Николас Бюлоф — рыцарь-дракон с тысячью лиц - Дмитрий Олегович Смекалин

нравится. И я вижу, что, предложив вам маркграфство, мой супруг вас явно недооценил. А что вы хотите сейчас?

— Прежде всего, знаний. Ваши артефакты, веера ваших фрейлин и те, что использовались во время упомянутого нами обеда, очень меня заинтересовали. Думаю, если мне будет позволено рассмотреть их поближе и повнимательнее, я смогу разобрать использованные в них узоры заклинаний. И сделать еще несколько таких же. Себе и вам.

Дождавшись кивка, Николас вытащил из пояса пару кристаллов-артефактов из тех, что он навешивал на себя в форме дракона. («Надо будет поскорее восстановить запас, — отметил он про себя, — но сейчас жадничать не стоит».) На глазах у королевы и фрейлин сделал из них и четырех золотых монет два перстня. Заодно, мысленно чертыхнувшись, внедрил в них по несколько перемычек, отключив часть ранее имевшегося манорезерва. Конечно, выбранные в подарок артефакты великих заклинаний не содержали, но богиня ему что-то и про энергетические ограничения говорила. Лучше не рисковать.

— Ваше величество! Это пара артефактов кэра. Хотя у кэров их нет, только у нас с вами будут. Изумруд — защита. Теперь вам не опасен даже залп главным калибром всего королевского флота. А сапфир — цепная молния. Хватит как раз, чтобы этот флот потопить.

Королева аккуратно взяла перстни в руки. Возможно, опасалась, что они окажутся горячими. Зря, убрать лишнее тепло — не проблема.

— Дорогой граф, надеюсь, королевский флот мы топить все-таки не будем. Разве что не нашего королевства. Мой рыцарь… — Она как бы попробовала слово на вкус. — Но и рыцарь вы какой-то необычный. В балладах прекрасные дамы сами рыцарям перстни дарят, а тут вы мне воистину императорский подарок сделали. Придется пока побыть вашей должницей.

После небольшого колебания (чуть не потянулась в щеку поцеловать) королева протянула Николасу руку для поцелуя. Тот немного сполз с кресла, обозначив прикосновение колена к полу, и почтительно эту руку поцеловал. Союз был заключен.

Королева сделала легкий жест рукой, и фрейлины прекратили махать веерами и уселись на исходные позиции. Судя по жутко любопытным взглядам, подслушать разговор им не удалось. Хотя сам факт обмена любезностями они видели.

Домой в Лерден Николас вернулся своим ходом. Точнее, полетом. Наемную карету с ненужными вещами, сувенирами и письмом к матери он отправил домой через неделю работы конгресса, когда окончательно понял, что ничего интересного здесь больше не случится. Приветы через университет по шару он тоже несколько раз передавал, но, как выяснилось, мог этого и не делать. «Лерденский курьер» старательно перепечатывал новости из бреннских газет, и ему в этих новостях отводилось немало места. Речи монархов печатались в очень кратком изложении (если полностью эти мутные потоки опубликовать, читатели разбегутся), больше внимания уделялось светской хронике. Князь почти безвылазно сидел в особняке, ведя переговоры и плетя интриги, кэры пьянствовали, но почти не бузили, много интересного тут из пальца не высосешь. Зато Николас каждый день в гостях, салоны и выставки посещает, в театрах с дамами в антрактах беседует, есть где фантазии разгуляться. В общем, насочиняли писаки про него роман с продолжением, а заодно и по всему высшему обществу Бренна проехались, благо «турист» всюду наследить успел. Но, по крайней мере, Марион была все время в курсе того, что у сына все в порядке и что развлекается он на всю катушку.

В общем, для переговоров с домом хрустальный шар не пригодился. Но совсем без дела он не простаивал. Во-первых, дважды на связь с ним выходила королева Агнесса. Особо содержательных разговоров не вела. В первый раз это была, скорее, проверка связи. А во второй раз она взяла с Николаса обещание обязательно самому связываться с ней раз в неделю и развлекать ее галантным разговором. Сплетни и новости из Лердена пересказывать. А если что действительно интересное случится — так и в неурочное время ее по шару вызывать. В общем, возникло у Николаса нехорошее подозрение, что «дама сердца» назначила его не рыцарем, а агентом и даже мнением его не поинтересовалась. Что поделать, королева, и интересы у нее королевские…

Кроме Агнессы неожиданно несколько раз вызывали его на связь совсем незнакомые люди. Вроде маги-провайдеры гарантировали закрытость для посторонних не только каналов связи, но и личных адресов владельцев хрустальных шаров. Но уже на второй день после покупки шара Николасу пришел вызов от неизвестного мага, чье лицо очень трудно было разглядеть за очками, бородой и усами. Незнакомец скромно предложил за десяток золотых сбросить адреса всех действующих абонентов. А еще за десять золотых в год гарантировал постоянное обновление данных. Кэр не стал возмущаться, и по прибытии в Бренн перевел деньги на указанный счет, после чего в том же банке получил конверт с довольно толстой брошюрой, где были указаны имена всех владельцев хрустальных шаров, места их проживания и заклинания вызова. Поскольку такими средствами связи могли располагать только небедные люди и организации, то естественно было предположить, что аналогичная адресная книга есть у каждого абонента. Себя в ней Николас тоже обнаружил. И поржал, читая названия организаций типа «Сумеречный приказ сына Неба» или «Канцелярия неотложных дел герцога Родерика». В государственных тюрьмах шары, как правило, тоже имелись, а вот палачей он насчитал всего трех. В общем, увлекательное чтение оказалось.

Немного удивляло, откуда у анонимного мага оказалась вся эта информация, но, подумав, Николас решил, что тот просто работает на провайдеров. Те ведь деньги за трафик тоже начисляют, не только абонентскую плату. Значит, кровно заинтересованы, чтобы вызовов было как можно больше. Вот и нашли способ обойти собственные правила. Да и дополнительный десяток золотых в год лишним не бывает. Вон у них сколько абонентов оказалось, больше тысячи! Жуки! Зато можно не сомневаться в достоверности полученных адресов.

Заведя хрустальный шар, Николас, помимо достоинств, сразу же почувствовал кучу неудобств от наличия прямой и быстрой связи. И дело было не в цене услуг. Просто на вызовы по шару отвечать ему приходилось лично. Раньше было как: прислали ему по почте кучу приглашений из разных мест, матушка вежливо всем отправила в ответ по листочку с вежливым отказом без подробностей. А вот при живом разговоре так гораздо сложнее сделать. Ведь приглашают весьма солидные люди, да и всем своим видом при этом показывают, что отказ их смертельно обидит. Конечно, при некоторой практике можно приноровиться и с ними разговаривать тактично, но твердо. Но пока этому научишься… Да и все время ощущать себя «на минном поле», когда собственные апартаменты в дипломатическую переговорную превращаются, совсем не приятно. Ведь в любое