Завещание крестоносца - Наталья Николаевна Александрова

— А ну, говори — где взял этот телефон?

— Да чего ты так разошелся, мужик? — промямлил Константин. — Ну, в мусорном баке я его нашел… я тут баки время от времени проверяю, нет ли там чего хорошего, смотрю — лежит телефон, ну, я его и взял… ведь нет такого закона, чтобы нельзя было из бака вещи брать… раз его кто выкинул, значит, он уже не нужен…

— Из какого бака? — уточнил Гоша, чувствуя, как надежда найти Алю тает.

— Да вон из того, который за магазином…

Гоша решительно вырвал телефон из руки Константина.

— Эй! — возмущенно воскликнул тот. — Ты чего, мужик? Это моя вещь! Я ее нашел, значит, я ее этот… законный хозяин! Продать тебе я его могу, а чтобы за так забирать — такого правила нет! Не при советской власти живем!

— Ладно, — опомнился Гоша, — продать так продать. Сколько ты за него хочешь?

— Вещь хорошая, — солидно проговорил Константин, — меньше чем за тыщу не отдам!

— На, держи свою тыщу! — Гоша сунул алкашу купюру и, понурившись, вернулся к своей машине.

Культеев смотрел ему вслед с явно выраженной досадой — эх, продешевил!

Гоша же сидел за рулем своего «Мустанга» в полной растерянности. Тот, кто похитил Алю, догадался, что ее могут найти по телефону, и выбросил его в мусорный бак… Как теперь найти эту девушку, предназначенную ему самой судьбой? Как спасти ее?

Он достал Алин телефон, просмотрел журнал звонков, хотя не знал, что это может ему дать, и тут телефон зазвонил.

Гоша встрепенулся, поднес телефон к уху. У него возникла бредовая идея, что каким-то чудом ему позвонила Аля…

Но нет, чуда не случилось.

Звонила не Аля, а Алена Кортнева.

— Аля? Ты где? — выпалила она.

— Это не Аля… — уныло протянул Гоша, — это я…

— Ты? — удивилась Алена. — Вы вместе с Алей? Где вы?

— Если бы! Алю похитили, и я не знаю, что теперь делать… все кончено…

— Похитили? А как же к тебе попал ее телефон?

— Долго объяснять…

— А где ты?

— В каком-то поселке на Выборгском шоссе, рядом с Парголовом. Я ехал за Алиным похитителем, но здесь потерял его след. И теперь я просто в отчаянии…

— Прекрати паниковать! — оборвала его Алена. — Скажи точно, где ты находишься — мы к тебе приедем!

— Мы? — переспросил Гоша. — Кто это «мы»?

— Долго объяснять, — в тон ему ответила Алена, — впрочем, ты скоро сам увидишь. Так короче — где ты сейчас находишься? Прекрати истерику и скажи точно!

— Проедете Парголово, потом еще километров пять-шесть, и будет такой небольшой поселок. Название я не прочитал. Но тут есть продуктовый магазин, и еще один, побольше — «Все для дачи». Так вот, я стою возле него…

— Стой там и никуда не уходи! — и Алена отключилась.

Гоша остался в печали и одиночестве. Он предавался безрадостным мыслям и винил себя во всем, что случилось с Алей. Ведь если бы не его «гениальная» идея с пожаром, ее, может быть, и не похитили бы… все бы обошлось… а так он сам, своими руками создал похитителю идеальные условия для преступления…

Нет, он идиот, негодяй, бессовестный человек! Он недостоин даже произносить Алино имя! Недостоин ходить по одной с ней земле! Но он должен ее спасти…

Так он мучительно разрывался между самобичеванием и вспышками надежды, когда рядом с его «Мустангом» остановилась скромная черная машина с затененными стеклами. Дверца машины открылась, и оттуда выскочила Алена.

— Ну, как ты, пока жив? — спросила она, подойдя к Гошиному автомобилю.

— Лучше бы я умер… — ответил Гоша тоскливым депрессивным голосом.

— Умирать будешь потом. Сначала расскажи, что произошло. Мне и… мне и Андрею.

При этих словах из черной машины неторопливо выбрался крупный, немного сутулый мужчина лет тридцати пяти с круглой добродушной физиономией.

— Андрей — это я, — сообщил он, протягивая Гоше руку.

— Георгий, — ответил Гоша грустно. Затем повернулся к Алене и спросил: — А он вообще кто? Ему можно доверять?

— Можно, можно! — Алена переглянулась со своим спутником.

— Ну, раз ты считаешь, что можно…

И Гоша рассказал свою печальную историю: как пытался спасти Алю из кабинета директора «Зиккурата», как инсценировал пожар, как устроил засаду возле директорского кабинета, как Алю вынес из этого кабинета фальшивый пожарный, который отключил его ударом по голове…

— Ну вот, — проговорил он, подходя к концу своего рассказа, — до этого поселка я ехал за ее телефоном, а тут похититель выбросил телефон в мусорку, и я потерял след… так что теперь все пропало… все пропало… — Гоша закрыл лицо ладонями, и его плечи затряслись.

— Отставить депрессию! — прикрикнула на него Алена. — Ничего не пропало! Нужно только не опускать руки! Нужно думать, думать… правда, Андрей?

— Думать — оно никогда не помешает, — рассудительно ответил ее неторопливый спутник.

— Я пытался думать, — горестно вздохнул Гоша, — но у меня ничего не получилось… перед глазами только она, Аля… я вижу ее, вижу, как она идет туда, в осиное гнездо… в этот разбойничий притон… в этот отвратительный «Зиккурат»… Зачем я ее туда отпустил? Стоило ли так рисковать из-за каких-то путевых листов? Все эти файлы не стоят и волоска с ее головы…

— Стой! — оборвала его Алена. — Немедленно прекрати заниматься самобичеванием, давай думать логически. Похититель выбросил Алин телефон здесь, в этом поселке — значит, по крайней мере, досюда он доехал. Давай посмотрим по карте, где мы находимся и куда он мог поехать дальше…

— Все это бесполезно! — простонал Гоша.

— Бесполезно только стонать и охать! — возразила Алена.

Андрей посмотрел на нее поверх Гошиной головы очень выразительно — что, мол, ты возишься с этим придурком, какой-то он на всю голову больной… Алена ответила ему также взглядом, что Гошка хоть и балбес, но умный, а сейчас просто расстроен пропажей своей любимой девушки.

Интересно, подумала она с насмешкой, а знает ли Аля про Гошины чувства? Но тут же устыдилась — ведь и правда тот тип Алю похитил,