Удивительный Морис и его ученые грызуны - Терри Пратчетт

Он уставился на противоположный конец стола. Его усы задвигались.

— Там сидит крыса! — крикнул он, указывая рукой вперёд. — Вы смотрите, как нагло сидит! Крыса! А на голове у неё шляпа!

— Да, — сказал кто-то рядом с ним. — Мы как раз и собрались, чтобы поговорить.

Господин Шлуммер посмотрел в сторону говорившего и нащупал очки в своём кармане. — Что? — спросил он, надевая их на нос. — А ты, мм, тоже крыса?

— Да. Меня зовут Питательно. Мы здесь, чтобы вести переговоры с людьми. Чтобы закончились все неприятности.

Господин Шлуммер уставился на крысу. Потом он посмотрел через весь стол на Сардины. Тот приподнял шляпу. Потом он перевёл взгляд на бургомистра, который кивнул в ответ. В конце концов его взгляд совершил полный круг и вернулся к Питательно, а его губы зашевелились, когда он пытался понять происходящее.

— Вы все говорите? — спросил он.

— Да, — подтвердила Питательно.

— Но… кто вас слушает? — спросил Господин Шлуммер.

— Рано или поздно это случается, — сказал Морис.

Господин Шлуммер с удивлением посмотрел на него. — Ты кошка? — спросил он.

— Да, — ответил Морис.

Господин Шлуммер медленно переварил этот ответ. — Я думал, вы убиваете крыс, — сказал он в конце концов, хотя казалось, что в этом вопросе он уже не так уверен.

— Да, раньше так и было, но это — будущее, — ответил Морис.

— Действительно? — пробормотал господин Шлуммер. — Я часто спрашивал себя, когда оно наконец настанет. Ну хорошо. Кошки теперь тоже умеют говорить? Браво! Надо идти, мм, в ногу с этим, э… с тем, что движется, конечно. Э, пожалуйста, разбуди меня, когда, мм, подадут чай, киска.

— Э… те, кто старше десяти лет, не имеют права называть кошек кисками, — сказала Питательно.

— Параграф 19б, — сказал Морис твёрдым голосом. — Никто не имеет права называть кошек глупыми именами, кроме тех случаев, когда кошкам дают еду. Это мой параграф.

— Да? — спросил господин Шлуммер. — Надо же, какое это странное будущее. Я так понял, теперь всё будет по правилам…

Он откинулся на спинку стула, и через какое-то время раздался его храп.

Вокруг него продолжались дискуссии. Многие говорили, некоторые слушали. Время от времени все соглашались с чем-то и переходили в следующему пункту, чтобы начать спорить с начала. Но гора бумаги на столе становилась выше и выше, и выглядела всё более официальной.

Загар заставил себя опять прийти в себя, потому что он почувствовал, что за ним наблюдают. Бургомистр на другом краю стола наградил его долгим задумчивым взглядом.

После этого бургомистр наклонился и сказал несколько слов секретарю, который кивнул в ответ и отправился вдоль стола к Загару.

— Ты… меня… понимаешь? — спросил он, выговаривая каждое слово отдельно и особенно чётко.

— Да… потому… что… я… не… глуп, — ответил Загар.

— Бургомистр приглашает тебя на разговор в его бюро, — сказал секретарь. — Вон та дверь. Я могу тебе помочь спуститься на пол, если ты хочешь.

— Я могу укусить тебя в палец, если ты хочешь, — ответил Загар. Бургомистр уже ушёл в своё бюро. Загар спустился по ножке стола и последовал за ним. Никто не обратил на него внимания.

Бургомистр подождал, пока Загар не зайдёт в бюро, а потом запер дверь.

Помещение было маленьким и неубранным. Бумага лежала на всех местах, на которые её можно было положить. Книжные полки тянулись вдоль стен. Над книгами на полках было пораспихано ещё больше бумаги.

Бургомистр осторожно протиснулся через беспорядок и занял место на своём вертящемся стуле, после чего посмотрел на Загара. — Я не хочу, чтобы возникли недоразумения, поэтому считаю, что лучше мы поговорим конфиденциально, — сказал он. — Можно тебя поднять? Я имею в виду, нам было бы легче говорить, если бы ты сидел на столе.

— Нет, — сказал Загар. — И нам было бы легче говорить, если бы ты лежал плашмя на полу. — Он вздохнул. Эти игры уже утомили его. — Хорошо, если ты положишь твою руку на пол ладонью вверх — тогда я встану на неё, и ты сможешь меня поднять. Но предупреждаю — если ты попробуешь сделать какую-нибудь пакость, я укушу тебя.

Бургомистр с большой осторожностью поднял крысу на стол. Загар спрыгнул в хаос из бумаг, пустых чашек и старых огрызков карандашей на изорванном сукне стола. Оттуда он взглянул на человека, выглядевшего немного смущённым.

— Э… тебе в твоей должности тоже приходится иметь дело с таким количеством бумаг? — спросил человек.

— Нет, у нас всё записывает Персик, — ответил Загар.

— Это маленькая самка, которая всё время прокашливается, прежде чем сказать, да? — спросил бургомистр.

— Да.

— Она очень… точна, — сказал бургомистр, и Загар заметил, что тот вспотел. — Некоторых из советников она всерьёз запугала, ха ха.

— Ха ха, — ответил Загар.

Бургомистр выглядел очень несчастным. Он пытался найти подходящие слова. — Ты хорошо, э, устроился? — спросил он наконец.

— Прошлой ночью мне пришлось драться с собакой в крысиной яме, а потом я провёл некоторое время в ловушке, — ответил Загар голосом, холодным как лёд. — А потом случилось что-то вроде войны. Если не считать всего этого, мне не приходится жаловаться.

Бургомистр посмотрел на крысу с озабоченным видом. В первый раз в жизни Загар почувствовал, что ему жалко человека. Глупый на вид мальчик был не такой. Бургомистр казался не менее уставшим, чем сам Загар.

— Знаешь, — сказал Загар, — я думаю, это может получиться — если ты меня об этом хотел спросить.

Лицо бургомистра просветлело. — Серьёзно? Там, за столом, так много спорят.

— Поэтому я и думаю, что это может получиться, — сказал Загар. — Люди и крысы спорят. При этом вы не травите нас, мы не мочимся вам в молоко. Это не будет просто, но это только начало.

— Есть кое-что, о чём я должен знать правду, — сказал бургомистр.

— Да?

— Вы могли бы отравить наши колодцы или поджечь наши дома. Моя дочь рассказала мне, что вы очень… современные. И вы нам ничего не должны. Почему вы ничего против нас не предприняли?

— А зачем? — спросил в ответ Загар. — И что мы должны были бы потом делать? Идти к другому городу и там тоже всё разрушать? Что стало бы лучше, если бы мы начали убивать? Раньше или позже нам всё равно пришлось бы попытаться начать говорить с людьми. Почему тогда не с вами?

— Я рад, что вы нам симпатизируете! — сказал бургомистр.

Загар открыл было рот: вам симпатизируем? Мы просто не ненавидим вас достаточно сильно. Мы никакие не друзья. Но…

С этого момента не будет никаких крысиных ям, ловушек и яда. Да, ему придётся объяснять Клану, в чём заключаются обязанности стражника, и почему крысам-стражникам придётся преследовать крыс, нарушающих правила. Это многим не понравится. Наверняка не понравится. Даже крыса, на чьей шкуре остались следы от зубов Крысы-Скелета, и та не обойдётся при этим без трудностей. Но как сказал Морис: они делают то, а ты делаешь это. Никто много от этого не проиграет, наоборот, все немного выиграют. Город расцветёт, дети вырастут и станут взрослыми, и вдруг всё это станет нормальным.

А все хотят, чтобы всё было нормально. Никому не нравится, когда нормальное течение дел меняется. Но нам стоит попробовать, подумал Загар.

— Я хочу тебе кое-что сказать, — сказал он. — Как давно ты руководишь этим городом?

— Уже десять лет, — ответил бургомистр.

— Это трудно?

— О да. Люди постоянно спорят со мной, — сказал бургомистр. — Хотя я думаю, что теперь они будут немного меньше со мной спорить. Но в любом случае, это непростая работа.

— Мне кажется абсурдным, что надо постоянно кричать, чтобы что-то было сделано, — сказал Загар.

— Да, я согласен, — подтвердил его слова бургомистр.

— И все ждут от тебя решений, — сказал Загар.

— Точно.

— Последний предводитель Клана, умирая, дал мне совет: — Не ешь зелёную желеобразную штучку.

— Это хороший совет? — спросил бургомистр.

— Да, — ответил Загар. — Но моему предшественнику достаточно было быть большим и сильным и побеждать крыс, которые ему бросали вызов.

— В городском совете это примерно так же происходит, — признался бургомистр.

— Что? — удивился Загар. — Ты кусаешь советников в загривок?

— Пока я такого не делал, — ответил бургомистр. — Но это заманчивая идея.

— Всё намного сложней, чем я думал! — сказал Загар озадаченным тоном. — После того, как научишься кричать, надо учиться не кричать.

— Да, ты прав, — сказал бургомистр. — Именно так это и обстоит. — Он положил руку на стол, ладонью вверх. — Прошу!

Загар взошёл на борт и с трудом удержал равновесие, в то время как бургомистр понёс его к окну. У окна он ссадил крысу на подоконник.