Женщины для умственно отсталого - Артем Зинченко

— Я пришел по объявлению, — сказал я парню.

— Подождите, секунду…

Парень открыл дверь в офис, и закрыв её, оставил меня в приемной наедине с самим собой. Я присел за белый столик. Только я уместил свою задницу достаточно удобно, как парень вернулся. Он сказал, что меня уже ждут. Открыв дверь, я проследовал по маршруту, что описал мне секретарь.

Нашел дверь кабинета. Постучал. Открыл её, а затем, оказавшись внутри — закрыл.

— Вы по объявлению? — спросил меня мужчина средних лет, с островком-несчастия на макушке, садясь за свой стол.

Золотые часы, дорогой ноутбук на столе. Горшок с геранью, а ещё позолоченный глобус — тайник. Да — этот мужик знал толк в хороших вещах. Только вот он не учел главного, что самые лучшие вещи в мире — не вещи. Но давайте не будем об этом… Кстати, тогда я сразу заметил то, что у секретаря и его начальника была одна и та же рубашка. Одни и те же брюки. Модники хуевы.

— Да, по объявлению, — согласился я, заняв собой стул напротив.

— Давайте ваше резюме.

— У меня его нет.

— Тогда расскажите, как вас зовут, чем вы занимались до того, как пришли сюда. Почему вы пришли именно сюда? Каким было ваше последнее место работы?

— Арсений Рябинин. Я работал в почтовой фирме. Сортировал конверты.

— И почему ушли?

— Хотел большую зарплату.

— А за что вам должны платить хорошую зарплату?

— За мою хорошую работу, вероятно.

— Вы знаете, что нам нужен человек, который будет вешать плакаты? Эта работа не для многих. Она требует сил. А ещё вам наверняка придется работать по ночам.

— Почему по ночам?

— А вы когда-нибудь видели, чтобы люди вешали плакаты посреди дня?

Я задумался. Ответить было нечего.

— Оставьте в приемной свой номер телефона. Мы вам перезвоним.

Попрощавшись с мужчиной, имени которого я даже так и не узнал, я оставил секретарю номер своего телефона. Ещё добавил:

— Он сказал, чтобы вы позвонили мне сегодня же вечером!

Да — я блефовал. И ужасно. Но мне нужна была работа. Мне нужны были мои деньги.

На следующий день мне все-таки перезвонили.

— Вы приходили вчера на собеседование? — спросил меня тот парень-секретарь.

— Приходил, — ответил я.

— Можете начинать сегодня ночью. В одиннадцать часов, около офиса, вас будет ждать кран-манипулятор, — и повесил трубку.

Поставив будильник на десять часов, я постарался уснуть. Получилось без проблем.

29

Автовышка и вправду стояла неподалеку. Неприметная, черного цвета ещё было трудно разглядеть посреди осеннего дождя. Я подошел к мужику, который сидел за рулем.

— Ты Арсений? — спросил он, опустив стекло, смотря на меня оценивающим взглядом.

— Ну, — говорю.

Настроения не было вообще никакого. Работать не хотелось. Хотелось спать. Или бухать. Или дрочить на порно. Да что угодно вообще, лишь бы не идти на работу. Но Рита была непреклонна. Пришлось выполнять обещание. Чуть позже, я зарекся вообще никому, ничего не обещать. Потому что так всегда бывает — пообещаешь, а потом мыкаешься, и пытаешься выполнить то, что пообещал, а ломы как назло, и лень такая, прямо как в тот вечер.

— Тогда садись! — он улыбнулся, золотой коронкой, что стояла в том месте, где должен был быть клык. Наверняка он сломал его, когда открывал бутылку пива — я не стал уточнять.

В кабине был ещё один дядька. Куда старше водителя. И если золотой коронке было примерно за сорок, ну может быть, за сорок пять, то тому второму, было точно за шестьдесят.

— Ты что-то совсем промок, — сказал второй, и потянулся куда-то в бардачок. Достал мне спецовку. — Держи.

Я натянул спецовку с логотипом рекламной компании. Спецовка белая, логотип черно-красный. Накинув куртку поверх толстовки, я почти сразу же вспотел, поэтому решено было все-таки снять толстовку и оставить её в машине, пока мы будем работать.

— Ты какой-то хилый, — сказал мужик за рулем.

— Да, нормальный он! — ответил за меня тот, что был старше.

А я молча переодевался.

— Меня Иваныч зовут, — представился старый. — А это — Михалыч.

Ну, пиздец.

Я как будто попал в какой-то хуевый анекдот. Знаете — все-таки в двадцать лет работать в компании Иванычей и Михалычей — это так себе перспектива на будущее. И какой, в таком случае, у меня мог быть карьерный рост? Пусть его ещё даже и не обещали, но все равно. Какой? Меня бы назначили главным бригадиром их шайки? И когда? Когда один из них склеил бы ласты? Так себе перспектива. Пожалуй, даже сидя в подвале и перебирая письма, у меня получилось бы куда быстрее. Хотя, что уж было говорить — я сам оттуда ушел. К черту!

Пока я размышлял о бездонности своего падения в пучину одноразовых должностей, мы как раз приехали на объект.

Вывалившись из машины, я смотрел за работой этих двух. Как выяснилось позже, мы приехали на объект, который они уже заканчивали. Он был последним в списке их плана, но в прошлый раз они не успели закончить во время, а потому — приехали снова, и теперь уже с помощником в виде меня.

Старый встал за ручку управления, пока золотая коронка лихо запрыгнул на вышку.

— Ну? — крикнул он, едва забрался. — Чего стоишь? Давай быстрее!

Я поднялся вслед за ним. Получилось не так лихо, но, тем не менее, получилось.

Пока Иваныч поднимал нас на самый вверх большого плаката, что стоял на пересечении двух главных улиц города, посреди ночи, Михалыч спросил:

— Ты студент, что ли?

— С чего ты взял?

— У тебя руки нежные. Как у бабы, ей богу! Ты, наверное, вообще нигде раньше не работал. Думаешь, у тебя получиться здесь, задержаться?

— Не знаю.

Мы поднялись. Золотая коронка достал из кармана спецовки канцелярский нож.

— Там в сумке, — он показал на рюкзак, что лежал у него в ногах, — бухта с проводами…

Я взял у него нож и зачистил контакты проводов. Дело оказалось нехитрым.

— Ты когда-нибудь к блядам ходил? — внезапно спросил он, обжимая провода.

— Вообще-то нет.

— Вот и не ходи. У них у всех мандавошки.

— Чего? — удивился я, улыбнувшись. — Вот прямо у всех? У всех мандавошки?

— Не веришь, что ли? — насупился он.

— А с чего ты взял?

— Ну, так я ходил к ним давеча. Выбрал себе одну такую кралю. Заглянул к ней в трусы, а у нее там все кишело мандавошками. Прямо из её волосатой пизды вылезали. И роились, роились. Фу, блядь! Мерзость, короче!

— И что ты сделал? — спросил я, облокотившись на перила той вышки.

— Да ничего, — серьезно ответил он, продолжая работать. — Я ей сказал: «Детка, если я тебя сегодня и выебу, то не за свои деньги!».