И тут я понял, что... (СИ) - Евгений Семенов

— А нормально попросить? — Бубнила обиженная непосредственность.

— Ну, ты же понимаешь, насколько это ответственно? С этим никто кроме тебя больше не справиться, дорогая наша союзница. Поэтому хэлпуй. Пжлста. — Без особого энтузиазма просил я, все равно же согласится. — Укажи нам путь, о великая!

— А куда хоть идём-то? — Несколько смягчилась Люмия, равняясь со мной и неуклюже напяливая капюшон.

— Пока на выход. Всем необходимым закупились. Заночуем в лесу, как ты и хотела. Все вместе и дружно. А утром определимся куда почешем. — Засунул я руки в карманы, вздрогнув от противного холодка. — Браокс, огонь на костер наколдовать сможешь?

— Легко. — Прогудел ходячий танк, с неизвестным запасом хода.

— Да, будет свет! — Весело засветился наш прожектор, разрезая ночь на многие десятки метров вперед по широкой дуге. — Следуйте за мной и я приведу вас к победе!

— Над стаями любопытного ночного зверья, которые не сожрали тебя в прошлый раз, умница. — Похлопал я по спине фигуру, с которой свет сочился будто туманом.

— Это было случайно! Случайно! Я испугалась! — Со злостью топнула Люмия.

— А им пришлось всем сдохнуть. — С ностальгией припомнил я одну из неспокойных и красочных ночей. — Так что, победоносная, слишком не задирай нос, а то в небо светишь.

— Вот…

— Молодец-молодец, твой вклад в общее дело правда неоценим и ты занимаешь достойное место в команде. — Добродушно похлопал я её по хрупкому плечу. — С нами теперь ещё Браокс, так что пройдем через море побед напролом.

Однако кровавого экшена не произошло и здоровяк никого не раздавил, но представление всё равно устроил, с одного удара своим железным дрыном срубив несчастное дерево и так же бесцеремонно расчленив его на бревна, добавив в конце огнеметную струю из ладошки прямо в центр сложенного кострища. И ведь даже дыхания не сбил, гребаный Астартес.

— Когда-то и я так мог. — Захватила меня ностальгия, пока я посиживал на раскинутом спальнике и грыз сушёное мясо. — Все артефакты стырили, а новых из-за этой мрази в подпространстве и не сваришь.

— Что? Ты в силах создавать артефакты? — Резко зазвенели сидящие рядом доспехи.

— Да как два пальца об… асфальт, да? — Усмехнулся я, не обращая на него никакого внимания. — Голоса иногда подсказывают дельные идеи. Правда, они сами не в курсе как всё работает. Одни про какие-то потоки энергии говорят, другие орут про изнанку мира, третьи верят, что это связь с высшим существом… а я просто вижу, что это работает. Что ж, раз ты в нашей команде, то, думаю, стоит тебе рассказать о своем богатом опыте на просторах гребанного тёмного фэнтези…

Союзники должны знать друг друга. Браокс не стеснялся отвечать на мои вопросы и, кажется, ничего не скрывал. Нужно быть честным в ответ.

— Вот всегда ты… — Опять бубнила Люмия, жарившая на длинной палке овощное нечто и знавшая обо мне только отрывки из биографии.

Прошла жизнь, до попадания в этот мир, окутывалась сумбурным туманом из хаотично всплывающих образов. Удалось вспомнить, как меня раньше звали, как примерно прошло моё детство и как размеренно продолжалась моя взрослая жизнь. Вкратце получилось: родился, вырос, поработал, сдох. Типичный человек.

Но после точки невозврата… в моих унылых останках загорелся настоящий огонек жизни, который только начинает разгораться! Вспоминать трудные времена было непросто, но крайне интересно. Голоса кричали, что я делаю непоправимую глупость, описывая своё прошлое в довольно мелких подробностях.

— … когда я пошел дальше, то даже не представлял, как сильно вляпался. Собственно и представлений у меня тогда в истощенных мозгах совсем никаких не было, лишь бы пожить подольше и сдохнуть полегче. Каина легко одурачили, но меня… меня они решили полностью вывернуть наизнанку. — Выговаривался я, чувствуя как облегчается моя разбитая душонка, противящаяся всему и вся.

А как могло быть иначе? Что хорошего со мной случалось? Единственным добрым человеком оказался тот стражник, что сжалился надо мной и протянул серебряную монету. Вот и вся история Хардкора, на абсолютное одиночество и отчаяние которого всем было наплевать. Голоса внутри до сих пор думают, что весь мир — это одна сплошная угроза.

Но какая угроза исходит от Люмии? Сидела, дулась, а теперь смотрит на меня влажными блестящими глазами, пока у нее обугливается ужин. Разве она способна на зло? Такая же потерянная как и я.

Возможно, именно поэтому Браокс и присоединился к нам, отбросив свои разбитые иллюзии, которые складывали для него пелену простого и понятного мира, который оказался ещё проще и прозаичнее, чем он мог представить. Он воин, защитник человечества, но сейчас ему не за что сражаться. Ведь даже такая гора мощи не сможет в одиночку устоять перед морем бедствий. Что уж говорить о защите тех, кто в бессилии способен только идти на дно?

— Кажется, я сделал верный выбор. — Глубокой ночью прогудел ходячий железный замок.

— Хардкор…

— Да иди ты спать! — Остановил я жалеющие поползновения влажной Люмии, норовящий изгадить мою суровую сущность своей кислотной добротой.

Сон… до сих пор не верится, что я могу спокойно спать. Пусть с частыми кошмарами или в пустом ничто, но это такая мелочь на фоне счастья от того, что из меня во сне не высосут остатки души, оставляя озлобленную и извращенную оболочку. Ещё больше радовало то, что я мог отдыхать, не вскакивая по каждому шороху. Браокс и даже Люмия понимала важность ночного дозора и нормального отдыха. А если Люмия и просахатит свою смену, то просто после воскрешения получит заслуженную порцию люлей. Не о чем беспокоиться и спальник тепленький и костер невероятно успокаивающий.

Утром Браокс нашелся в прежнем сидячем положении, разбудив всех звоном железа. Нормальный себе подъем, но вот суматошная Люмия сверкнула сверхновой, поселяя в моих нежных глазках солнечных кровожадных зайчиков, сквозь толпу которых я наблюдал её испуганное лицо с перепачканным сажей ртом. На нервной почве видимо всю ночь заедалась добытым дофамином. Со своей стрессоустойчивостью она бы уже тысячу раз померла от инфаркта…

— Так какие у нас планы? — После завтрака вытирала лицо тряпочкой Люмия, удивительным образом приводя себя в превосходный вид. — У тебя накопилось достаточно заклинаний и мы идем на проклятые земли? Или…

— Сколько же болтовни. — Печально вздохнул я, заставляя Люмию замолчать.

Столько различных факторов и одна глобальная цель, которая на самом деле не так легко и достигается. Чтобы убить эту хрень, её нужно вытащить из-под пространства, которое по сути её же сущность. Нужно ещё раз вывернуть наизнанку многострадального бога.

Но это пол беды, вторая — это сражение. Мои щиты оказались