Волшебные меридианы. Книга первая. Картограф. - Юрий Николаевич Москаленко

ответил он далеко не сразу. Сначала выражение его лица из скептически шутейного трансформировалось в озадаченное. Потом он придвинул к себе карту и углубился в её изучение. Затем, видимо приняв какое-то решение, откинулся и изрёк:

– Полагаю, пришли они вот отсюда, – и он ткнул пальцем в пространство между Самарой и Уфой.

Это я так сказал просто между Самарой и Уфой, а на самом деле на Ромином сверхточном чертеже никакой Уфы не было. От слова «совсем». Хотя, судя по тому, насколько сильно всё искажено на данном рисунке, Уфа вполне себе могла находиться где-нибудь за пределами изображённой территории. А чего? Так бывает. Ну, не хватило листа отстроить всё в масштабе, вот Уфа и не вошла.

Да бог бы, чай, с ней, с Уфой! А если всё «вычерчено» настолько криво, что именно в тех местах и располагаются степи татаро-монголов? Или ещё хуже: вдруг там не степи, а сами татаро-монголы?

Стоп!

А с чего я решил, что если татаро-монголы размещаются там, то это для нас хуже? Для нас это как раз лучше, потому что возвращаться к себе они будут чётко-чётко назад. То есть к нам они при этом будут не боком или полубоком, а вот прямо самой что ни на есть спиной.

Но существует и другой вариант. Он не просто плохой, он безумно хреновый. Если те, кто напал на обоз – это всего лишь передовой отряд большого войска, идущего в поход на Самару.

Тогда будет совершенно не важно, является этот поход завоевательным, или это всего лишь грабительский набег. Красный Яр они возьмут очень быстро. Где-нибудь за день. Мы им вообще минут на десять. Что ж у меня патронов-то нет? Обоймы бы две-три, а лучше четыре. Я бы их тогда ещё на полчаса задержал. Или даже на час. Нет. На час без пулемёта… На вряд ли… Край, минут на сорок.

– И что теперь? – с излишним, на мой взгляд, пренебрежением к общей хреновости ситуации вопросил Раков. – Ну, пришли они с пустых земель, и что с того?

Если бы я знал, о каких таких пустых землях он сейчас говорит, может быть, что-нибудь бы и понял. Может быть, что-нибудь бы сказал. Может быть, что-нибудь даже предпринял бы. Но я понятия обо всём этом не имел. Поэтому устремил свой молчаливый взгляд на поручика, в конце концов, Раковский вопрос адресован именно ему.

Елизарыч пожал плечами:

– Пограбят, пограбят, да и разбегутся кто куда. А могут и не успеть разбежаться. Вот пришлёт Его высокобродие полковник Ватулин два-три взвода своих драгунов, переловят они всех этих лихоимцев, да обратно на рудники и свезут. А если кого из них и перебьют мимоходом, так тоже не велика потеря.

Так. Что же это у нас такое получается? Это не татаро-монгольские захватчики, а беглые каторжники что ли?

Не помню ни про один рудник в Самарской области. Разве что Ширяевские штольни? Так ведь они на другом берегу... Хотя, а в области, может, и не было рудников, а вот в уезде… в Самарском уезде… в смысле триста лет назад, может быть, таковые и наличествовали, но со временем закрылись. Истощились там, или по какой другой причине… Да плевать!

Если напали на обоз с недружественными мне колхозниками беглые каторжники, то как они себя поведут дальше? Попытаются сколотить шайку побольше и пробиться на Дон, с которого выдачи нет? Или укрупняться не станут, а постараются «затеряться в толпе»?

Наши бы, отбежав от лагеря чуть подальше, сразу бы начали разбредаться, типа дальше каждый сам за себя. За большой толпой и погоня большая. Как поступят местные зэки, я мог только догадываться. Да и, сказать по правде, запросто могу и не угадать.

Если их, как говорит Данилыч, полсотни человек, то пытаться переправиться через Волгу в районе Самары, в которой на секундочку базируется целый драгунский полк, это чистейшее самоубийство. По всему выходит: на нас они попереть не должны. Даже если их не пятьдесят человек, а сто. Даже если двести. Ведь не факт, что они всей бандой там напали на одинокий обоз.

Я, конечно, могу заблуждаться на предмет численности драгунских полков, но мнится мне там никак не меньше тысячи вооружённых и обученных бойцов. Но это только если полк полностью укомплектованный по штатам, а не кадрированный какой-нибудь.

Блин! А чего я гадаю?

– Парни, а у полковника в Самаре много народу под ружьём? Сотен пять наберётся?

Заурядные землемеры уставились на меня как на дурака. Нет, ну, если я чего-то на самом деле не знаю, это же ещё не значит, что дебил? Геодезисты переглянулись, и Старинов решил-таки меня просветить:

– Сотен пять вряд ли, а вот пара тысяч – это наверное. А ты будто не знаешь?

Откуда бы знать-то такое? Полки, они ведь тоже разные бывают. В мотострелковом, например, две с половиной тысячи. Это если по штату. А если полк кадрированный, то и ста человек может не набраться. Драгуны – они, по сути своей, как бы тоже мотострелки, только без бронетехники. Получается, и у них мог случиться недобор. Или какие-то другие мероприятия.

– Да это я так, на всякий случай, а то мало ли. Вдруг в поход какой умотали, а тут такое… Вы же сейчас из Самары? Значит, должны знать точно. Вот и спрашиваю.

Поручик усмехнулся:

– Нет, не умотали.

Уже хорошо. Но на главный вопрос ответа пока всё равно нет:

– А вот скажи мне, Рома, если это те самые люди, про которых ты думаешь, то есть беглые с рудников, куда они двинутся дальше? Будут пробиваться на Дон, или, может быть, ещё куда-то?

Рома ответил с чисто военной уверенностью:

– Откуда я знаю? Может, будут пробиваться, может, не будут. Может, на Дон, а может, и к степнякам.

Отлично! Елизарыч не знает. Хоть какая-то определённость. Ладно, зайдём с другого края:

– Алексей, а ты как думаешь? Что наши заклятые друзья предпримут?

Тот пожал плечами:

– Да пёс их знает, лиходеев-то этих. Чего только в дурную башку не придёт?! Может, на Дон, а может, на Пермь пойдут. А то и впрямь, к степнякам подадутся.

– Да как они на Пермь-то пойдут? – взвился поручик. – Им же вона какой крюк-то давать надо. И через Каму переплывать. Да и что им там делать в Перми-то в этой?

– А им хоть, Каму, хоть Волгу, всё одно переплывать что-то