Короли карантина - Кэролайн Пекхэм

звучал из динамиков по всей комнате, хриплый и соблазнительный. Я узнала слова, которые сказала Блейку этим утром, когда он вернулся после разговора со своим отцом. Но они были отредактированы так, чтобы это звучало так, будто я в чем-то ему признавалась.

— Ты знала о том, чем занимался твой отец? — Голос Блейка эхом разнесся по динамикам.

— Папа?… Я знала. — Это был мой голос, но он отредактировал то, что я сказала, чтобы это звучало так, как будто я отвечала на вопросы, которые я даже никогда не слышала, чтобы он произносил.

— И ты знала, что он собирается сотворить это со всем миром, прежде чем решила спрятаться здесь, в нашей школе? — Сердито спросил Блейк.

— Да. Я знала все это время. — Я практически задыхалась, когда говорила это, и для меня было так чертовски очевидно, что все это было подстроено, но остальные студенты, казалось, не были согласны, освистывая и глумясь, когда они проглатывали ложь, которой их пичкали. Мое сердце, казалось, разрывалось где-то посередине, и все, что я могла видеть между красным рагу, которое наполовину ослепило меня — это полные ненависти лица и обвиняющие взгляды.

Этот звук прокрутился снова, чтобы довести ложь до конца, прежде чем звук моего тяжелого дыхания и криков от оргазма эхом отразился от стен, просто чтобы унизить меня еще больше.

— Ты кусок дерьма! — Крикнул кто-то, затем хор оскорблений заполнил комнату, заглушая звуки нашего с Блейком секса.

— Уличная шлюха!

— Папочкина шлюха!

— Ты никчемная сука!

Хуже всего был ледяной смех, донесшийся от столика Ночных Стражей. Я не смотрела в их сторону, когда поднялась на ноги, и тушеное мясо соскользнуло с моей одежды, капая на пол. Я вся дрожала, моя кожа горела от смущения, стыда, ярости. Я снова побежала к двери и на этот раз выбралась наружу, вдыхая свежий воздух и пытаясь побороть подступающую к горлу желчь.

Я помчалась к Бич-Хаусу, не останавливаясь ни на секунду, пока не добралась до душевых на третьем этаже. Я рывком открыла дверь в один из корпусов, вытащила телефон из кармана, прежде чем включить его и полностью одетая шагнуть под мощный поток воды.

К тому времени, как острая похлебка вымылась из моих глаз, я плакала, шок и смятение охватили мое тело, пока я пыталась осознать то, что только что произошло.

Я не могла дышать, не могла ясно мыслить, не могла осознать, что, черт возьми, только что произошло со мной и как.

Этого не может быть на самом деле. Этого не может быть на самом деле.

Я сняла форму и опустилась на пол душа, прижав ноги к груди, пока вода стекала по моему телу и становилась красной, смывая тушеное мясо, прежде чем стечь в слив. Я провела пальцами по шраму в форме розы на своем предплечье; если внутренние раны оставляют шрамы, то, думаю, мои внутренности скоро покроются ими.

Я оставалась там до тех пор, пока не перестали литься слезы и паника в моей груди не начала ослабевать. Меня ненавидели. Презирали. Вся школа считала меня ответственной за вирус. Но, конечно же, папа этого не делал? Зачем ему? Мы были богаты, нам не нужны были деньги. Компания "Аполлон" платила ему шестизначную сумму в месяц.

Мое дыхание, наконец, начало замедляться, и я заставила себя подняться на ноги, дрожь моего тела, наконец, немного утихла. Я выключила душ, отжала волосы и сняла форму, когда вышла из кабинки, и холодная дрожь пробежалась по мне. Она мне больше не понадобится. Я здесь не останусь. Во-первых, я не хотела быть здесь. Если папа действительно в бегах, я найду его. Помогу ему. Он всегда был рядом со мной, и я не собиралась бросать его сейчас, когда его бросили на съедение волкам. Этому должно было быть объяснение. Новости должны были быть ложными.

Я схватила телефон и смыла тушеное мясо в водосток, прежде чем отправиться в свою комнату, у меня не было полотенца, чтобы прикрыться. Но рядом никого не было, а даже если бы и были, я не думаю, что могла бы быть унижена еще больше, чем уже была.

Я сделала глубокий вдох, направляясь в свою комнату, поспешно натягивая спортивные штаны и спортивный лифчик, прежде чем натянуть поверх них черную толстовку. Я забросила все свои вещи в чемодан так быстро, как только могла, затем схватила свой рюкзак из того места, где я спрятала его под кроватью, и наполнила его последними своими вещами. Я взяла с прикроватной тумбочки письмо, которое написала Джессике, аккуратно положила его в потайной карман сзади рюкзака, чтобы сохранить в целости, затем повесила сумку на плечо. Я оставила свои школьные учебники. Я не хотела никаких напоминаний о Эверлейке и могла купить новые для любой школы, в которую поступлю в следующий раз.

Я потащила за собой чемодан, направляясь к выходу из комнаты и поспешно покидая здание. Направляясь к главным воротам, я достала из кармана телефон, открыла приложение Uber и нажала кнопку, чтобы меня подвезли. Он начал искать попутки, когда я ускорила шаг, миновав Аспен-Холлс и приближаясь к гравийной подъездной дорожке, которая вела из этого богом забытого места.

К черту их всех. Мне не нужно это дерьмо. Мне просто нужен мой отец. Это все, что мне когда-либо было нужно.

Приложению Uber не удалось найти мне попутку, и я зарычала, пытаясь еще раз, просматривая карту в поисках каких-либо машин поблизости. Нигде ни одной не было. Я знала, что мы находимся у черта на куличках, но это было издевательством. Подходя к воротам, я погуглила службы такси и заметила Монро, который стоял у них и разговаривал с охраной.

Просто мне чертовски повезло.

Что ж, он ничего не может поделать с моим отъездом. Если я захочу уйти, я уйду.

Я набрала номер ведущей фирмы такси и поднесла телефон к уху. Он переключился на автоматическую голосовую почту, и я нахмурилась, когда женщина заговорила.

— Мы сожалеем, но из-за новых правил, введенных в действие губернатором штата Троем Мемфисом, мы больше не можем предоставлять наши услуги. Мы ценим вас как клиента и надеемся, что…

Я прервала звонок, мое сердце сбилось с ритма, когда я убрала телефон обратно в карман. Какие новые правила?

Я тяжело дышала, составляя новый план уехать как можно дальше от этого места. Я бы отправилась автостопом во владения моего отца в Элмвуд-Форест, в нескольких часах езды отсюда. У меня был ключ, так что даже если бы его там не