Цена моей нелюбви. Я тебя верну (СИ) - Шторм Вера

— Дочь... — говорит он мягко. — Извини... Я...

— Все нормально. Мы просто изменились. Все изменилось, Карим Ибрагимович.

— Все виноваты, но только не ты. Прости меня за мое поведение. — Отец обнимает Дарину, а она в ответ его. — Тебя не хватало в нашем доме.

Отец явно клонит не туда. Разговор ведёт совсем не туда, куда следовало бы...

— Пап, — зову я, понимая, что он скажет дальше.

— Что? Пора бы вам переехать в наш дом. — Отстранившись от Дарины, отец оборачивается ко мне.

— Нет, мы туда не вернёмся. Никогда. Надеюсь, эта тема больше не поднимется. Я вычеркнуть пытаюсь... Забыть. И прошлое, и все, что с ним связано.

Дарина смотрит на меня в упор. И я вижу, как поблескивают ее глаза. По выражению ее лица понятно, что она довольна моим решением.

— Другой дом купил, да? И нас в гости не приглашаешь?

— Не приглашаю. Вам завтра улетать, да?

— Завтра. Но хотелось бы внука увидеть. — Отец устремляет взгляд на Дарину, которая по-прежнему молчит. — Можно?

— Нельзя, — отвечаю за нее твердо и грубовато. — Мой сын из дома не выйдет. А вы в мой дом не поедете. Это небезопасно. Не буду я из-за вас семью под удар ставить. Ты о моем сыне даже не вспоминал до недавних пор. Откуда такая любовь к внуку появилась, пап? М? Забудь. И ты, и мама. Улетайте и желательно забудьте о существовании сына и его семьи.

Глава 31

Не замечая никого, я иду в кабинет Альпарслана. Нужна срочно его подпись, а также ответ на вопрос, буду ли я присутствовать при важной встрече, которая запланирована на сегодня.

Уже две недели я ежедневно приезжаю сюда вместе с Альпарсланом. Он предложил мне работу, а я не стала отказываться. Если честно, приняла его предложение без раздумий. Потому что мне необходимо отвлечься. Не могу я весь день сидеть в четырех стенах. Да, Каан отнимает много сил и времени, однако это все равно не то.

Мысли о папе... о Давиде, который до сих пор за решеткой... А еще меня выбила из колеи фраза Альпа, которую он бросил своему отцу: «Ты о моем сыне даже не вспоминал до недавних пор». Значит, я ошиблась. Потому что искренне верила, что семья Альпа очень хочет увидеть Каана. Ну, Альмира уж точно. А оказалось, что дедушка и не думал о внуке.

Буквально вечером Чакырбейли все рассказал мне. Что отец был зол и на меня тоже. Ведь все проблемы свалились на голову Альпа как раз из-за моей родни. И вляпался он в дерьмо, получается, из-за меня и моей семьи. Значит, я тоже виновата и не заслуживаю хорошего отношения. Неожиданно, конечно. Потому что я всегда относилась к ним так же, как к своим родителям. Не видела разницы. И вообще, они же прекрасно знают, что я сбежала без оглядки... Что я ни в чем не виновата!

— Это не только вина Давида. С каждым днем я все лучше понимаю, что мог выкрутиться. Однако когда попадаешь в паутину и на эмоциях делаешь все возможное, чтобы выбраться, но запутываешься еще сильнее. То же случилось и со мной. Я просто не смог предусмотреть шаги врагов. Усугубил ситуацию... И мои родители прекрасно понимают, что ты не при делах. Еще недавно папа считал тебя недостойной нашей семьи. Считал, что и Каан не от меня... А сейчас, мать его, о внуке вспомнил. Мне надо было, чтобы он прощения у тебя попросил. Что он и сделал... Но мама всегда тебя защищает... — сказал мне в тот день Альпарслан.

— Можно? — Постучав, открываю дверь.

— Конечно. Что случилось?

Чакырбейли устал. Я прекрасно знаю, что он не спит уже несколько дней. Судя по тому, что каждый проваливается какой-нибудь план, налицо утечка информации. Кто крыса — неизвестно. Поэтому он ни с кем планами не делится.

— Да ничего. Подпись нужна.

— Давай.

Альп забирает папку. Подписывает не читая, отчего я еле сдерживаю улыбку. Он просто верит мне. Безоговорочно. Потому что я видела, как он рассматривал каждую бумагу в папке, которую принесла его секретарь.

— Скажи, есть какие-нибудь новости? Я видела, как из твоего кабинета выходил адвокат.

— Ничего нового, — качает он головой. — Только подозрения...

Альп кивает, чтобы я села. Делаю, как он говорит. Сажусь на диван и выжидающе смотрю на него. Он подписывает документы, закрывает папку и кладет на край стола, чтобы я забрала.

Сейчас мы разговариваем почти как друзья. Как партнеры по бизнесу, которые доверяют друг другу и не ждут подвоха. Впрочем, сейчас все так и есть.

— Насчет кого?

— Юрист утверждает, что Абрамов может запросто кого-то сюда отправить. — Альп щурится. — Чтобы тот шпионил.

— Нет, — невесело усмехаюсь я, сглатывая противный ком в горле. — Я не верю.

Ощущение, будто невидимые руки душат меня. Я вспоминаю слова Руслана о том, что он найдет ко мне подход. А еще разговор с Альмирой...

Я помню ее слезы. Помню, как она рассказывала, что с ней произошло. Если Руслан специально переспал с Альмирой... Ему по-настоящему конец. И Альп, который пытается все проблемы оставить позади и начать все сначала, вляпается в еще бо́льшее дерьмо, потому что просто прикончит Руслана! Это недопустимо!

Нет, Руслан... Я искренне надеюсь, что ты не решишься на такой шаг.

— Я тоже так не считаю. Ему некогда. Они на грани банкротства, Дарина. Да и зачем Руслану подставлять меня? Что ему это даст? Сейчас они изо всех сил пытаются подняться на ноги... Оставшиеся деньги тратить на крыс, чтобы... Чтобы добиться чего? Не понимаю. Он может насолить мне, не отрицаю. Но уж точно не таким способом.

Логично. Я думаю так же. А еще... вспоминаю подругу. Рената... Мне бы так хотелось быть рядом с ней, поддержать. У них очень тяжелый период.

— Я... хочу связаться с Реной. Это может быть опасно?

— Может. Могу набрать ее со своего телефона. Твой номер им ни к чему. Начнут названивать, а потом и встретиться захотят. Давай пока удержимся от порывов встретиться с родными или друзьями?

— Да я на самом деле никого видеть не хочу, но... Она меня постоянно поддерживала.

— Звони с этого. — Альп кладет свой телефон поверх папки. — В соседнем кабинете никого нет.

Мобильный я забираю, а вот папку оставляю, поскольку все равно вернусь сюда.

Набираю номер, который знаю наизусть, но потом зачем-то удаляю. Заметив пять непрочитанных сообщений, захожу именно туда. И вижу СМСки, поступившие на телефон буквально пять минут назад. Включен беззвучный режим, и Альп явно не видел эти сообщения.

Мое внимание привлекает название контакта. «Крыса». Точнее, вгоняет в ступор.

«Ты еще пожалеешь! Я же выберусь и снова появлюсь в твоей жизни!»

«Как видишь, мой телефон вернули! Я добилась этого! Добьюсь и остального!»

«Сукин ты сын, Альпарслан! Как ты мог?! Как ты можешь посадить всех наших? Я же тебя убью! И жену твою прикончу! Собственными руками!»

По телу пробегают ледяные мурашки. Это точно Лариса. Без сомнений. Факт! Становится дурно от ее слов, но я заставляю себя читать дальше:

«Да, Давид лучше тебя! Я в этом убедилась!»

«Обещаю! Обещаю, что убью вас всех! И сына твоего закопаю! Никогда его не найдешь!»

Я убираю телефон, не желая больше видеть, что она там настрочила. Ее слова о Каане выбивают весь кислород из легких. Я задыхаюсь от страха и злости. А ведь она еще не знает меня. Понятия не имеет, что я из-за сына глотку кому угодно порву, если кто-то решит навредить ему.

Подхожу к окну и открываю его. Потихоньку начинаю приходить в себя. Плохие мысли отступают. Приходит понимание, что она ни черта подобного сделать не сможет. Никто не знает, где мы живем. По пути сюда несколько раз меняем автомобиль. Не зря Альп все это задумал... Не зря пытается спрятать нас от всех на свете.

Захожу в контакты и нахожу там номер Рустама. Набираю его, прислушиваюсь к гудкам.

— Да, Альпарслан, — доносится голос Абрамова-старшего.

— Здравствуй, Рустам. Как ты?

— Дарина?! Неожиданно. Все нормально, а ты как?

Его голос усталый, я бы сказала, измученный.

— Тоже нормально. Скажи, ты дома? Я могу поговорить с Ренатой?