Стать фениксом - Путешественница

— Магистр Дэриван, можно с вами поговорить наедине?

— Чего тебе, Дарк? У меня сейчас косяком ребята пойдут от Берилана.

— Пожалуйста, два слова.

— Хорошо, пошли. — Лекарь обернулся к ученикам и наказал: — Как первого принесут, сразу же зовите меня.

Оказавшись во второй комнате, я попросила:

— Магистр, простите за дерзость, но не могли бы вы сделать мне массаж? Я вчера малость переусердствовал на тренировке. Следующее занятие у наставника Хисорена, а я ноги передвигаю с трудом.

— И ты пришёл ко мне с подобной ерундой? — спросил магистр, ошарашенный моей неслыханной наглостью.

— Простите, я не рассчитал силы.

— Ладно, ложись, пока никого ещё не принесли. Раздеваться не надо.

— Ага. Спасибо.

Когда Дэриван начал легко прощупывать мои ноги, я чуть не взвыла: мышцы свело резкой судорогой. Но когда магистр приступил к самому массажу…

К моменту, когда в комнату заглянул один из светлых, я уже искусала себе губы до крови, а на ладонях набухали каплями глубокие отпечатки от ногтей. Но и ноги уже почти не болели.

— Первого принесли, — бодро отчитался феникс, окидывая нас заинтересованным взглядом.

— Хорошо. Аккуратно снимайте одежду с повреждённых частей. — Чуть поколебавшись, магистр добавил: — Пришли сюда Канора.

Светловосая голова исчезла. Послышался вопль: «Кан, тебя магистр Дэриван зовёт!» — и спустя пару мгновений в комнату вбежал другой ученик. По человеческим меркам, он выглядел лет на пятнадцать-шестнадцать. Бледно-золотистые волосы были собраны в небрежный хвост, откуда выбилась пара прядей. Высокие скулы, чуть вздёрнутый нос, глубокие серые глаза, тонкие губы… Внешность вроде и запоминающаяся, но было в этом парне что-то такое, отчего его образ смазывался. Парниша из раздела: «увидел и забыл».

«Элементы техники теней. Хороша для воров и шпионов. Такой умудрится затеряться в голом поле, если ещё поработает над своими способностями».

— Мастер Дэриван, звали?

— Помнишь седьмой курс, тему «массаж на расслабление мышц»?

— Конечно, мастер.

— Отлично, приступай. Как закончишь — присоединяйся к остальным.

Мы с фениксом смерили друг друга одинаково подозрительными взглядами.

— Но…

— А может…

— Никаких но и может, — грозно сдвинул брови магистр и обернулся ко мне: — Если ещё раз доведешь себя до подобного состояния, то приходи вечером сразу после тренировки. Толку будет много больше.

Канор занял место магистра, но стоило лекарю выйти, как я попыталась вскочить.

— Лежи уж, — припечатал меня рукой феникс.

Я с тихим стоном упала обратно. Канор, неуверенно сначала, принялся за мою спину, сдвинув майку вверх. Некоторое время он молчал, потом тихо поинтересовался:

— Как ты уговорил магистра сделать тебе массаж?

— Просить надо уметь, — не без гордости хмыкнула я и тут же охнула от боли: Канор с силой запустил мне в спину ногти.

— Неправда, магистр Дэриван не такой! — возмущённо зашипел феникс.

— Ты меня докалечить решил? — дёрнулась я. Канор схватил меня за подбородок и повернул голову к себе.

— Ты врёшь. Магистр Дэриван никогда бы до подобного не унизился!

— До чего? — Я начала понимать, что мы разговариваем о совершенно разных вещах, но что подразумевал Канор, я никак не могла сообразить. — Неужели никто до меня не попытался объяснить ему ситуацию, в которую попал, и сказать пожалуйста?

— А-а, вот значит как. — Феникс явно чувствовал облегчение от моих слов. Интересно, о чём же он подумал? — Но я всё же сомневаюсь, что магистр будет помогать каждому ученику.

— Наверно, он боится, что я опять к нему с переломом явлюсь. И ради этого готов сделать мне хоть сто массажей.

— Опять? Ты шутишь. Я в Академии учусь уже более пятнадцати сианов и могу с уверенностью сказать, что за последние десять сианов никто ничего себе дважды не ломал.

— А я уникум. Ну что, закончил?

— Нет ещё. Остались руки и живот с грудной клеткой.

— А может, одними руками обойдёмся?

— Ну уж нет, я не желаю, чтобы меня отчитывали за халатность.

Я с замиранием сердца перевернулась, но Канор ничего не сказал. Так мы и молчали, пока феникс не закончил. Встав с кушетки, я с удовольствием потянулась, чувствуя, что тело почти не болит и даже неплохо слушается.

— Спасибо.

Ещё раз поблагодарив магистра, я столкнулась в дверях со знакомыми светлыми учениками, которым чаще всего выпадала нелёгкая доля меня лечить. Их явственно перекосило от одного моего вида. Ролан, один из лучших лекарей в этой группе, возмутился:

— Опять ты?

Я смущённо почесала затылок и улыбнулась.

— Ты здесь скоро пропишешься!

— Постараюсь сегодня больше к вам не заглядывать, — искренне заверила я фениксов и поспешила во двор Академии. Хисорен и так будет не в восторге, что я опаздываю.

Глава 14

Недели пролетали мимо меня безумной стаей птиц. Прошёл и амаорский цикл, когда я, понимая с пятое на десятое на занятиях, усиленно штудировала книги в библиотеке, чтобы не отстать окончательно.

В принципе, мне понравилось работать с Дэри. Тёмный и не догадывался, что мне его тренировки дают намного больше пользы, нежели ему самому, так как я подтягивала не только языки, но и свою физическую подготовку. Магистра Дэривана я старалась беспокоить не слишком часто. Но иногда, когда я понимала, что завтра просто не встану с кровати, приходилось.

Дара же я старательно сторонилась. И если сначала светлый ещё хотел поговорить и выяснить отношения, то потом махнул на меня рукой и отстал, видя, что я специально его избегаю. Пару раз, возвращаясь утром в комнату, я видела, что он накануне заходил ко мне, но, не дождавшись, возвращался к себе.

В своей комнате я сейчас почти не ночевала, оставаясь или у Дэри, или в прихожей магистра Дэривана, где он со мной возился. Оба феникса тихо возмущались подобной наглости, но терпели.

А я сама медленно, но упорно догоняла ребят своей группы. В том смысле, что в спаррингах, которые так любил проводить наставник Хисорен, одногруппникам больше не удавалось причинить мне сильный вред. А вот когда я, с подначки внутреннего голоса, решила со всей силы ударить в ответ, результат получился неожиданным. Мирэк, схлопотав сильный удар в висок, отключился, а я до конца дня просидела у магистра Дэривана, пока мне чуть ли не четвертью Академии лечили тройной перелом руки.

Ощущение было такое, будто я ударила не в живое существо, а в огромный булыжник. Судя по эмоциональному высказыванию внутреннего голоса, он к подобному результату тоже был не готов. Хотя дурой от этого в его суждениях быть не перестала.

Если до данного случая у меня ещё оставались хоть какие надежды, что обо мне не судачит