Враги по оружию - Виктор Глумов

— Там, — голос Хамла звучал еще тише, чем обычно, — там дети, что ли?

Тимми начала проталкиваться вперед, Артур, особо не задумываясь, двинулся за ней, выглянул поверх плеча Хамла. Действительно дети. От совсем маленьких, как Лана, до ребятишек постарше, сезонов двенадцати-двадцати. Все они были голые, грязные, до ужаса истощенные — колени толще бедер, черепа обтянуты тонкой кожей, сальные пряди волос падают на глаза. Дети сидели на рельсах, босые ноги в холодной грязи… Тимми длинно всхлипнула и рванулась вперед, Артур перехватил ее за руку:

— Тихо. Напугаешь.

Взрослые застыли, не зная, что делать. Шепотом передавали назад новости: нашли толпу беспризорников. Тимми высвободила руку, шагнула вперед, присела на корточки перед крайней малышкой:

— Привет. Ты понимаешь меня? Приве-ет! — Ее голос звучал ласково.

Малышка сунула в рот грязный кулак. Она ничем не напоминала Лану, чистенькую девочку, росшую в любви, но Артур чуть не заплакал в голос: а если его дочь сейчас такая же? Голодная, брошенная, никому не нужная… Кстати, где матери этих детей? Где их отцы? Артур сел рядом с Тимми и спросил девочку:

— Где твоя мама?

Кажется, мальчик постарше понимал его или хотя бы осознавал, что взрослые желают добра. Он подполз — тощие ноги не держали — ближе, перевалившись на бок, сел, и Артур смог рассмотреть его вздутый живот с торчащим пупком.

— Дайте им еды. — Тимми обращалась к Хамлу. — Они же с голоду умирают.

— Так сразу нельзя… Подумаем. Сразу мясо — нельзя, — пробормотал Хамло.

— Костер жечь надо. — Артур узнал рык Фирга, вождя мутантов. — Варить еда. Дети умирать… нельзя.

— Где твоя мама? — повторил Артур. — Папа? Мама?

— М-ма, — сказал мальчик, глаза его блестели в свете фонарей. — М-ма. П-па. М-ма. — И протянул руку грязной ладонью вверх, выпрашивая еду.

Сколько же они здесь живут? Откуда пришли? Девочка следила за протянутой рукой жадными глазами.

— Нужно куда-то в сторону отойти, — произнес Хамло, — в укромное место. Не здесь же кашеварить.

Тимми придвинулась к малышке вплотную и с осторожностью коснулась спутанных волос. Вспомнила свое детство на свалке, наверное. Ребенок не отпрянул. Мальчик твердил свое «м-ма, п-па», остальные ребята придвигались ближе, пристально глядя на взрослых. Артуру показалось, что глаза их светятся в темноте, на самом деле они отражали свет фонарей.

— Где мама? — повторил Артур громче.

С трудом, покачиваясь, поднялась грязная, страшно истощенная девочка. Она была старше остальных, на пороге подросткового возраста. Все ребра можно пересчитать, подвздошные кости выпирают. Голая, босоногая, нечесаная.

— Да что же это… — простонал кто-то за спиной Артура. — Как моя доченька… Да как же это…

— Дядя, — девочка шагнула к Артуру, — мама там… Взмах тонкой, как палка, руки. Артур пригляделся: от основного тоннеля влево уходил еще один, поуже. Служебный, должно быть. Он уже поднялся и приготовился идти за девочкой, но Маузер, до этого хранивший молчание, перехватил его:

— Стой. Откуда ты знаешь, может, там засада.

— Какая засада? — возмутился Артур. — Ты не видишь — дети еле живы! Думаешь, их специально… — И осекся. Крякнул Хамло, ухнул Фирг, хмыкнула Тимми.

— Я видел, как на детей заманивали, — Маузер говорил спокойно, — эти… бараны горные. Особенно на девочек. Люди десятками попадались: подойдут к такой малышке, а она на взрывчатке сидит. У них, понимаешь, считалось, что сразу после этого ребенок в рай попадает. Знаешь, кто тех уродов больше всего ненавидел? Свои же. Нормальные мусульмане.

Кто и кого ненавидел и какие «бараны» сажали детей на взрывчатку, Артур не понял.

— Эти голые. И сидят на рельсах. Тимми поднялась, ткнула Маузера в бок кулаком:

— Я пойду. Я не зассал, вот еще, детей бояться. Разведаю и за вами вернусь. Только всех детей не тащите, вон с девкой схожу.

— Что, малой, — заржали из толпы, — глаз на девкy положил?

— Это кто там выступает? Иди сюда, я тебе глаз на жопу натяну! Артур, со мной пойдешь?

Артуру ничего не оставалось, кроме как согласиться, — выслушав исповедь Томы-Тимми, он невольно стал ее пособником и теперь не мог отказать девушке. Тимми обогнула сидящих детей, подошла к говорившей девочке, взяла ее за руку:

— Ты идти сможешь? Или тебя понести?

Похоже, диалог со взрослыми отнял у девочки последние силы — она начала оседать на пол, Артур еле успел ее подхватить. Девочка оказалась невесомой, чуть тяжелее Ланы. На руках у Артура она очнулась, залопотала. Тимми нахмурилась, первой шагнула в тоннель, светя фонариком под ноги. Артур с осторожностью двинулся за ней, стараясь не споткнуться. Вид у тоннеля был необитаемый, вряд ли тут часто ходили. Сзади раздались шаги — догонял Маузер.

— Сдурели, — сообщил, он в пространство, — и я вместе с вами сдурел. Артур, ты чего ее на руках тащишь? Случись что — чем оружие держать будешь? Тимми! Ну придурок… А если ловушка?

— Ты обо мне не беспокойся, — огрызнулась Тимми пацанским голосом, — ты лучше помоги.

Маузер направил луч света под ноги Артуру и вытащил свой любимый пистолет из кобуры. Здесь было еще сырее, чем в основном тоннеле, вода капала с потолка, и ноги по щиколотку тонули в холодной грязи. Эхо носилось по подземелью и разбивалось о стены. Артуру показалось, что кто-то тронул его лицо, он отшатнулся, Маузер высветил колышащееся мочало то ли корней, то ли плесени. Шли долго, руки устали, но свою ношу Артур никому не хотел передавать — девочка, похоже, уснула.

— Ну и где? — Маузер задал вопрос, интересующий всех.

— Не знаю, где, но хотели бы устроить засаду давно устроили бы, — Тимми остановилась, обернулась, — или вообще взяли бы нас в основном тоннеле, это же проще некуда. Один ба-бах — и только выковыривай из-под обвала останки… Эй, детка, где мама? Спит она, что ли?

— Ты топай, — велел Артур.

Возможно, девочка бредила, никаких родителей не было здесь и в помине. Запах подземелья, тяжелый, сырой, изменился — потянуло тленом. Капли все чаще срывались с потолка, со всхлипом разбивались о лужи, скатывались по щекам и лбу. Тимми продвигалась вперед с громким чваканьем — ноги вязли в грязи. Артур выбился из сил: невесомая поначалу девочка будто налилась тяжестью. Даже свет фонарей словно устал и поблек.

— Тупик, что ли? — пробормотала Тимми. Маузер с Артуром поспешили к ней. Тут, наверное, произошел обвал и завалил проход. Артур осмотрелся, но не нашел сухого места, чтобы положить свою ношу. Маузер, не опуская пистолета, приблизился к завалу, прошелся вдоль — ничего. Только плесень свисает патлами и влага поблескивает на ней. Ребенок на руках Артура зашевелился.

— Давно завалило. Может, их родители на той стороне остались? — предположил Маузер.

— Пойдем, — Тимми развернулась, — надо кормить доходяг, а не теории разводить. Если родители там, мы им ничем не поможем.

Артур сделал шаг, и под ногой что-то хрустнуло. Моментально оказавшийся рядом Маузер подсветил: в грязи валялся давно истлевший труп — лохмотья, кости. Тимми согнулась пополам: ее тошнило.

— Мама, — пробормотала девочка ясным голосом, — мама здесь.

Как наяву Артур увидел страшную картину: взрослые и дети укрылись от начинающейся войны с Омегой, а может, жили в подземельях уже давно. И вдруг — обвал. Взрослые гибнут под грязью, камнями, обломками бетонных плит. Кого-то дети вытаскивают, чтобы этот кто-то, раненый, умер уже здесь…

— Пойдем. — Тимми старалась не смотреть на останки.

Девочка внезапно начала вырываться с недетской силой, Артур, растерявщись, выпустил ее, и она упала… Нет, не упала — в воздухе развернулась, приземлилась на все четыре немыслимым образом вывернувшиеся конечности и зашипела. Глаза ее в свете мечущихся фонарей сверкали зеленым, девочка показала зубы — острые, мелкие. Забыв о роли парня, завизжала Тимми, и Артуру показалось, что кто-то вторил ей в основном тоннеле. Зашуршало под потолком, Маузер глянул туда, вскрикнул и принялся палить. Артур задрал голову, и его сковал ужас.

Цепляясь за бороды плесени и мочала корней, по потолку спинами вниз бежали человекообразные твари. Две цепкие руки, две ноги, голова с непомерно вытянутыми челюстями, светящиеся зеленым глаза. Твари появлялись из дырки под потолком, над завалом.

— А вот и мама! — не прекращая стрелять, крикнул Маузер.

Тимми дал по мутантам очередь из автомата, с потолка посыпались камни. Артур не сводил взгляда с «девочки» — теперь понятно было, что вовсе существо не истощено, а огромные ее суставы — просто не человеческие, ноги выворачиваются коленками назад. «Девочка» скалилась, пританцовывала, собираясь прыгнуть. Артур непослушными пальцами потянул из кобуры пистолет.

Твари, не обращая на троих людей внимания, двигались к основному тоннелю. Артур представил, что сейчас там происходит, и похолодел.