Секретные агенты из психушки - Галина Доронина

лишь пожимали плечами. Муж совершенно не касался ребёнка, предоставив все заботы молодой жене. Он не бросил её один на один с младенцем: Арина была вольна нанять себе хоть десяток нянь. Но она предпочитала действовать самостоятельно, никому не доверяя ребёнка. От хронического недосыпания девушка пребывала в постоянном стрессе. И когда муж сказал, что уезжает на две недели в командировку, Арина решила вернуться на это время в свою старую квартиру. Там было привычнее, там была Нина, у которой был ребёнок того же возраста. По приезду она заснула. А когда проснулась, поняла, что ребёнок не дышит. Даже страшно представить, что испытала в тот момент молодая мать. От ужаса и непонимания того, что происходит, она не позвонила в скорую, а побежала к подруге. Рассказав ей все, Арина осознала, что вместе с ребёнком, лишится и комфортной жизни. Муж никогда не простит её за то, что такое вообще произошло. И неважно по чьей вине.

И тогда в голове девушки возник план, который очень сложно понять и оправдать. Она предложила Нине поменяться детьми. Предложила не просто так, а присовокупив к этому немаленькую сумму денег.

Если бы на месте Арины была любая другая женщина, Нина, не раздумывая, вытолкала её взашей. Но перед ней сидела её любимая подруга, которая в трудные минуты никогда не бросала её, которая сейчас была просто на грани нервного срыва. И она согласилась. Они быстро поменяли детей, Нина вызвала скорую, врачи которой констатировали смерть. А Арина вернулась к мужу с весёлым и здоровым карапузом. После этого подруги больше не виделись. А Нина с тех пор пила каждый день, как будто стараясь заглушить в себе вину перед сыном.

– Вот так вот, девочки, – вздохнув, закончила свой рассказ тётя Катя.

Мы потрясенно молчали. Я ожидала чего угодно, но только не такого. У меня в голове не укладывалось, как можно было отдать собственного ребёнка.

– Получается, подруга для неё оказалась важнее сына! – вырвалось у меня.

– Не обязательно, – покачала головой тётя Катя, – Нинку можно понять. Что она могла дать своему сыну? Пьяную мать? А в той семье у него гарантированно будет все самое лучшее. Она очень переживала по этому поводу. Я и узнала-то об этом, когда пьяную с лестничной площадки к себе притащила. Отчитывала её, мол, как ты можешь, у тебя же дети. А она разревелась и все мне выложила. Потом сказала, что как будто камень с души упал. Тяжело было носить в себе. Утром, конечно, ей стыдно стало, но я её успокоила, что не раскрою никому этот секрет. Но сейчас дело такое, что молчание моё могло Фельке навредить. А уж в нем Нинка души не чаяла. Так что не обиделась бы на меня.

– Значит, у Феликса есть родной брат, – задумчиво проговорила я, – только он об этом не знает. А его брату, видимо, кто-то правду нашептал. И тот решил избавиться от известного и богатого родственничка и заявить права на наследство.

– А Марина здесь каким боком? – поинтересовалась Алька.

– Как-то они познакомились. И она, видимо, в доле. Интересно, это расставание с Феликсом побудило её на активные действия, или она заранее планировала все это?

– Как бы ни было, нам нужны доказательства, чтобы упечь эту сладкую парочку за решётку, откуда они не смогут навредить твоему Феликсу, – очень правильно сказала Алька.

– Мы обязательно что-нибудь придумаем. А пока давайте позовём Игоря и приступим к прощальному ужину. А то все так аппетитно пахнет, а я проголодалась, – решила сменить тему я. Мне нужно время, чтобы разложить всю эту историю по полочкам и придумать, как действовать дальше. И как рассказать обо всем этом Феликсу. Не так-то просто узнать в тридцать с лишним лет, что у тебя все это время был брат, которого ты считал умершим. «Иногда покойники оживают», – вспомнила я слова Павла Дмитриевича и усмехнулась. Да, чего только в этой жизни не бывает.

Ужин прошёл в тёплой дружественной атмосфере. Очень не хотелось уезжать, но у нас уже были куплены билеты. И до тех пор, пока те, кто покушаются на Феликса, не окажутся за решёткой, я не буду спокойна.

– Игорь, – обратилась я к парню, когда с едой было покончено, и мы помогали тёте Кате убирать со стола, – тебе же уже вернули машину?

– Вас нужно на вокзал отвезти? – подмигнул он.

– А ты догадливый, – усмехнулась я, – да, именно об этом я и хотела тебя попросить. А то с нашим везением, мы точно опять вляпаемся в неприятности.

– Не вопрос. Во сколько поезд?

– В час ночи. Мы тут у вас чемоданчик оставим и пойдём за остальными вещами. Часам к одиннадцати вернёмся и поедем на вокзал.

– У вас же вроде не было чемодана? – наморщив лоб, спросил Игорь. – Или это вы сувениров накупили?

– Очень смешно, – с обидой ответила Алька, – вообще-то, у меня в Питере чемодан с вещами свистнули. А тут на рынке он нашёлся.

– Да, девчонки, с вами не соскучишься. Давайте-ка, я вечером за вами сам приеду, а то и вправду найдёте приключений.

– Это будет вообще замечательно! Тогда до вечера?

– До вечера.

Мы тепло попрощались с тётей Катей и пообещали, что ещё обязательно приедем и Феликса с собой привезём. Она помахала нам рукой, незаметно вытирая слезы, когда мы отправились в гостиный дом.

– Не люблю прощания, – сказала Алька, у которой тоже глаза были на мокром месте.

– Это точно, – вздохнула я. – Может, ещё и правда вернёмся. Только я даже не представляю, как рассказать обо всем этом Феликсу. Получается, я его обманула. И знакомых его обманула. А вдруг он меня за это не простит? – с тревогой спросила я.

– Ты это делаешь ради него. И он должен это понять, – твёрдо сказала подруга?

– А если нет?

– Вот даже не думай об этом! Как я тебя учила?

– Наши мысли формируют нашу реальность, – послушно повторила я любимую Алькину фразу.

– Вот молодец. И вообще, проблемы надо решать по мере их поступления. Видишь, как у нас все хорошо складывается? А потому что мы не бежим вперёд паровоза. И вещи нашли, и угонщиков обезвредили, и Феликса твоего практически спасли.

Слова подруги меня успокоили. И правда, зачем переживать о том, что ещё не случилось? Я вообще решила по приезду рассказать сначала все Янке. Она мне точно поможет. И за Феликса переживает не меньше меня.

В гостином доме нас ждал накрытый стол. При виде обилия еды меня слегка затошнило. Я ещё не отошла от пиршества у тёти