'Млечный Путь, XXI век', 1 (42), 2023 - Владимир Анатольевич Моисеев

родной сестры Полины Норинг! Но как же моя прабабушка смогла вернуться в семью? И почему именно меня признали наследницей? Я должна это показать и рассказать хорошему адвокату или даже полицейскому детективу. Я хочу знать правду, и я ее узнаю!

Можно было бы обратиться в адвокатскую контору, услугами которой я постоянно пользовалась уже несколько лет, но мне пришлось бы многое объяснять, и я не уверена, что смогла бы это сделать, ведь я и сама почти ничего не понимала.

А что, если попробовать уговорить Карла Креминга помочь мне расследовать эту историю и разгадать тайну, озадачившую меня? У меня было подозрение, что он заинтересовался моим нежданным наследством. Может, этот дом ему приглянулся. А, может, он захотел бы стать моим юридическим представителем, за разумную плату, естественно? Не привыкла я еще к своему новому положению. Осторожное отношение к малознакомым людям меня пока не обременяло и не влияло на мои решения. К тому же Карл показался мне надежным человеком.

Я проверила, не разрядился ли мой мобильник, выяснила, что могу еще им пользоваться как минимум пару часов, и набрала нужный номер.

Карл ответил сразу, но, видимо, был занят, спросил, не случилось ли что-то, требующее его срочного вмешательства. Я ответила, что мне нужно с ним поговорить, но ничего срочного. Тогда он предложил мне встретиться после полудня. Пообещал приехать ко мне, если я еще буду там же, где мы вчера расстались. Я сказала, что меня это вполне устраивает. На том и договорились.

Он появился даже чуть раньше. Я очень сбивчиво поведала ему о своих мыслях, сомнениях и страхах.

Карл слушал меня внимательно, не перебивая даже уточняющими вопросами, что было бы естественно, в смысле, вопросы бы меня не удивили. Я понимала, что сумбур в моих мыслях только усиливается. Но не могла остановиться и замолчать, мне казалось, что, если я сейчас перестану говорить, случится что-то такое, чего нельзя допустить. Все это было невероятно глупо. Честное слово, я не суеверна, не особо религиозна, вообще я сама себя считаю рациональной особой, и те, кто меня знают, вряд ли стали бы возражать. Этому меня научила жизнь, в которой я всегда сама принимала решения и прекрасно знала, что ответственность за последствия тоже на мне.

Наконец поток сознания, который я обрушила на своего терпеливого собеседника, иссяк. Пару мгновений я с тревогой и надеждой ждала ответа, любого, у меня не было конкретных ожиданий, да и быть не могло.

- Давайте попробуем разобраться. - Карл взял мою правую руку в свои ладони, и я как-то сразу успокоилась.

- Извините меня, - почти прошептала я.

- Все нормально, - ответил он. - В вашей жизни оказалось слишком много странностей и загадок. Поверьте мне - все странности объяснимы, и загадки тоже имеют объяснение. Вы не откажетесь рассказать мне о себе? Возможно, еще и ответить на какие-то вопросы?

- Пожалуйста, если это поможет.

- Вот и хорошо. Давайте расположимся у вашего камина и будем думать.

Он улыбнулся, затем сказал:

- Я поднимусь на второй этаж, там наверняка найдется какой-нибудь стул для меня, а вы занимайте кресло, я вижу, оно вам пришлось по душе.

Моя жизнь

Прежде, чем я стала говорить о себе и своей жизни, несколько мгновений я помолчала, чтобы решить, как именно хочу все изложить, буду ли абсолютно откровенна? А почему бы и нет? По крайней мере, в тот момент я не видела в своей биографии ничего такого, о чем бы не могла поведать любому человеку, тем более, тому, кто захотел мне помочь.

- У вас, я думаю, есть копии всех документов, подтверждающих мою личность и мое право носить имя Дэллы Норинг. Иначе мы бы с вами сейчас не занимались этим увлекательным расследованием, - начала я свой рассказ.

Карл только кивнул, а я уже уверенней продолжила.

- Помню себя лет с трех-четырех, но первые воспоминания выстраиваются в моей памяти цепью не слишком связанных между собой эпизодов. Родителей не помню совсем, их мне полностью заменил дядя Бэрт, Бэртрам Норинг. Моим домашним обучением занимались сначала двое: учитель естествознания и математики Джим Коринг, хотя я не уверена, что правильно произношу его фамилию, я его называла просто Джим. Ему я обязана своей любовью к точным наукам.

- А чем вы сейчас занимаетесь? - спросил Карл.

- Наверное, меня можно считать журналистом. Точнее, репортером и фотокорреспондентом. Я продолжу?

- Да, конечно.

- А вот грамоте, чтению, владению компьютером и иностранным языкам меня обучала до школы Элизабет. Фамилию ее я, кажется, просто не знала, но думаю, это нетрудно выяснить, если это окажется важным.

- Вряд ли, - прокомментировал Карл.

- С восьми лет я стала учиться в частной школе для девочек при Тотриджском университете.

- Вам нравилось там учиться?

- Несомненно! Не буду нагружать вас банальностями о том, что мне открылся целый мир. Но там у меня появились и первые подруги, и первые недоброжелатели, как же без этого.

- Вы окончили полный курс?

- Да и школу, и университет.

- Извините, но...

- Не стесняйтесь, спрашивайте.

- Вы были стеснены в средствах?

- О, нет! Родители оставили мне некоторую сумму, которая позволяла жить достойно и учиться там, где я хотела. Когда умер мой дядя, я получила деньги и по его завещанию, впрочем, вы все можете уточнить в моем банке. Если понадобится, я распоряжусь, чтобы вам дали эту информацию.

- Не думаю, что это важно, просто...

- Да я все понимаю, и, если вы будете скромничать, задавая вопросы, нам будет трудно установить истину. Собственно, мне больше не о чем рассказывать. Теперь я хотела бы, чтобы вы рассказали о моем наследстве. Как все получилось? Этот дом не выглядит таким уж запущенным, но и не заметно, чтобы кто-то здесь жил постоянно.

- Последним, кто жил, в этом доме постоянно, был Эдвард Норинг, он ваш дальний родственник. Присматривать за домом после смерти Эдварда было поручено фирме "Замок", они за небольшую плату следят за недвижимостью, временно не занятой никем. Такой недвижимости не так уж много, это дома, которые сдаются в наем от имени адвокатов или судебных исполнителей. Этот вид аренды пользуется спросом, поскольку недорого, иногда с вполне реальной возможностью купить дом за небольшие деньги. Дома эти временно по стечению обстоятельств никому не принадлежат. Ну, вы, я думаю, понимаете, что бывает, когда хозяин недвижимости умирает, не имея наследников