Полночный путь - Сергей Лексутов

— Эка, разобрало… — проворчал Торг. — Да на таких кораблях по сотне воинов бывает, а то и больше…

— Чего эт ты наугад говоришь, коли рубился с ними? — прищурил один глаз Реут. — Аль не рубился?

— Да рубился! Десятков шесть их было. Мы десятка два, ну, может, полтора порубили…

— Ну вот, не так уж и много… Если вы их хотя бы с полдюжины порубили… — пробормотал Реут, думая о чем-то. Потом спросил: — Тут же, в устье, половецкая крепость стоит, чего туда не обратился за помощью?

Торг пожал плечами:

— Меня ж на другой берег вынесло, тут не докричишься. Да и обращаться к ним без верной дружины… Враз повяжут, и такой выкуп потребуют…

Реут задумчиво покивал:

— И то верно…

Караван пристал к берегу, быстро разобрались; цифирные купцы с пятеркой своих работников, таких же забубенных головушек, что и сами, перешли на Серикову ладью. Реутовых работников с головной ладьи разделили по остальным, на головную собрались люди цифирных купцов; все молодцы, как на подбор, и вооружены до зубов. Поплыли дальше. Вскоре миновали половецкий город. Правда, за дальностью расстояния, кроме зубчатых стен из белого камня ничего было не разглядеть. Сразу после крепости, один из берегов скрылся с глаз. Серик стоял на носу, рядом с Горчаком. Единственные, кто явно были в кольчугах. Гребцы поверх кольчуг напялили просторные рубахи, цифирные купцы залегли возле мачты, накрывшись рогожами, будто куча мешков с товаром. А вот из-за низкого мыска, поросшего каким-то кустарником, выскочил и латинянский корабль. По мере того, как караван ладей вытягивался на простор, два ряда весел все медленнее и медленнее пенили воду, и вот уже он как бы мимо плывет, и вовсе никакого умысла не имел. Серикова ладья правее шла, а тут и еще немножко приняла вправо. Караван, как бы следуя своим путем, должен был пройти мимо корабля, а Серикова ладья шла уже нос в нос. Серик нервно поправил два колчана, полных стрел, висящих за плечом. Лук с натянутой тетивой он прятал за спиной, как бы ненароком опершись плечом о драконью шею. Кормщиком стоял Шарап. Он верно угадал расстояние, и еще довернул кормилом. Горчак вдруг замахал руками и принялся орать что-то по-германски. На кормовом помосте сгрудились латиняне, с любопытством перевешивались через борт, что-то спрашивали. Горчак отвечал, распаляясь все больше и больше. Вот уже почти поравнялись, и тут Шарап двинул кормилом, и ладья прямо носом врубилась в стройно взмахивающие весла корабля. Жуткий треск, заглушил даже ругань, понесшуюся с латинянской ладьи. Но ругань вскоре прекратилась, потому как на борт корабля полетели кошки с ладьи. Серик с луком в одной руке, с мечом в другой, прыгнул на борт корабля, легко допрыгнул, хоть он и здорово возвышался над низко сидящей ладьей. Навстречу сверкнули мечи, но Шарап со Звягой уже вломились с одного краю, с другого края напирали цифирные купцы. Серик молодецким ударом срубил одного, второй отпрыгнул, занимая удобную позицию, но Серик проскользнул мимо него, прыгнул на площадку впередсмотрящего, еще больше возвышающуюся над палубой, нежели носовой помост, бросил меч в ножны и наложил стрелу на тетиву. Горчак стоял впереди него и отбивался от наседающих латинян. Глаза и руки Серика действовали как бы помимо его воли; глаз выхватывал цель, руки натягивали тетиву. И в то же время Серик видел всю палубу. Вот Шарап со Звягой, будто скованные цепью, вертятся из стороны в сторону, да с такой быстротой, что против их двух мечей, всегда один оказывается. А вот тесным тупым клином ломят цифирные купцы; будто бык вломился в стадо телят. Не успеют латиняне собраться, чтобы устроить организованный отпор, Шарап со Звягой, и купцы, тут как тут. А следом расторопные работнички купцов-разбойничков палубу подчищают. Не обращая внимания на скрежет мечей под ногами, Серик все стрелял и стрелял. А тут и Реут подоспел; латины его глупо проворонили, так что Реутовы воины не менее полудюжины положили со спины, пока остальные опомнились. И латины не выдержали. Если бы не Сериковы стрелы, свистящие над палубой, может еще немножко и подрыгались бы. Но слишком уж быстро и верно находили они цель. Тут и там латиняне начали падать на колени, кидая оружие на палубу. Вот Звяга кое-как сдержал меч над склоненной шеей сдавшегося латинянина. Вот Реут, унимая боевую ярость, заехал с левой в ухо бросившему меч латинянину.

Опытные работнички цифирных купцов, принялись сгонять пленных на носовой помост, Серик протолкался сквозь толпу косящихся на него воинов, сбежал по короткой лесенке на палубу, огляделся. Тут и там валялись трупы в белых балахонах, с красными крестами на груди и спине. Своих пало на удивление мало; Серик заметил только четверых. Он постоял на палубе, быстро понял, что тут обойдутся без него, и тут заметил квадратное отверстие, закрытое крышкой с толстым железным кольцом. Он потянул за кольцо, поднатужился, и отвалил толстую, окованную железом крышку. В лицо ударила вонь давно не мытых человеческих тел, нечистот и чего-то еще, незнакомого, но мерзкого. Серик спустился вниз, в низкое пространство и тут же содрогнулся от взглядов множества глаз, уставившихся на него. Люди сидели на лавках по трое, прикованные к толстой железной цепи, проходящей на всю длину помещения. Тут к Серику между рядов подбежали два страхолюдных мужика, с длинными плетьми в руках и разом бухнулись на колени, что-то залопотали по-фряжски. Серик, вытащивший было меч на треть, плюнул, бросил его обратно в ножны, спросил громко:

— Русичи есть?

Медленно поднялось десятка два рук, на остальных лицах, вспыхнувшая было надежда, снова погасла. Серик подошел к ближайшему русичу, вытянул меч, сказал, указывая клинком на массивный конец лавки:

— Клади сюда цепь!

Тот непонимающе глядел на Серика. Серик поглядел в бородатое изможденное лицо, спросил:

— Ты меня разумеешь?

Пленник вздрогнул, быстро извернулся и обтянул цепь на конце лавки. Серик взмахнул мечом, и одним ударом рассек цепь. Быстро освободил остальных. Больше в помещении ничего интересного не было, и он вылез наружу. Возле кучки освобожденных, испуганно жавшихся друг к другу, стоял Реут, и грозно смотрел на них. Увидя Серика, рявкнул:

— Ты зачем их освободил?!

— Русичи ведь… — обронил Серик спокойно, пожав плечами.

— Ну, так и што? А кто грести до Сурожа будет? Мне прикажешь?

— Сам сяду! — огрызнулся Серик, и пошел в корму, поглядеть, что там интересного.

Реут плюнул, повернулся к подошедшему к нему Торгу, сказал:

— Ищи свой товар, а в добыче тебе доля равная со всеми…

Торг обогнал Серика, добежал до такого же отверстия, что и в носу, отвалил крышку и юркнул вниз. Тут же оттуда понесся лязг мечей. Не раздумывая, Серик прыгнул вниз. В помещении было светло; горело два огня, прикрытых стеклянными банками. И в свете огоньков Торг яростно рубился с богато одетым человеком. Тот был в тонкой работы кольчуге, на груди болталась толстенная золотая цепь, с крупным камнем, тускло поблескивавшим в свете огоньков. Серик заорал: