Разгром фашизма. СССР и англо-американские союзники во Второй мировой войне - Леннор Ольштынский

На случай быстрого крушения Германии еще до открытия второго фронта западные союзники вновь вернулись к плану «Рэнкин» — экстренной высадке своих войск в Западной Европе. При этом намечены зоны оккупации английскими и американскими вооруженными силами[191].

Зимой 1944 г. американское и английское руководство, несмотря на отмеченные расхождения между ними во взглядах, приступило к практической подготовке высадки в Северо-Западную Францию. Одновременно проводилось наступление в Италии в целях овладения Римом и последующего выхода в Северную Италию. Для содействия прорыву обороны немецких войск под Римом союзники высадили в тылу противника в районе Анцио крупный оперативный десант (6-й американский корпус — 50 тыс. человек). Однако нерешительность действий высаженных войск и их слабая согласованность с наступлением 5-й американской и 8-й английской армий с фронта не позволили развить успех, несмотря на значительное превосходство в силах. Попытки союзников прорвать оборону в районе Кассино в январе, феврале и марте не дали результатов.

Для подготовки нового наступления на Рим союзное командование в апреле — мае усилило войска в Италии, доведя численность группировки 15-й группы армий до 25 дивизий (7 американских, 5 английских, 3 индийские, по 2 канадские, польские, марокканские, по одной французской, алжирской, новозеландской и южноафриканской)[192] против 19 немецких. Активную борьбу с немцами вели и бойцы итальянского Сопротивления, против них германское командование держало 4 дивизии и одну бригаду на севере Италии.

Новое наступление союзников началось 11 мая. Преодолевая упорное сопротивление противника, союзные войска медленно продвигались к Риму и 4 июня освободили столицу Италии. Однако окружить группировку в 10–11 немецких дивизий, как намечалось планом, не удалось. В итоге немецкие войска отошли на новую линию обороны и сковали на итальянском фронте значительные силы союзников до начала вторжения во Францию.

В целом наступление в Италии, отвлекавшее значительные силы союзников, к лету 1944 г. не принесло серьезных стратегических результатов.

«Если учитывать соотношение сил сторон (30 дивизий союзных войск против 22 немецких дивизий, а фактически 2:1 в боевых частях), то второе наступление в Италии нельзя назвать значительным вкладом со стратегической точки зрения. Не способствовало оно и вторжению в Нормандию…», — вынужден признать английский историк[193]. Здесь следует внести дополнение о том, что англо-американские союзники имели к тому же полное господство в воздухе и на море. Читатель может сравнить итоги зимней кампании союзников с масштабами и результатами наступления советских войск.

3.4. Открытие второго фронта

Сокрушающие удары Красной Армии от Балтики до Карпат

Окончательная разработка планов, сосредоточение необходимых сил и средств, подготовка войск к высадке во Францию («Оверлорд») начались только после Тегеранской конференции. Объединенный англо-американский штаб 12 февраля 1944 г. определил цель операции и первоначальный состав участвующих сил. Замыслом предусматривалось осуществить вторжение на европейский континент, захватить северо-западную часть Франции и создать условия, чтобы в последующем «нанести удар в сердце Германии и уничтожить ее вооруженные силы». По замыслу и исполнению это была крупнейшая стратегическая операция англо-американских вооруженных сил во Второй мировой войне и крупнейшая в истории десантная операция.

Для ее выполнения создана стратегическая группировка всех видов вооруженных сил в составе четырех армий союзных сухопутных войск, двух воздушных армий стратегической авиации и двух объединений тактической авиации, союзных экспедиционных военно-морских сил. Общая численность сил, участвующих в операции, составляла 2 млн. 876 тыс. человек. Группировка имела 6000 танков и САУ, 1500 орудий и минометов, 10 859 самолетов (боевых), 114 кораблей основных классов. Союзники обладали превосходством в силах: в людях — 3:1, танках — 3:1, орудиях 2,2:1, самолетах 61,4:1; боевых кораблях — 2,1:1. При этом 7 линкоров, 25 крейсеров и мониторов не имели равноценного противника[194].

Немецкая оборона была неглубокой, а в районе высадки инженерные сооружения готовы были лишь на 16 % от плана. Если учесть, что немецкие войска были укомплектованы в значительной степени лицами, ограниченно годными к боевой службе, разнотипным вооружением и имели острый недостаток в транспортных средствах, то превосходство союзников будет еще более значительным. Кроме того, в борьбе с оккупантами приняли участие бойцы французского Сопротивления, в рядах которого насчитывалось 400 тыс. человек.

Замыслом предусматривались два основных этапа операции: первый — высадка десанта и захват плацдарма (20 суток); второй — высадка на плацдарм 3-й американской армии и развитие наступления с овладением северо-западной части Франции (междуречье Сены и Луары) за 70 суток. Первый этап операции «Оверлорд», включающий действия с 6 июня по 24 июля, в советской литературе принято называть Нормандской десантной операцией, а последующие действия — «Наступление союзных войск в Северо-Западной Франции»[195]. Операции «Оверлорд» в западной и советской историографии посвящено немало трудов, в которых подробно освещается замысел, подготовка, ход боевых действий, их обеспечение.

Одновременно с высадкой в Нормандии в стратегическом взаимодействии с наступлением на севере Франции предусматривалась высадка десанта на юге страны — на Средиземном море. Комитет начальников штабов считал, что она будет способствовать успеху высадки в Нормандии, а захват порта Марсель даст возможность доставлять снабжение и подкрепления южному крылу союзных войск при дальнейшем наступлении. Отвлечение Черчиллем сил для действий в восточной части Средиземного моря привело в конечном итоге к тому, что высадку на юге Франции перенесли на более поздний срок и влияния на ход борьбы в Нормандии она не оказала.

Важную роль во всей подготовке операции «Оверлорд» союзное командование отводило системе дезинформации противника о планах вторжения во Францию. Основная ее цель — убедить гитлеровское руководство в том, что наиболее вероятна высадка союзных войск в районе побережья Па-де-Кале (в самой узкой части пролива Ла-Манш) и в более поздние сроки, чем это намечалось планом. Система дезинформации и комплекс мер, используемых для этого, сейчас уже довольно широко известны[196]. Очень показательно, как при этом союзниками использовалась разведывательная система «Ультра» и учитывались особенности мышления гитлеровских военачальников.

Ф. Уинтерботэм свидетельствует, что с 1942 г. генерал-фельдмаршал Г. Рундштедт, ставший главнокомандующим немецкими войсками на Западе, систематически докладывал в ставку Гитлера о дислокации, численности войск, о большом некомплекте (до 50 %) в дивизиях, о неудовлетворительном состоянии обороны и низкой боеспособности войск. Все эти доклады перехватывались союзнической разведкой и использовались при планировании операции «Оверлорд». Из перехваченных радиограмм стало известно мнение Рундштедта о том, где может состояться вторжение союзников. «Верный ортодоксальному немецкому военному мышлению, — пишет Уинтерботэм, — он полагал, что союзники обязательно изберут кратчайший морской путь и высадятся в Па-де-Кале. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что радиограмма с изложением этого мнения положила начало тщательно разработанному плану дезинформации — размещению фиктивной армии в Кенте, против Па-де-Кале, чтобы подкрепить мнение Рундштедта»[197].

Роммель, назначенный командующим группы армий «Б», оборонявшей северное побережье Франции, предложил новый план разгрома высадившихся войск. Он предусматривал удары танковыми дивизиями, расположенными вблизи побережья, по десантным войскам в самый опасный для них момент — период борьбы за участки высадки. Однако Рундштедт отстаивал свое прежнее решение — держать основные силы танкового резерва около Парижа для нанесения контрудара из глубины обороны. Разгорелась переписка по этому вопросу со ставкой Гитлера.

В Берлине приняли компромиссное решение — часть танковых дивизий оставить в распоряжении Роммеля, но четыре, сосредоточенные под Парижем, перевести в непосредственное подчинение верховному главнокомандованию. В мае союзническая разведка перехватила телеграмму Гитлера Рундштедту с этим решением. «Это был подарок, которого мы ждали, — пишет Уинтерботэм. — …Роммель лишился контроля над основными танковыми резервами. В его ведении не были и береговые батареи, подчинявшиеся командованию военно-морских сил наряду с несколькими эскадренными миноносцами и моторными катерами, которые редко выходили в море. Авиация, находившаяся в распоряжении Роммеля (3-й воздушный флот), как нам было известно, насчитывала около 50 боевых самолетов… Донесения немецких штабов об обстановке на восточном фронте свидетельствовали о неослабном нажиме русских, которые отбрасывали назад немецкие армии»[198].