Последыш. Книги I и II (СИ) - Мах Макс

«Или она спит голой или собирается снимать халат передо мной», — допущение, не лишенное правдоподобия, но, как говаривал старина Маркс, лишь практика — критерий истины. Поэтому стоило просто обождать и посмотреть, куда заведет их эта неожиданная встреча.

— Это Ольга была с тобой в Бьёрге?

— Серьезно? — совершенно искренно удивился Игорь. Ему было странно узнать, до каких размеров способна вырасти женская паранойя. Но, с другой стороны, ревность — признак любви, разве нет?

— Значит, все-таки она…

— Слушай, Лена, — покачал головой Игорь, — тебе следует знать, что молчание — не всегда знак согласия. Иногда это признак растерянности или удивления. Лично я твоим словам удивился, потому что, хочешь верь, хочешь нет, но я еще ни разу не спал с Ольгой. Я с ней даже не целовался.

— Честно?

— Сказал бы, «вот те крест», но я язычник. Перуном клянусь!

— Ты должен клясться Одином, — подсказала Елена, оказавшаяся не только сексапильной, но еще и весьма грамотной девушкой.

— Хорошо, — согласился Бармин. — Клянусь Всеотцом!

И ведь ни словом не соврал, что бы они с Ольгой ни делали в ее снах, наяву между ними ни разу ничего не случилось.

— Надо же, — дернула губой девушка. — Значит, ошиблась. Извини!

«То есть, что? — в очередной раз обомлел Игорь. — Я могу спать с кем угодно, лишь бы не с Ольгой? Умереть не встать!»

— Хочешь выпить? — спросил, чтобы разбить возникшую было паузу.

— А что у тебя есть? — живо заинтересовалась явно нервничающая княжна Збаражская.

— Виски.

— Это как старка, кажется?

— Да, — подтвердил Игорь. — И конкретно этот виски имеет 53 градуса крепости.

— Крепковато для меня, но почему бы не попробовать? Он вкусный?

— По мне, так просто обалдеть.

— Тогда, наливай! — решилась княжна, устраиваясь в кресле с ногами. Выглядело это по-домашнему и очень уютно, но Бармин отвел взгляд, достал фляжку, разлил благоухающий невероятными ароматами напиток по серебряным стопочкам и, обернувшись к ночной гостье, протянул ей одну из них:

— За что выпьем?

— Я уговорила Варвару, — улыбнулась ему девушка. — Она трусит, конечно. И это в ее положении вполне объяснимо. Но теперь окончательно — она идет с тобой! Утром сама тебе скажет.

«А ты, значит, не удержалась и прилетела на крыльях Ники[79] прямо сейчас…»

— Значит, выпьем за победу! — поднял Бармин свою стопочку.

— За нашу победу! — хмыкнул вдогон, вспомнив старый советский фильм[80].

Выпили. Игорь только вздохнул от удовольствия, а вот Елену пробрало до слез и хрипловатого стона. Еще не крики страсти, но уже кое-что.

— Иди ко мне! — позвал Бармин, отойдя к кровати.

Княжна приглашению не удивилась, напротив, кажется с облегчением вздохнула, и, медленно, даже несколько лениво, напоказ, выбравшись из кресла, пошла к Игорю, не разрывая зрительного контакта и на ходу избавляясь от своего халата. Три шага. Движение рук сверху вниз — от груди к бедрам, — и неуловимое движение плеч, и шлафрок падает ей за спину, так что в объятиях Бармина оказывается уже полностью обнаженная девушка…

В прошлой жизни, Бармину всегда нравились блондинки, но с ними у него как-то никогда не складывалось, и все его женщины были, как на подбор, если не брюнетками, то уж точно шатенками. А вот Елена Федоровна Збаражская была натуральной золотистой блондинкой с голубыми глазами. Эдакая германо-скандинавская богиня любви. Какая-нибудь Фрейя[81] или Съевн[82]. Высокая, но отнюдь не атлетического сложения. Одним словом, не Брунгильда[83]. До валькирии ей не хватало как минимум двух размеров бюста. Так-то грудь у Лены была, хоть и небольшая, — максимум второй размер, — но красивая и упругая. Короче говоря, не зря Игорь считал ее роскошной женщиной. Такой она на поверку и оказалась. Точеная фигурка ростом под метр восемьдесят, вся от кончика маленького правильной формы носа и до ноготка мизинца на левой ноге затянутая в тугую атласную кожу, матово-белую, без единого изъяна. А уж Бармин за следующие полчаса изучил ее тело вдоль и поперек, не оставив не поцелованным ни одного квадратного сантиметра. А поскольку, увлекшись друг другом, ни он, ни она не вспомнили о включенном свете, то Игорь не только вдоволь насладился всем этим великолепием на вкус и на ощупь, но и рассмотрел свою партнершу, что называется, в деталях и подробностях. И следует отметить, что частности понравились ему никак не меньше целого.

В общем, к тому моменту, когда завершилась прелюдия, княжна Збаражская успела испытать, как минимум, один, но зато весьма впечатляющий оргазм, умудрившись при этом довести самого Игоря едва ли не до «боевого неистовства». Поэтому за следующие четверть часа — ну, или чуть больше, — они перепробовали много такого, о чем Бармин раньше знал только теоретически, но всегда мечтал попробовать на практике. А тут представился удобный случай. Сам он был взведен, как какая-нибудь римская хиробаллистра[84], ну а княжна пребывала уже в нирване и потому была готова к любым подвигам, в том смысле, что следовала за ним, не подвергая его желания даже малейшему сомнению. О чем, отдышавшись и выпив еще одну стопочку виски, она ему так прямо и сказала:

— Было замечательно, но, знаешь, мне теперь про это все даже вспоминать стыдно. Сама не знаю, что на меня нашло. Просто не могла сказать «нет».

Бармин об этом уже знал. Он не мог не отметить, что, хотя княжна и не девственница, — что было бы более чем странно для девушки ее лет, живущей в современном мире, где она успела закончить финансово-экономический факультет Дерптского университета, — опыт ее в постельных утехах, по-видимому, весьма скромен. Так что большую часть того, что они делали этой ночью, онa попробовала впервые. И, скорее всего, будь она хотя бы чуть-чуть меньше поглощена страстью, не стала бы этого делать или попросту не смогла бы. Во всяком случае, не с первой же попытки. Но страсть — лучший учитель во всем, что касается секса. Так, похоже, случилось и в этот раз.

— Знаешь, — сказал он в ответ, — умные люди говорят, что всё, что делается в постели, — прекрасно и абсолютно правильно.

— Стесняюсь спросить, где ты всему этому успел научиться? — спросила тогда Елена.

Стеснялась она или нет, но краснеть явно не собиралась и прикрываться тоже не думала.

— Когда на острове все умерли, — предложил ей Игорь уже отработанную версию, — я нашел в вещах одного из офицеров крепости такую, знаешь ли, особую книгу. Называлась: «Практическое пособие по отношениям полов». Так там все это и многое другое было не только подробно описано, но представлено на иллюстрациях. Ну а нехватку опыта я, знаешь ли, возмещаю воображением. Где-то так.

Самое интересное, что он ей почти не соврал. В прошлой жизни, Бармин ведь не являлся гигантом большого секса. Кое-что, разумеется, пробовал, но отнюдь не все. Другое дело, что за годы жизни он, как психиатр, успел обзавестись довольно хорошим, можно сказать, углубленным знанием предмета. Так что, тремя частями и тремя составляющими его сегодняшнего успеха являлись обширные теоретические познания, богатое воображение и крепкое тело, то есть, хорошая моторика, подходящий рост и эластичные мышцы.

— То есть, то, что мы с тобой вытворяли, — это не все? — продолжила между тем княжна свои расспросы. При этом, в ее голосе нотки искреннего удивления смешивались с отчетливой интонацией нешуточного интереса.

«Вот что значит расти без интернета…» — вздохнул мысленно Бармин, вспомнив по случаю цитату из какого-то американского фильма о поколении девушек, выросших на легком порно.

— Даже не треть! — подбросил Игорь дровишек в огонь. Ну, или, в зависимости от темперамента, плеснул бензином в костер.