Не будите во мне ведьму (СИ) - Соловьева Елена

– На самом интересном месте… – вздохнула я ему вслед.

Устыдилась дурных мыслей: тут такое вокруг творится, а я все о себе. И вообще, этот демон-князь светло-темная лошадка. Его еще изучать и исследовать.

Интересно, что стряслось, раз он так резво ускакал?

Мучимая размышлениями, решила позвонить подружке. Раз уж мне придется долгое время сидеть в заточении (заметьте, добровольном) в собственном доме, можно ненадолго забыть о делах гостиницы и вспомнить о подружках.

– Ангелинка, я как раз о тебе подумала! – воскликнула Машка вместо приветствия. – У тебя что, дар?

– Ага, – легко согласилась и не слишком весело усмехнулась. – Дар притягивать неприятности. Как твои дела, что новенького? Ты ведь не просто так вспомнила обо мне?

– Завтра мы отправляемся на гастроли! – восхищенно воскликнула подружка. – Разумеется, я еду как солистка во многих номерах программы. Кругосветное турне, небывалые возможности и огромные деньги. Вилли такой лапочка! Ты рада за меня, подружка?

Хотела было сказать, что Вилли никакой не лапочка. Он – продюсер, делец и, чего уж там, жуткий бабник. Но не посмела портить Машке настроение.

– Очень рада! – воскликнула в ответ. Но все же добавила: – Только будь осторожнее, береги себя.

Сама не знаю, отчего так сказала. Слова будто бы слетели с языка прежде, чем я успела их осмыслить.

А ведь Советник Каллистрат не выдавал мне лицензии на предсказательскую деятельность.

Поболтав с подружкой, я все же улеглась спать. А проснулась от того, что кто-то ласково гладит по волосам.

– М-м-м?.. – спросила сонно и едва разлепила глаза.

Рядом сидел Каллистрат – с небывало задумчивым выражением на породистом лице. Но, что хуже всего, на нем был белый фрак, а в нагрудном кармашке торчала алая роза.

Это у людей белый – цвет радости. Демоны в нем скорбят по ушедшим навсегда родственникам и знакомым. Одна алая роза означала, что погибла женщина.

– Кто? – охнула я.

Сон мгновенно слетел, словно пепел от резкого порыва ветра. Я вскочила с кровати и зябко обняла себя руками.

– Зелена, – сообщил Каллистрат. Кивнул на край кровати и добавил: – Собирайся, нам пора идти.

Только сейчас я заметила, что Советник принес для меня белое платье. Увидев такое пару месяцев назад, я пришла бы в неописуемый восторг: длинное, с глубоким декольте и провокационными разрезами сбоку. Оно словно было соткано из шелковой паутины и украшено драгоценными алмазами.

Сейчас наряд нагонял тоску. И пусть мы с Зеленой не были подругами, кодекс бесчестия приказывал проводить ее в последний путь.

Вместе с Каллистратом мы отправились на Лысую гору, где вместе с демонами, ведьмами и прочими сочувствующими соорудили для Зелены последний в ее жизни костер.

– Она была настоящей ведьмой! – произнесла Миланья и бросила в костер веточку от своей метлы.

– Ничего, на том свете ей будет еще веселее, – высказалась я и повторила действия рыженькой ведьмы. – Эх, и задаст она жару тамошним жителям.

Я пыталась мыслить позитивно, хотя на душе скребли кошки. Хоть Советник и не рассказал многого, все знали: Зелена – еще одна жертва Канцлера. И теперь все ведьмы боялись. А демоны злились и не знали, что предпринять. От чего злились еще сильнее.

После церемонии мы с Каллистратом отправились ко мне. Засели на кухне за чашкой травяного чая. Вернее, это я пила отвар из ромашки и мяты, демон же сильно разбавил его успокоительным зельем. Абсентом по-нашему.

– Как она погибла? – решилась спросить я.

– Тебе лучше не знать, – рыкнул он и потянулся за новой порцией зелья. Передумал, обрушил кулак на ни в чем не повинный стол и воскликнул: – Больше никаких заточений в камне! Поймаю Канцлера и лично испепелю, плевать на его родственные связи и силу. Лучше сам лишусь всей маны, чем позволю ему хозяйничать в двух мирах.

Молча поддержала и погладила по руке. Хотела накапать еще чайку, но тихий стук в дверь меня отвлек.

– Я открою, – сообщила и, было, рыпнулась.

Демон удержал за руку.

– Сначала посмотрим, кто там, – предупредил строго. Поднялся и своим демоническим зрением просканировал дверь. – Тебе знакома молодая особа с длинными светлыми волосами, серыми глазами и татуировкой на бедре в виде черной кошечки?

– Машка? – удивленно переспросила я. И только после возмутилась: – А как ты рассмотрел ее татушку?

– Это не трудно в таком-то наряде, – не поддался на провокацию демон. – На ней только топик, маленькие трусики, туфли на шпильках и головное украшение из перьев.

Похоже, подружка прибыла ко мне прямиком с выступления. И сделала это явно из безысходности, в противном случае не решилась бы гулять по лесу в таком виде.

– Скройся, – попросила я демона. – Не пугай мою подружку своим видом. Ей, похоже, и без того пришлось несладко.

Я открыла дверь, и дрожащая от холода и страха подружка буквально упала мне на руки.

– Как хорошо, что я тебя нашла… – всхлипнула она и подняла на меня полные слез глаза. – Ничего, что я без приглашения? Мне просто некуда было пойти…

Конечно же, я заверила подружку, что рада ей в любое время дня или ночи. Налила успокоительного зелья, закутала в плед, а только после решилась на расспросы:

– Как ты оказалась здесь, да еще и в таком виде?

– На попутках, – шмыгнула носом Машка. – Пришлось отдать любимое колечко с изумрудом и сережки, но это мелочи. Главное, что осталась жива. Знаешь, после того, что пережила, мне, наверное, уже ничего не страшно. Даже странные баночки на твоей кухне и то, что таксист назвал тебя ведьмой.

– Об этом потом, – отмахнулась я. – Про себя расскажи. Ты что, с концерта сбежала? С Вилли поссорились?

– Хуже! Даже не знаю, как сказать… Наверное, ты сочтешь меня сумасшедшей. Но я не принимала никаких галлюциногенов, клянусь, даже шампанское не пила. Только пару бутербродов с икрой и какую-то закуску с чесноком.

– Это сейчас не важно! Что случилось после?

Я сгорала от нетерпения, а Машка, всегда имевшая склонность к полноте и долгому хождению вокруг да около, не торопилась с ответами.

– Знаешь сколько там калорий! – возразила она, словно позабыв о сути разговора.

– Это сейчас тоже не важно. Я тебя с любым весом любить буду. Что дальше?

Машка поерзала на стуле, залпом допила зелье и подставила стакан для добавки. Уставилась на мутноватую зеленоватую жидкость и призналась:

– Вилли пригласил нас не для выступления, вернее, не только для этого. Мы приехали в какой-то мрачноватый особняк и сначала распсиховались. Но продюсер сказал, что это конкурс – будут выбирать мисс варьете и всюду скрытые камеры. Мы по одной должны были заходить в комнату. Но я подсмотрела. И пришла в ужас от того, что там происходило за закрытыми дверями. Вилли словно сжирал девчонок. Вытягивал из них жизненную силу, и она уходила в перстень. Красивый камень. Я всегда засматривалась на него. Такой краси-и-ивый…

Машка принялась рыдать, а я – успокаивать. Мне тоже был знаком перстенек, я не раз восхищалась им, особенно когда, задумавшись, Вилли прокручивал его на пальце. Тогда еще не была ведьмой и не могла видеть, что камешек явно магического происхождения. Наподобие того, каким снабдил меня Каллистрат.

– И ты сбежала? – спросила я осторожно.

Машка кивнула, всхлипнула и вздрогнула всем телом:

– Я хотела забрать других девочек. Но они мне не поверили, только подняли на смех. Тогда я выбежала на улицу в чем была, добралась до трассы, поймала попутку и рванула к тебе.

– Ты все сделала верно, – произнесла я как можно увереннее. И не сказала, что остальные девчонки наверняка погибли. – Идем, я отведу тебя спать. Тебе явно нужен отдых.

Дождалась, пока подруга задремлет, а сама направилась к комнате демона. Он ждал, лежа на кровати и закинув руки за голову. Завидев меня, похлопал по матрацу рядом с собой, и я осторожненько присела на кушеточку – подальше. Как можно дальше от дьявольски привлекательного демона, осознающего всю дьвольщину своей привлекательности.