Принцесса Дюны - Брайан Херберт

долгие годы работает в резиденции. Она много чего видела и слышала на своем веку и рассказывала мне об этом.

Мейпс втащила Чани внутрь и закрыла дверь. Их окружил приятный полумрак.

– У персонала нынче много работы, Лайет. Граф готовился к вашему визиту, и вечером задумал закатить ужин, хотя и не слишком экстравагантный. – Она понизила голос: – Его леди Фенринг все еще на Кайтэйне, так что он здесь совсем один. Лютует еще сильней, чем обычно!

Отец Чани усмехнулся:

– Граф Фенринг – не влюбленный школьник!

– Ему так-то есть чем заняться, – пояснила старая Шадут. – Но в присутствии леди он частенько смягчается и становится менее опасным для окружающих.

Лайет-Кайнс поднял саквояж с отчетом:

– Мне нужно заняться делами. Я подпишу бумаги и, возможно, побеседую с графом. А вы пока можете показать моей дочери резиденцию. Чани очень наблюдательна, и мне хотелось бы услышать ее впечатления.

Оставив их позади, Лайет прошагал по коридору и скрылся в закоулках здания.

Шадут Мейпс повернулась к девушке:

– Дочь Лайета, пойдем со мной. И запоминай.

Любая система, которая слишком долго остается без изменений, начинает гнить и распадаться. Она может сохраниться, лишь постоянно приспосабливаясь к новым условиям.

Из отчета одного имперского планетолога,

давно покойного

Ирулан вернулась из личной гардеробной в спальню, сопровождаемая статной фрейлиной, которая чересчур сильно хлопотала вокруг ее наряда. Послеполуденный солнечный свет струился сквозь высокие окна, придавая покоям наследной принцессы атмосферу жизнерадостности.

Пока фрейлина разглаживала покрывала на кровати и передвигала плюшевое кресло для чтения, Ирулан услышала, как из внешнего холла в апартаменты вошел Арон. Ее фаворит обедал с придворными друзьями и часто приносил ей новые сплетни.

Невозмутимый и красивый, Арон шагнул в спальню без приглашения, но принцесса прочла на его лице с трудом скрываемое волнение. У него явно имелись новости, которыми он хотел поделиться. Ирулан отпустила фрейлину. Когда придворная дама закрыла за собой дверь, Арон выпалил:

– Весь двор кишит слухами о том офицере, который просил вашей руки – и которого ваш отец терпеть не может!

Ирулан кокетливо улыбнулась:

– Похоже, тебе он тоже не нравится!

Карие глаза Арона сузились:

– Да, ваше высочество, не нравится. Но я знаю свое место в вашей жизни.

Она указала ладонью на кровать, приглашая фаворита сесть рядом.

– Капитан Зенха понижен в звании и отправлен куда подальше более месяца назад – служить под началом герцога-баши Горамби. – Принцесса раздраженно нахмурилась. Она отчасти жалела, что не успела узнать этого честолюбивого офицера получше. – Что он опять натворил?

Арон кратко изложил суть, как его учили в Бинэ Гессерит:

– Я узнал об этом от моего друга, графа Дифио, шестого сына герцогини из Дома Дифио. Зенха влип в очередной скандал, ослушался приказа… убил своего командира!

Ирулан вздрогнула и выпрямилась:

– Ты, вероятно, что-то путаешь. Или же есть какая-то причина, смягчающие обстоятельства!

Арон кивнул:

– Да, некоторые даже считают его действия героическими, но это все равно мятеж и убийство! Вся его оперативная группа скрылась в неизвестном направлении.

Принцесса заговорила резким серьезным тоном, чтобы заставить его собраться с мыслями:

– Расскажи мне все, что знаешь!

Обученный в Школе Матерей на Уаллахе IX, ее фаворит умел наблюдать и докладывать. Судя по тому, что он слышал, небольшую группу негодующих офицеров и ученых спасли с аванпоста в захолустье шахтерской планеты, куда их высадили, и они сообщили о том, что сделал Зенха. Арон вкратце рассказал, как идиот Горамби едва не подставил корабли и экипажи под звездную вспышку, как Зенха отменил его приказ и спас корабли, а затем силой перехватил командование. Ирулан нахмурилась, легко поверив, что тупоголовый герцог-баши действительно был способен на такую глупость – великое множество бездарных высокородных командиров раз за разом доказывали свою некомпетентность. Но теперь Зенха и его мятежные соратники стали опасными вооруженными преступниками, свободно разгуливающими по галактике, и Ирулан понимала, что отец прикажет открыть на них охоту.

Принцесса заговорила вслух, потому что Арон всегда наводил ее на нужные мысли:

– Ни для кого не секрет, что мне не нравится практика поручать неспособным дворянам командование важными флотскими соединениями. Но мой отец никогда не допустит, чтобы этот опасный бунт продолжался – и не имеет значения, что его спровоцировали. Зачем Зенхе свой маленький флот? Чтобы стать изгоем? Убежать и затеряться?

Арон сосредоточенно смотрел в пол:

– Возможно, с моральной точки зрения он принял правильное решение по спасению экипажей, даже если это означало убийство командира. Но после этого ему следовало сдаться военному трибуналу.

Ирулан нахмурилась еще сильнее:

– Я не могу знать, о чем он думал в ту минуту, но когда Зенха решил захватить корабли и набрать себе еще сторонников, он все изменил.

– Согласен, ваше высочество.

Принцесса одарила его нежной улыбкой:

– Когда мы беседуем наедине, ты можешь называть меня просто Ирулан.

Лицо Арона осталось непроницаемым – еще один признак подготовки Бинэ Гессерит.

– Не хочу оговориться в неподходящий момент.

Принцесса погладила его по руке и вновь улыбнулась. Арон продолжал:

– Я решил рассказать вам сразу. Возможно, вы захотите присоединиться к Императору на стратегическом совещании?

Ирулан поднялась с кровати:

– В который раз ты доказываешь свою ценность – во всех смыслах.

Когда она нашла отца в его дворцовом кабинете, Шаддам уже рвал и метал, услышав о демарше Зенхи:

– Вся оперативная группа как в воду канула! И свидетели сообщают, что Моко Зенха хладнокровно убил Горамби прямо на командирском мостике! Мне следовало казнить этого опозоренного офицера, вместо того чтобы давать ему второй шанс!

Ирулан остановилась перед массивным, богато украшенным письменным столом:

– Отец, учитывая образцовый послужной список капитана Зенхи в прошлом, тебе не стоило его недооценивать – и растрачивать его таланты впустую. У него был большой потенциал.

Однако, несмотря на свое сочувствие Зенхе, она понимала, что тот перешел черту и этого ему не простят. Она не стала напоминать, что отец создал эту взрывоопасную ситуацию изначально.

Шаддам перечитал краткую сводку, и лицо его помрачнело:

– Несмотря на его длинный язык и амбиции, я и представить не мог, что этот человек способен на столь вопиющее предательство! Придется собрать на экстренное совещание всех главных командиров.

Ирулан сдвинула брови, зная, что именно эти офицеры меньше всего способны справиться с такой сложной и деликатной ситуацией.

– Я подозреваю, что это не просто слухи, отец, – мы столкнулись с опасным и быстро разгорающимся восстанием.

Она видела, как внутри Императора все сильнее бурлит гнев.

– Тогда мы должны его подавить! – рявкнул Шаддам. – Пускай никто не думает,