Эрвуд, видимо, хотел назвать чье-то имя, но запнулся и с некоторой долей вызова посмотрел на Дэна.

— Вы и будете замещать, капитан! У вас доступ всюду, кроме технической зоны.

Если он хотел удивить Дэна, то… ему удалось. Но новоявленный капитан не подал вида. Спокойно кивнул, словно иного и не ожидал услышать. И сказал:

— Своим заместителем назначу Ральфа. И Дьяконова. Пусть командуют замком, пока я буду в разведке.

«В арсенал он меня уже пускает. А к „станку“ — нет. И вряд ли вообще пустит. Или очень не скоро…»

— Что ж, я пошел. — Дэн шагнул было назад, затем, словно вспомнив, обернулся. — Да, просьба одна!

— Слушаю, — насторожился майор.

— Отдайте мне Ковач.

— Как? — не понял Эрвуд. — Отдать?

— Да, — подтвердил Дэн и усмехнулся. — Видите ли, Майкл, я молодой здоровый мужчина. И без женского общества долго не могу. Понимаю, что обстановка сложная и на всех женщин не хватит. Но… в качестве аванса капитану можно получить клон кинозвезды?

Кажется, он сумел удивить Эрвуда. Майор несколько секунд смотрел на Дэна, потом рассмеялся.

— О'кей! Забирайте эту прелестницу! Не знаю, как вы с ней поладите…

— Ничего. Это моя забота.

Дэн кивнул и вышел прочь. На его губах играла довольная улыбка…

8

Подмосковье. Загородная дача президента России

— …Полная секретность! Ни одного слова на сторону! Никто не должен знать ни об аппарате, ни о другом мире! Нельзя давать Америке такой козырь!

Президент замолчал, глядя на сидящих в креслах визитеров. И с нажимом повторил:

— Нельзя! Что с разработкой дублирующего аппарата?

Председатель КГБ встал, поправляя пиджак.

— Институт Гудкова работает круглосуточно. Но результата пока нет. Не могут воспроизвести несколько узлов.

— А найденная у этого француза документация? — Президент был в курсе всех дел и знал о каждом шаге расследования.

— Мало что дала, господин президент, — отчеканил председатель. — Основной пакет документов он, видимо, уничтожил. Или спрятал в тайнике, о котором мы ничего не знаем. У нас только черновые записи, некоторые простейшие схемы.

— Плохо! — поморщился президент. — Плохо, что ничего нет. Плохо, что этот Дзанетти ушел… Не уберегли.

— А даже если бы уберегли, — вставил замечание премьер-министр, единственный человек, который имел право перебивать первое лицо страны, — что бы это дало? На сотрудничество он не шел. Силой из него ничего не выбить. Зондирование мозга не провести. Он предусмотрел все.

— Нашли бы способ! — возразил президент. — Надавили бы на нужную струнку… ладно!

Он оборвал себя и посмотрел на начальника ГРУ.

— Кто еще знает обо всем?

— Жан Батиста Мерро и Виктор Налиманов. Это одни из самых богатых…

— Знаю. Этих «самых-самых» знаю.

Президент сел в большое кресло, постучал пальцами по подлокотнику.

— У нас никаких гарантий, что они будут молчать. Наоборот, они вполне могут рассказать об этом американцам либо англичанам. Сейчас или потом… А то и вовсе слить информацию в прессу, дабы отвести от себя угрозу. Какие мысли по этому поводу?

Присутствующие переглянулись. Никаких особых мыслей ни у кого не было. Первым высказался премьер-министр:

— Устранять их рискованно и неправильно. Поднимется такой вой! А все свалят на нас, раз мы затеяли расследование.

— Об убийстве никто и не говорит, — недовольно покривил губы президент. — Надо искать иной способ.

— Тогда только договориться, — подал голос начальник ГРУ. — Заключить сделку, обговорить условия…

— Припугнуть! — довольно резко бросил глава госбезопасности. — Жестко и конкретно! И намекнуть, что за болтовню они поплатятся своими миллиардами и жизнями. И показать, что мы достанем их и на краю света.

Президент одобрительно кивнул.

— Это лучше! Это может сработать! Преподать наглядный урок, показать, на что мы готовы ради сохранения тайны. Намекнуть на компромат, которого у нас полно. Пообещать смерть социальную, политическую, финансовую. А уж потом физическую. Да, это сработает!

Он вновь встал, сделал несколько шагов вдоль стола. Насмешливо нахмурил брови.

— Пусть они ощутят на себе, что значит — вражда огромного государства! — Президент сделал паузу, посмотрел на глав обоих спецслужб. — Разработайте план. Надеюсь, у вас есть исполнители необходимого уровня? Чтобы сработали без осечки и показательно?

Оба руководителя вскочили.

— Так точно!

— Нам нужен быстрый и гарантированный результат. Действуйте!

Индийский океан. Сейшелы. Частные владения Жана Мерро

Это была вторая ночь, когда Мерро засыпал довольно быстро и без снотворного. Скрученные в узел нервы понемногу отпускало, страх уходил, и к финансовому магнату возвращалось обычное спокойствие. После недели суеты и бестолковых дерганий, после ежеминутного ожидания разоблачения эти последние дни были настоящим отдыхом.

Мерро впервые спал с открытыми окнами, и свежий океанский ветерок колыхал легкие шторы, принося солоноватый привкус моря. Он спал один, как привык в последние годы. Любовница, привезенная два дня назад, отдыхала в своей комнате. Мерро вообще любил спать один. И просыпаться тоже…

Но в этот раз его блаженный покой был нарушен. Мерро очнулся от того, что чья-то жесткая рука легла ему на лицо. Жан мотнул головой, дернулся, но ощутил давление на шею.