Операция «Карибская рыбалка» - Сергей Зверев

Он не видел ни специальных противолодочных радаров, ни противоторпедных автоматических пусковых установок, которыми можно было бы, хотя и с большим трудом, помешать его планам. Но факт оставался фактом – мина не сработала. Вернее – еще как сработала, только не там, где нужно. Такие фокусы судьбы крайне негативно влияли на его настроение. Вот и сейчас его и без того красное от солнечных ожогов лицо постепенно багровело от негодования. Хищные ноздри заметно раздувались в такт участившемуся дыханию. Он был раздражен. Ох как он был раздражен! А ведь за спиной сидит его «заклятый друг», который тоже великолепно осознает, что Ларнер вляпался по самые уши.

Надо было срочно предупредить его издевки, а они непременно последуют. Учитывая недавние события, Диего Родригес не упустит возможности поквитаться за насмешки в свой адрес. Но как этого избежать? Этот вопрос стал занимать Эдварда Ларнера даже больше, чем все предыдущие.

За его спиной раздалось тактичное покашливание. Это Родригес, удивленно подняв брови, откинулся на спинку своего сиденья и по-американски закинул ногу на ногу. Удивление на его круглом, лоснящемся от духоты лице постепенно принимало все более и более издевательское выражение. Он театрально водил в воздухе кистью левой руки, словно подбирая слова для высказывания, и ждал, когда Ларнер обернется. Но тот только напряженно выпрямился на стуле и продолжал неотрывно сверлить глазами экраны.

Пауза несколько затягивалась. Перестав гримасничать, Родригес запустил свою пятерню под майку и начал звучно скрести волосы на выдающемся животе. Это был еще один из способов подразнить своего коллегу: интеллигентный Ларнер не переносил подобных проявлений варварства и всегда брезгливо оглядывал его с ног до головы. Но на этот раз даже этот финт не сработал.

– Ваши зверюшки вас подвели, – не скрывая удовлетворения, наконец произнес Родригес. – А мой агент, я уверен, уже заминировал комплекс и в скором времени покинет корабль.

Фраза так и осталась висеть в воздухе. Родригес чуть наклонился вперед и заглянул через плечо Ларнера. Тот с каменным выражением лица продолжал управлять беспилотным самолетом-разведчиком, и только побелевшие кончики пальцев, остервенело сжимающих джойстик, выдавали его чувства. Родригес фамильярно хлопнул его по плечу, ожидая что его чопорный друг разразится отборными ругательствами и выпустит пар.

– Давай-ка, дружище, лучше последим за моим парнем, – по-свойски обратился он к нему.

Ларнер перестал щелкать своими кнопками и сбросил с себя лапищу Родригеса. Ему стоило огромных трудов сдерживать себя, и жестокий церэушник это отлично видел. Решив, что с Ларнера пока достаточно, разом повеселевший Диего переключил свое внимание на Бэнкса. Этот пожилой мужичок с умными глазами изрядно забавлял его. Он отчего-то не мог без улыбки взглянуть на это морщинистое обветренное лицо и вечно встопорщенный «ежик» обесцвеченных водой и солнцем волос. Повернувшись всем своим массивным телом в его сторону, так, что жалобно скрипнуло сиденье, он заметил:

– Кстати, почему взрыв произошел не под кораблем?

Доктор Бэнкс, всегда открытый и улыбчивый, сейчас не был похож на самого себя. Остекленевшими зрачками он тупо пялился на свой монитор, на котором оставалась только одна красная точка, обозначавшая маяк сухогруза. Вторая, указывавшая местоположение дельфина Джерри, погасла в момент взрыва. Это могло свидетельствовать только об одном: его любимец, немного непослушный, но страшно жизнерадостный и умный Джерри, погиб. Так не должно было случиться. Именно такого исхода боялся Бэнкс, когда отправлял своего малыша на это рискованное задание, и именно этого пытался избежать, колдуя над замедлителем детонатора. Но он не сумел уберечь своего лучшего ученика. Какая-то непреодолимая сила остановила его дельфина, заставив мину сработать раньше времени. Какая – было теперь для доктора не так уж и важно, ведь он относился к Джерри как к родному. Он даже не расслышал вопроса, обращенного к нему. Мысли биолога витали где-то очень далеко, а в его глазах стоял огромный столб из воды и огня, ставший обелиском для его доброго и ласкового дельфина-убийцы.

Глава 32

Борт российского сухогруза

Ковыряясь отверткой в переплетении проводов, Рамиро Суарес украдкой поглядывал на рослого араба в черной морпеховской форме. Тот, повинуясь приказу своего командира, остался приглядывать за ним и теперь стоял чуть поодаль и хмуро наблюдал за действиями кубинца. В его глазах читалась дикая скука. Ему бы сейчас уложить кого-нибудь из автомата, который болтался на его бычьей шее, как елочная игрушка, а еще лучше – подраться врукопашную, переломать кому-нибудь руки или ноги, свернуть шею. А приходилось глядеть, как Рамиро с невиданным энтузиазмом носится вокруг пусковой установки, что-то подкручивает, где-то постукивает. Скорее бы уже запускал эту шайтан-ракету.

А Суарес с этим не спешил. В брезентовой сумке с инструментами, небрежно валявшейся у него под ногами, лежала небольшая пластиковая коробочка, которую ему удалось пронести под поясом своего гидрокостюма. Ночью он на ощупь соединил ее со своими невзрачными «наручными часами» при помощи нескольких разноцветных проводков. Вышла неплохая мина с часовым механизмом, которой достаточно, чтобы подорвать напичканную взрывчаткой ракету. А уж мощности той с лихвой хватит на то, чтобы остальные девятисоткилограммовые семиметровые «красавицы» от души бабахнули, превратив еще вполне пригодный к использованию сухогруз в кучу искореженного металла. Красивая должна получиться «цепная реакция». А главное, надежная.

У Суареса каждый раз волосы вставали дыбом, когда он думал о том, что может произойти, если случайно рванет какой-нибудь из неаккуратно разложенных по палубе контейнеров с ЗУРами, разъехавшимися после катастрофы. А особенно щемило в груди и еще некоторых местах, когда он наблюдал, как экстремисты бесшабашно обращаются с этими опаснейшими штуками. Но, слава святой Барбаре и всем ее друзьям, смертоносные зенитные управляемые ракеты пока спокойно реагировали на столь похабное к себе отношение. Ему оставалось только установить свое миниатюрное чудо диверсионной мысли, но сделать это надо так, чтобы не вызвать подозрений у крутящихся вокруг арабов, а особенно у его собственного надзирателя.

Перестав на минуту создавать видимость кипучей деятельности, ведь на самом деле система уже давно была готова к пуску, Рамиро подозвал к себе надсмотрщика. Презрительно сплюнув на палубу, араб вразвалку подошел к установке.

– До запуска осталось несколько минут, – сделав преданно-испуганные глаза, констатировал Рамиро. – Надо срочно доложить командиру, что если он не прикажет убрать подальше от ракет весь этот хлам и мы не успеем залить водой деревянную часть настила, то сухогруз вспыхнет, как спичка! И все мы вместе с ним. Тебе что, охота добираться до берега вплавь? Это очень далеко, поверь мне, даже я не доплыву!

Для убедительности он красочно жестикулировал перед носом террориста, бил себя кулаками в грудь и показывал на ящики, стоящие неподалеку. И это была чистая правда. За исключением, может быть, того, что спешки-то особой не было. Его бы воля, так он вообще не стал бы так рисковать и связываться с боевыми стрельбами по сопредельным государствам. Увидев в маскообразном лице араба признаки колебания, он усилил натиск.

– Ты знаешь, – почти закричал он, – на какое расстояние разлетаются раскаленные газы из сопла? А температура там какая, знаешь? До тысячи градусов доходит, это тебе о чем-нибудь говорит?! Да если ты будешь стоять при запуске на вот этом самом месте, то сгоришь заживо и от твоей тупой башки останется одна головешка! Быстрее к командиру, и тащи сюда насос, а то Мохаммед прихлопнет меня и тебя заодно!

Доходило до здоровяка и правда не быстро. Он очень хотел научиться стрелять вот этими ракетами-красавицами. Но гаденыш кубинец слишком ловко проделывал свою работу и не давал возможности запомнить, что и как следует делать. Суарес, хоть и вызывал желание его придушить, но свое дело знал – это было видно. Поэтому араб напрягся, услышав его слова о необходимости расчистить площадку вокруг установки. А когда тот упомянул о гневе командира, который приказал как можно быстрее начать мстить американцам, пришлось послушаться советов кубинца.

Для поддержания собственного авторитета араб ткнул Рамиро кулаком в грудь и молча указал на установку, что должно было означать: «Заткнись и продолжай работать!» А сам все-таки повернулся и резво зашагал к своему командиру.

Рамиро облегченно вздохнул и покачал головой. «Проще, чем с бревна упасть», – вспомнил он расхожую английскую поговорку и направился к ближайшему контейнеру с ракетой. Минировать уже готовую к запуску ракету он посчитал чересчур опасным. При запуске, который волей-неволей ему придется произвести, взрывное устройство может не выдержать, а ему очень не хотелось этого, ведь он будет еще на борту в это время. Незаметно оглядевшись, он неторопливо отвинтил небольшой лючок рядом с контактной коробкой. Места как раз должно было хватить, чтобы поместилось его хитроумное устройство.