Прорвемся, опера! Книга 4 - Никита Киров

из своих не сдал. Говорил, что хотел убивать только мразей, как было на войне, но здесь осечка случилась, и ему после вчерашнего стало невыносимо, вот и пришёл сдаваться.

Снайпер потом умер в СИЗО при загадочных обстоятельствах. Это явно кто-то из своих постарался, чтобы он молчал. Такое вполне мог приказать сам Орлов, к тому времени он уже стал матёрым беспощадным главарём банды…

Но легендарный пахан из 90-х Виктор Орлов ныне работает в милиции, опаснейший киллер Федюнин после моего вмешательства варит пельмени и кормит заодно и ментов, приносит людям радость и сам доволен жизнью, так что и этого сможем отучить от сомнительного ремесла. Да и та случайная жертва ныне жива и здорова.

— Сева, — представил снайпера Витя. — Столько раз нас там выручал, хороший пацан. С нами остался.

— А остальные — там? — я кивнул на вход в зал.

— Да я бы сам с ними поговорил, — Орлов посмотрел туда и показал через дорогу. — Но тут другая тема. Как бы под замес не попасть.

Люди, прошедшие войну, смотрят вокруг иначе. Я знаю, что они ещё долго, и после того, как приедут домой, остаются напряжены и отовсюду ожидают вспышку справа, опасность. Но вот сейчас эта чуйка Орлову как раз пригодилась.

Машины, в основном, иномарки, стояли вразнобой, рядом с ними крутились люди. Время позднее, ночь, но всё это — центр города, и здесь даже уличное освещение местами имелось. И пара кафешек с ночным клубом находились неподалёку, так что люди на этой улице крутятся в любое время суток.

Но как мне показал Орлов — все эти мужики будто готовились к штурму здания. Пару человек узнал Якут — это афганцы из бригады Мирона, а парни из команды Витьки определили, что те хотят атаковать. Им это понятно по взглядам, по положению тел, даже по тому, какие они заняли позиции.

Они бы давно начали пальбу, но появление ментов, а нас всех они знали в лицо, их явно смутило. Не перли вперед, но пока не уезжали. Или ждали команды, или хотели выгадать время, понять, что происходит. Раз это бригада Мирона, то послал их сюда Артур, а Артур отправит сейчас свой самый боевой отряд на дело только с одной целью — дать ответку Сафронову за недавнее покушение.

— Давай-ка наших звать, — предложил Устинов, кивнув на телефон-автомат. — А то такое начнётся, ядрён-пистон.

— Погоди… давай сам переговорю, — сказал я. — Всё равно всех их знаю, найду общий язык.

— Главное, чтобы опять газетчики тебя не сфоткали, — Василий Иваныч хмыкнул. — А то снова какую-нибудь хрень напечатают.

— Давай я с тобой, — Орлов остановился рядом и поёжился от холода. — А то ты все мои проблемы решаешь в последнее время.

— Я — твои, а ты — мои. Друзья ещё для чего, по-твоему, нужны?

— Так, Паха, надо и самому чем-то заниматься, а не ждать, что кто-то за тебя решит. Да и прикрою, если что.

Ну вот так-то всё поворачивается. Бабочка сопротивляется, хочет всё повторить, но люди, оказавшись в другом положении, тоже не сидят на месте, меняют всё вокруг себя, а следом меняются и причины, и следствия, и связи между всем этим.

Помню, как Якут тогда подбил бандита, чтобы в меня не пальнул. Да и мужик-сердечник, которому я вызвал скорую, тоже как-то помог. И Орлов подстрелил одного киллера. Глядишь — и сломаем мы все вместе крылья этой летающей гадине.

Мирон, высокий белобрысый мужик, стоял в стороне, засунув большие пальцы в карманы джинс. По-любому у него и у его бойцов при себе гора оружия. Но обыскивать себя они не дадут. Если не стреляют в ментов, то это не значит, что дадут себя задержать тёмной ночью, когда и свидетелей толком вокруг нет.

— Слава же ты? — спросил я. — А то все по кликухе зовут, Мирон, а имя никто не говорит.

— А я уж привык, — он усмехнулся и сплюнул в сторону.

Это самый известный бригадир зареченских, бывший афганец. И сам он нрава крутого, и люди вокруг него тоже повоевали. И в первой моей жизни на этот момент человек уже был мёртв, как и вся остальная верхушка ОПГ.

И он здесь. Решили начать стрельбу, но увидели ментов. Но что, зачем, почему — и кто их сюда отправил? Спрошу-ка я напрямую, он ведь военный, тоже может сказать прямо.

— К Сафронову приехали?

— А ты, никак, с ним? — Мирон усмехнулся.

— Я — со своими и самим собой, — произнёс я. — К Сафронову у меня тоже вопросы имеются, а вот вы — не вовремя приехали. Лучше отсюда уехать.

— А ты, никак, начальник, командовать мною решил?

Он полез в карман и вытащил пистолет. Орлов чуть было не сунулся за своим ПМ, но я сразу увидел, что это китайская пластиковая зажигалка, просто блестящая. Провоцирует, гад, или просто проверяет, Мирон-то тоже себе на уме.

— Знаешь, — я наклонился к нему. — Вы хоть все друг друга замочите — нам же жить легче будет, да и воздух чище станет. Ну, тебя и твоих не имею в виду, потому что тебе в своё время не подсказали, что и как сделать, вот ты в бандиты и пошёл. А вот более младшим повезло, избежали такой судьбы, — я кивнул на Орлова.

Мирон уставился на меня уже без усмешки, более внимательно и серьёзно.

— Но сейчас если что-то будет — мы всё равно остановим, — продолжал я. — Потому что там, в зале, сейчас находятся посторонние люди. И не просто посторонние — а те, кто вам потом ответит. Хоть кто-то выживет да ответит, и не через суды и адвокатов, а серьёзно, как умеют. Сам понимаешь, кто… Или…

Я всё это время смотрел ему в глаза, и теперь заметил, как он дёрнулся.

— Или вас так сюда и направили, чтобы натравить? — догадался я. — А потом — чтобы огребли в ответ? И не в первый раз, кстати. Стареешь, значит, Слава, раз клюнул.

— Да это мы и сами выясним, что к чему и что и как, — сказал Мирон с ухмылкой и отбросил сигаретку. — Ладно, Васильев, до…

— Устрой мне встречу с Артуром, — я произнёс это не думая. — Днём.

Я и действительно об этом не