Осколки зеркала - Том Белл

узнал, что тебе до сих пор не рассказали, что тебя ждет, я был в недоумении. Немыслимо. Чем вообще думает твой отец и Император лично? Какой требухой набиты их головы? Прямо сейчас тебя вовсю должны готовить к свадьбе с Нефритовым магом, но вместо этого ты бегаешь со вшивым оборванцем по городу и рискуешь благополучием всей Империи! Такому тебя учили с детства? Зачем же магистру Шень Ену такая бесполезная сволочь, которая не может выполнить простейших указаний? Пожалуй, мне стоит сообщить ему. Ваше жалкое государство не заслужило дождей. Голод выкосит лишних, и тогда вы снова заживете в мире. Но уже без этого ничтожного… Лю. Мне даже мерзко произносить это имя.

– Нет, господин, прошу, – взмолилась Кайсин. – Я сделаю все, что вы скажете. Только отпустите его!

– Все, что скажу, говоришь… Ты сделаешь это в любом случае, глупая птичка. Зачем мне оставлять в живых эту погань?

– Я… я… Я прошу вас! Просите все, что захотите! – только и смогла просипеть Кайсин.

Слезы заливали лицо. Вся комната превратилась в грязное размытое месиво. Она с трудом видела облик Тейтамаха, но ощущала, как исходит от него пугающая сила. Евнух тихо посмеивался, и даже сквозь рыдания Кайсин заметила, как трясутся его щеки. Ей хотелось зарычать, закричать, броситься на ненавистного мучителя, вцепиться ногтями в его глаза, выгнать его из своего дома и забыть про этот кошмар навсегда. Но Тейтамах поднял зачарованную трость, и девушка вконец поникла.

Она рухнула на локти, впилась пальцами в деревянный пол, без конца повторяя:

– Прошу. Прошу. Прошу…

Тейтамах хмыкнул и отвернулся. Он прошелся по комнате и остановился перед Мэйсу.

– Милая моя! – Он провел ладонью по лицу служанки. – Благодарю тебя. Ты сделала все, что требуется, и теперь твоим родителям ничего не угрожает. Я оставлю их в покое.

– Спасибо, мой господин, – низко поклонилась Мэйсу.

– Ступай, повидай родных. Мы с тобой вновь увидимся после Сячжи.

Кайсин поймала взгляд сестры, увидела, как широко раскрыты ее глаза, не то от удивления, не то от ужаса, и услышала скрип входных дверей. Ее охрана, как и должно, стояла в коридоре, но на помощь никто не спешил. Они не смели. Никто не мог ей помочь. Тейтамах был защищен волей Императора и властью Нефритового мага. Сейчас во всем Синем дворце не было ни одной души, кто решился бы заступиться за униженную девушку.

Даже собственный отец, будь он здесь, не шевельнул бы и пальцем.

Тейтамах словно прочел ее мысли:

– Что сказал бы Первый советник, узнай, как низко пала его дочь? – он небрежно взмахнул тростью, и дверь мягко закрылась сама собой. – Ой-ой-ой… какое разочарование. На его месте я был бы безутешен. Подавлен. Уничтожен. Собственное дитя променяло его и всю семью на никчемного бродяжку. Каков позор.

Кайсин молчала, уткнувшись в пол. Да и что она могла сказать? Она чувствовала, что евнух упивается ее мучениями. Наслаждается видом слез, озерцом разливавшимися под ее ладонями.

– Так что же мне сделать с вами…

Тейтамаха прервал шум потасовки из коридора. Кто-то кричал. Что-то с оглушительным стуком упало. Дверь заходила ходуном и в следующий миг вылетела из проема, как невесомая. Внутрь покоев ворвался Си Фенг. Он был в одних штанах с обнаженным мускулистым торсом, усеянным седыми густыми волосами. На его лице застыл свирепый оскал, а в налившихся кровью глазах пылал гнев. Кайсин заметила позади него бездыханные тела солдат.

– Что здесь происходит? – рыкнул он так, что задрожали стены.

Кайсин ужаснулась и поползла прочь, пока не уткнулась в собственную кровать. Лю по-прежнему был без чувств. Девушка вцепилась в его холодную руку и посмотрела на Си Фенга.

Страж пронзал взглядом Тейтамаха, ожидая ответа. Но евнух не спешил объясняться. Он цокнул языком и утомленно вздохнул.

– У Первого советника странный подход к выбору слуг. – Тейтамах покачал головой и всплеснул руками. – Мне даже представить сложно, чтобы какой-то солдатик ворвался в покои к члену Императорской семьи и начал бы задавать вопросы. Да еще и в таком тоне. Уже к утру он лишился бы головы.

Мощная грудь Си Фенга тяжело вздымалась от кипевшей злобы. Сжатые добела кулаки дрожали. Воин был готов броситься на евнуха.

– Не могу сказать, что рад знакомству с тобой, Генерал-Буря, – продолжал Тейтамах. – Ох, что это я? Ты давно не генерал. Ты даже не воин Империи. Просто жалкий телохранитель безмозглой девчонки. Твои славные деньки давно позади, Генерал-Буря. Но и с такой простейшей работой ты не смог справиться. Зачем Первый советник тебя вообще держит? Вместо шута? Или для утех? – евнух на мгновение замолк, улыбнулся, а потом закричал, срываясь на визг: – Под твоим носом эта убогая соплячка убегает в город вместе с каким-то сбродом! Из-за твоей оплошности едва не рухнули многолетние усилия магистра Шень Ена и Императора! Ты хоть представляешь, что случилось бы, не вмешайся я?

Услышав слова Тейтамаха, Си Фенг осунулся. Его пыл резко угас.

– Правильно, – улыбнулся евнух. – А теперь постой в стороне и не мешай мне разбираться с этой несносной девкой и ее несчастным ухажером.

Си Фенг перевел взгляд на кровать и сдавленно охнул, увидев юношу:

– Это же Лю…

– Вижу, вы и правда знакомы. Кто бы сомневался.

– Что…

– Молчать! Слуги должны молчать, когда говорит господин.

Дождавшись, когда воитель успокоится, Тейтамах развернулся и посмотрел на Лю. Тот вдруг пошевелился. Он закряхтел, изогнулся и стиснул ладонь Кайсин.

– Лю…

– Кай…

– Довольно. Пора преподать тебе последний урок.

Лю внезапно сжался в комок и спрыгнул с кровати. Мелькнуло что-то яркое. Короткая вспышка расчертила воздух и врезалась в Тейтамаха. Тот взревел от боли и схватился за лицо. На пол брызнула кровь. Когда Кайсин опомнилась, она увидела осколки зеркала. Оно развалилось на несколько частей. Голова нефритового дракона от оправы прокатилась по полу и остановилась у ее ног.

– Грязное отребье!

Лю рванул к окну, но вновь был остановлен невидимой силой. Его подняло над полом и развернуло к евнуху. Тейтамах отнял ладонь от длинной раны, что пересекала его лицо наискось, взмахнул пылающей тростью, и юноша поплыл по воздуху к нему навстречу.

– Молю, господин! – взвыла Кайсин.

Захлебываясь слезами, она попыталась помешать обидчику и бросилась к нему. Чьи-то сильные руки вдруг оттащили ее в сторону, усадили на кровать и не дали вырваться из хватки. Кайсин увидела над собой лицо Си Фенга. Он крепко обнимал ее, что-то шептал, просил успокоиться, но она не слышала. Она с ужасом взирала, как Лю медленно приближается к лысому изуверу.

– …нам нельзя вмешиваться, Кай. Нам нельзя…

– Нет! Отпусти! Мы не можем