Ведомственный притон - Сергей Александрович Романов

раз приходилось подавать руку, когда приезжал в Катькино заведение. Это был тот самый Малкин, который по совету Белоцерковского вчера вечером чуть было не подменил Катьку на посту директора спорткомплекса.

Остановившись около первой массажной комнаты, Екатерина Катышева открыла дверь и, заглянув внутрь, улыбнулась. В течение минуты она стояла в дверном проеме, казалось, с интересом и одобрением наблюдая за происходящим в комнате. Акробат, без всякого выражения на лице, стоял рядом. Наконец, закрыв дверь, она подошла ко второй массажной, в которой обстановка ее не устраивала. Несколько раз повторив слова «активнее» и «темпераментней», лицо Катьки выражало недовольство тем, что происходит за дверью.

Катышев нисколько не сомневался, что порнографические съемки производились при полном отсутствии представителей администрации комплекса, а Катькино появление в сопровождении тренера по акробатике было профессионально совмещено опытным монтажером. Но он совсем растерялся, когда увидел свою улыбающуюся Катьку в комнате отдыха сауны в компании совершенно обнаженных моделей. По периметру комнаты двигался живой паровозик. Выстроившиеся в определенной позе друг за другом длинноногие девушки то резко тормозили, то набирали скорость, по ходу обозначая лесбийскую любовь. Возглавляли и замыкали откровенный состав по паре мужчин.

Катька что-то говорила им, а из парилки в обнимку с девушками и с громким смехом выходили другие мужчины и девушки и прицеплялись к составу. Конечно, не оправдывал Катышев жену, такое могло случиться. Катьку специально зазвали в сауну и устроили спектакль, приглушив ее возмущенный голос в то время, когда в комнату отдыха начали выходить раздетые парни. Но почему она не рассказала об этом происшествии ему?

Увидел на мониторе и себя. Это был тот самый день, когда он поздно вечером заехал за женой. В поисках жены он бегал по всему спорткомплексу, по-хозяйски заглядывая в тренажерные и массажные помещения. Вот они встретились с Катькой в холле, вот пошли к выходу. Тогда он узнал на стоянке автомобиль Черемисовой и, чтобы лишний раз удостовериться в этом, нагнулся и протер перчаткой передние номера «БМВ». Неосведомленному зрителю могло показаться, что Катышев что-то ищет под передним бампером машины. Вот он снова обошел автомобиль Черемисовой и только потом, оглянувшись во все стороны, занял место в «Пежо».

Катышев затормозил просмотр на кадре, когда, продемонстрировав перед камерой сверток с долларами, Черемисова засунула его под передний бампер «БМВ». Запись на диске закончилась, и, если бы Катышева попросили написать рецензию на этот видеоролик, он бы сделал заключение о том, как руководство спортком плекса в лице Екатерины Катышевой предоставляет помещения для платных любовных утех и разврата, а ее муж, офицер милиции, получает взятки, за содействие и контроль.

Он уже готов был вынуть диск и бежать с ним в комнату экспертов, понимая, что только всесторонняя и тщательная проверка этого самопального ролика могла установить истину. Но он заставил себя остаться в кресле. Если уж идти за помощью в экспертный отдел, то стоит ли терять время и носить видеосъемки по одной? Коробка со вторым фильмом продолжала лежать на столе нетронутой. И Катышев, ни на йоту не сомневаясь, что и в ней покоится такая же гнусная подделка, решил все же быстренько его проверить.

Его прошиб пот, когда он увидел знакомую комнату Паши Коробатова. Реальная съемка велась с расстояния трех метров. Стоя в кровати на коленях, Катышев раздевал Диночку, то же самое Диночка проделывала с одеждой Катышева. Оставшись без ничего, они рухнули в постель… Все, что происходило потом, Катышев смотреть не захотел. Зато Коробатов, судя по количеству видеоинформации, нанесенной на диск, проглядел до конца. Четкость изображения говорила о том, что камера была укреплена на штативе.

Желание бежать к экспертам разом пропало. Несколько минут Катышев, вдавленный в кресло, находился в полной прострации. Наконец, когда постепенно начала проявляться реальная действительность, он подумал, что вволю может посидеть на озере с удочками и обойти все пивнушки, в которые любил захаживать с сокурсниками. Не беда, с его мозгами работу ве дущего экономиста или, на худой конец, главного бухгалтера, пусть даже в захолустной фирмочке, он всегда найдет. Труднее будет все объяснить Катьке. Насчет того, что дубликат диска может до нее дойти, он никаких иллюзий не строил.

Он выдвинул ящик стола и достал чистый лист бумаги. Впервые он писал не мелким бисером, а размашисто — «Начальнику управления собственной безопасности генералу Милославскому от капитана Катышева Константина Васильевича. Рапорт. Прошу…»

Он даже не заметил, как зашел в кабинет и опустился на стул Полуяров.

— Рапорт на увольнение строчишь?

Капитан без всяких эмоций оторвался от бумаги и поднял голову:

— А что остается, Иван Борисович?

— Я не сомневался, Костя, что ты поступишь имен-но так.

— Другого выхода нет. Второй диск, увы, — не подделка.

— Не могу поверить, — Полуяров со свистом набрал воздуха в грудь. — Не могу! Фочкин, Золотарев — кто угодно! Но ты?!

Катышев задумчиво грыз карандаш:

— Я допустил ошибку, товарищ полковник.

— Кто бы сомневался!

— От Коробатова нам нужно было тут же бежать к наркологу. И мне, и Ляминой.

— Я не удивляюсь, что такие дела творятся по глубокой пьяни.

— И пройти экспертизу насчет обнаружения силь недействующих наркотических средств. Коробатов угостил нас коктейлем. Мне кажется, в нем было подмешано что-то возбуждающее.

— Если это даже и так, то как ты мог прикоснуться к стакану? Ты же опер, специалист?!

— Все было из одного графина. Коробатов первым выпил до конца. Потом мы с Динкой.

— А почему же Коробатов не очутился вместе с вами в постели?

Катышев порылся в столе и извлек из ящика помятую сигарету. Неумело затянувшись и выпустив дым, он дал конкретный ответ:

— Коробатов — импотент. И уже никакой сильнодействующий наркотик ему не поможет. Но он ловит кайф от другого. От живого просмотра таких сцен.

— Если так, то вполне возможно, что он писал этот диск только для себя? — предположил Полуяров.

— Тогда как он оказался у вас? — без всякого интереса спросил Катышев.

— Дежурный передал конверт, на котором была выведена твоя фамилия. Поверь, Катышев, я бы не стал его просматривать, но мне подумалось, что по черным каналам поступил дубликат обнаруженного в сейфе Черемисовой диска. Ты позвони этому самому импотенту, припугни его. Может быть, рано писать заявление…

— К нему ехать надо, а не звонить! — сказал он самому себе.

Катышев резко соскочил с места и, закинув коробатовский фильм в папку, бросился к вешалке. Уже на пороге он повернулся к полковнику:

— Товарищ полковник, если вам не трудно, занесите съемку о спорткомплексе экспертам…

— Можешь взять мою машину!

…К удивлению Катышева, квартира Коробатова оказалась не заперта,