Чингисхан - Джон Мэн

Но не перебили. Даже в самых экстремальных случаях го­ рода продолжали функционировать, мятежи подавлялись, войска набирались, налоги платились и восстановительные работы предпринимались. Простая оценка разрушений, ос­ нованная на сохранившихся источниках, едва ли соответст­ вует сопоставлению с развивавшимися там после ухода мон­ голов событиями. Таким образом, наши предположения и/или источники должны ошибаться, правда остается по­ гребенной под мусором истории, и ее не восстановишь. Воз­ можно, единственное, что мы можем сделать, — это допус­ тить, что населения было больше, а число смертей меньше, где-нибудь 25 процентов из 5 миллионов, в этом случае по­ давленное и доведенное до скотского состояния общество еще могло как-то существовать, пока течение времени не ос­ вободило его от подавленности.

Все же, при самых консервативных подсчетах, это дает нам 1,25 миллиона смертей за два года.

Что ни говори, но по своим масштабам такое избиение людей в абсолютном выражении остается одним из самых массовых в истории, столь резкое сокращение населения на 25—30 процентов может сравниться разве что с Черной смертью, величайшей катастрофой в истории Европы.

204

205

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

Хорезмийским бойням находим современные эквива­ ленты. То, что произошло в Мерве, Ургенче и по всему этому региону, сравнимо с нацистским холокостом. Больше всего меня поражает банальность этого зла. Монголы, все до од­ ного, были мастерами по забиванию животных, для них убить овцу было делом рутинным, и убийство тех людей ни­ чем от этого не отличалось, это была работа, которую поло­ жено выполнять — ровно так же, как для Рудольфа Хесса, ко­ менданта Аушвица, заведование газовыми камерами и печа­ ми было не больше, чем обыкновенной технической и бюрократической проблемой. Но на этом сравнение закан­чивается. Холокост явился последствием политики, после­ довательно проводившейся годами и не имевшей ни воен­ных, ни экономических целей, единственной целью было выполнение антисемитской химеры Гитлера. Массовые убийства в Хорезме, напротив, были суммарным выражени­ ем одноразового решения использовать террор в качестве орудия устрашения, если выразиться точнее, то это был не геноцид, а убийство городов, стратегия, заслуживающая собственного термина - урбоцид. Для монголов месть по своей мотивации не имела ни расовой, ни религиозной по­ доплеки, она осуществлялась в конкретном месте и была ча­ стью определенной стратегии.

перешел через Гиндукуш и через Хайбарский проход, спус­ тился на равнины Северной Индии. Там он оказался зажа­ тым между Индом и теснящими его монголами. Здесь нашла конец его армия, но не он сам. Как живописует Джувайни, он бросился со своим конем в воды Инда и, переплыв необъят­ ную стремнину, благополучно выбрался на противополож­ ный берег. Изумленный Чингис, прижав руку ко рту, с восхи­ щением следил за ним во все глаза и приказал не преследо­ вать его: «Если бы у каждого отца был такой сын!» Джалал не погиб и некоторое время продолжал воевать, правда без осо­ бого успеха, и о его геройстве слагали легенды. Где он встре­ тил свою смерть, никто не знает. Говорили, что в 1231 году его зарезали курдские разбойники, не ведавшие, кто он. Многие годы по поводу его судьбы ходили слухи. Джувайни пишет, что объявились два лже-Джалала, обоих за самозван­ ство казнили.

Чингис решил не пользоваться плодами победы и не вторгаться в пределы Индии. По одной из версий, ему по­ встречался заговоривший с ним «единорог». Скорее всего, это были носороги, вид которых вызвал в Чингисе такое бла­ гоговение, что он внял толкованию Чу Цзая - не мешкая по­ ворачивай назад! - и пошел туда, куда звала его судьба, обру­ шившись на неверных вассалов, осмелившихся бросить ему вызов, и на неведомые страны, лежавшие далеко на западе.

Кровавая резня в Мерве еще не означала конца. Джалал ад-Дин, сын Мухаммеда, пошел не в отца. Он собрал остатки войск и, преследуемый по пятам Чингисом, отступил на юг, в нынешний Афганистан. Весной 1221 года в Парване, к севе­ ру от Кабула, он нанес монголам первое в этой войне пора­ жение. (Между прочим, монголами командовал Шиги, свод­ный брат Чингиса и вероятный редактор «Тайной истории». Чингис отнесся к этому снисходительно. Шиги не доводи­ лось еще испытывать ударов судьбы, сказал он. Это послужит ему хорошим уроком.) Джалал, пытаясь, несмотря ни на что, оказывать сопротивление, отступил еще на 400 километров,

206

ЧИНГИСХАН

9

ВЕЛИКИЙ НАБЕГ

ГЛАВНЫЙ ЗАКОН ИСТОРИИ ГЛАСИТ: НИКАКИХ ЗАКОНОВ НЕ СУЩЕСТ-

вует. Однако есть горстка близких к истине допущений. Вот одно из них:

Империи расширяются, пока у них есть силы расширяться.

Новые завоевания создают новые границы, а с ними новые проблемы, а необходимость решать эти проблемы требует новых завоеваний. То, что было законом для римлян, англи­ чан, русских, французов, китайцев, а теперь для американ­цев, было законом и для монголов.

Теперь, когда Мухаммеда больше нет и Хорезмийская им­ перия вот-вот уйдет в небытие истории, Субудай, Джебе и другие победоносные военачальники стояли на берегах Каспия и осматривались вокруг в поисках земель для новых завоеваний. Когда в начале 1221 года Субудай поскакал в Са­ марканд, чтобы обсудить с Чингисом планы очередных кам-

паний, он не имел в виду территориальные захваты за преде­ лами исламского мира. Завоевание исламского мира уже са­ мо по себе представляло достаточно серьезную задачу. Его центром - Багдадом - овладеть будет крайне непросто. Но к северо-западу от Багдада жили называвшие себя булгарами мусульманские племена, торговцы мехами, у которых уста­ новились прочные торговые связи с Хорезмом. Сегодня эт­нологи признают отдаленное родство этих булгар с южны­ ми булгарами, осевшими в районе Болгарии, но уже в те дальние времена контакт между этими двумя этническими группами был полностью утрачен. Эти булгары в X веке при­ няли ислам и были протонацией охотников и рыболовов, разбогатевшей на торговле мехами с Русью и исламским ми­ ром. Они были мусульманами и союзниками Хорезма, а зна­ чит, вполне законной добычей. Но как далеко до них? С кем и с чем придется встретиться на пути, особенно в суровых го­рах Кавказа, что по другую сторону Каспия? Чингис согла­ сился, что неплохо было бы разведать все это. В тот момент он был поглощен преследованием уходившего на юг Джалал эд-Дина, а Тули готовил армию идти на Мерв. Год-другой Чингис мог обойтись без Субудая. Лучшей кандидатуры для командования войсками в походе на Запад, чем сорокапяти­ летний одноглазый ветеран, прошедший Китай, Маньчжу­ рию, Кара-Китай и Хорезм, найти было трудно. Он и Джебе присоединятся к Джучи — с Хорезмом тот уже покончил, — втроем они обойдут Каспий и выяснят, что можно взять у булгар. Эта экспедиция окупится сторицей, если принять в расчет возможную добычу и информацию о новых землях.

Так зародилось одно из удивительнейших предприятий в истории войн — поход длиной в 7500 километров, в резуль­ тате которого монголы впервые вошли в контакт с христи­ анским миром.

Первым царством, лежавшим на пути монгольского войска, была Грузия, за 1000 лет до этого ставшая христианским го­ сударством и уже 100 лет как добившаяся независимости.

208

2Q9

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

Оно переживало апогей своего могущества и авторитета благодаря легендарной царице Тамаре, чья империя про­стиралась от Черного моря на весь Кавказ вплоть до Азер­ байджана на Каспийском море. Грузины вспоминают прав­ ление Тамары (1184-1213) как золотой век своей истории, как расцвет литературы, архитектуры, науки и искусства. Тбилиси превратился в перекресток, где встречались Евро­ па, Россия и Хорезм. Руставели, автор грузинского эпоса «Витязь в тигровой шкуре», созданного им за несколько лет до монгольского нашествия, был знаком с китайской и гре­ческой философией. Знаменитая своими дворцами и мона­стырями, своими церковными книгами и иконами в драго­ ценных окладах, Грузия была именно тем, что нужно было Джебе и Субудаю для зачина их грандиозного предприятия.

Случилось так, что именно в 1221 году до христианской Европы дошли слухи о событиях в Центральной Азии. В тот самый момент христианство нуждалось в помощи. Три по­ следние года германские и французские армии, участвовав­шие в пятом крестовом походе, пытались овладеть Египтом и были вдребезги разбиты сарацинами. Папа обратился за поддержкой к грузинам, богатым и сильным братьям во Хри­ сте. Но наследник Тамары, Георгий Великолепный, уже не казался единственным потенциальным спасителем. Жак де Витри, французский епископ Акры, города крестоносцев, написал лидерам христианского мира в Риме, Лондоне, Ве­ не и Париже, что «появился новый и могущественный за­ щитник христианства». Его зовут царь Давид Индийский, он внук легендарного христианского царя Престера Иоанна, с которым его вскоре начали путать. По всей видимости, Да- вид-Престер Иоанн вышел из глубины азиатских просторов, откликнувшись на просьбу главы несторианской церкви в Багдаде, разгромил исламские орды и теперь спешит на За­ пад, чтобы спасти христианскую Европу и вернуть Иеруса­ лим его законным наследникам. Эта чепуха, эхом повторяв­ шая россказни побывавших в Хорезме и Грузии путешест-