Хрупкая связь - Ольга Джокер

спать, ни есть, потому что жутко волнуюсь, как всё пройдет, и не забуду ли я чего-то важного.

— Можно делать записи в ежедневник, — пожимаю плечами, не видя в этом глобальных проблем.

— Ты тоже его вела? Сильно нервничала?

— Нет, вообще. Мне тогда… было не до этого. Всем занимались родственники мужа.

Сабина стаскивает свитер, выглядывая из примерочной. Я протягиваю ей платье — закрытое, с длинными рукавами и высоким воротником, выполненное из легкой воздушной ткани. Под него обычно требуется подъюбник, иначе будет светиться белье.

— Вот, попробуй это. Скромно, но элегантно.

— Спасибо, Аля… Иногда мне кажется, что я слишком зацикливаюсь на мелочах. Надо остыть и расслабиться.

— Конечно. Устроить девичник и заказать стриптизёра, который отлично справится с этой задачей. Я шучу, если что.

— Вы, кстати, будете у нас на празднике? — доносится приглушённый голос из-за шторки после смешка.

— Мы?

— Ну да. Ты, Влад и Амелия. Думаю, Аслан был бы рад, если бы дочь тоже присутствовала.

Пока Сабина не видит, я прижимаюсь лопатками к стене и едва заметно бьюсь об неё затылком. Жаль, я не подготовила заранее правдоподобную отговорку, хотя Лера давно предупреждала о таком варианте развития событий.

— Эм-м, не думаю, что это уместно, — неуверенно отвечаю, сцепляя пальцы.

— Если ты переживаешь из-за родственников Аслана, то никто и слова тебе в упрёк не скажет — уж он об этом точно позаботится.

— Я не знаю. Честно. Ты застала меня врасплох.

— Пожалуйста, поговори с Владом, — предлагает она, настаивая. — Пригласительные я принесу на нашу следующую встречу.

Саби крутится передо мной в платье, которое сидит на её фигуре просто изумительно. Но для сравнения мы решаем примерить ещё один вариант — тёмный костюм с вышивкой вдоль рукавов и изящным поясом на талии.

Не могу сказать, что она одевается слишком скромно, но я всё же предпочитаю более смелые наряды — что-то короткое, приталенное, с глубоким вырезом или открытой спиной, привлекающее внимание. Думаю, Аслану приятно, что на его невесту не бросают слишком откровенные взгляды, ведь это вызывает уважение и подчёркивает её преданность одному-единственному мужчине.

— Ох, мне уже звонят, — сетует Сабина, запутываясь в рубашке. — Пора бежать…

— Какой образ оставляем?

— Наверное, первый, — задумчиво морщит лоб. — Да, давай его.

Примерка проходит в жуткой суете, во время которой я впервые нарушаю все допустимые нормы и принципы работы стилиста. Это непрофессионально, но я не могу с собой справиться! Я абсолютно не контролирую грань между рабочим и личным!

И это плохо.

Это очень-очень плохо.

Саби запахивает пальто, пока я складываю джинсы и свитер в большой бумажный пакет и пытаюсь определить первопричину такого сучьего поведения. На самом деле их много, но должна быть одна — самая главная. Та, что толкает меня на столь опрометчивые поступки.

Возможно, дело в том, что я никак не могу забыть секс с мужем, во время которого отчётливо представляла Аслана. Или в том, что теперь моя дочь лично знакома с Сабиной, которую не пометила Луна, потому что считает своей хозяйкой. А может, всё из-за приглашения на торжество, которое я морально не вывезу.

— Пока, котёнок, — ласково прощается Саби, наклоняясь над Амелией и касаясь указательным пальцем её курносого носика. — Была рада познакомиться с тобой ближе.

— До свидания…

Как только над дверью звенит колокольчик, и мы с дочерью остаёмся вдвоём, я переворачиваю табличку с надписью «Закрыто» и быстро опускаю жалюзи, убеждая себя не выглядывать в окно и ни о чём не сожалеть. Что сделано — то сделано. Точка.

— Мам, а я могу выйти замуж за Аслана? — неожиданно спрашивает Ами.

— Что? — изумлённо поднимаю бровь. — Нет, точно нет.

— Почему?

— Давай вечером, когда я буду читать тебе книгу, всё объясню по порядку. Это сложный вопрос, и мне нужно, чтобы ты максимально сосредоточилась.

— Ладно.

— Но про замуж — даже думать забудь. Тем более, тебе для этого ещё слишком рано.

Пройдя по залу и осмотрев свои владения, я направляюсь в примерочную, чтобы освободить её от одежды и выключить дополнительное освещение. На самом деле я знаю уже сто и один способ, как сказать дочери о том, что у неё другой биологический отец. Но пока мне сложно собраться с духом и подобрать правильный момент, потому что страх её реакции сильнее любых логичных доводов.

Одно я знаю наверняка — всё зависит не только от того, как я преподнесу эту правду, но и от моего настроения. Если я буду сомневаться и злиться, Ами обязательно это заметит, что только усугубит положение.

— Мне не нравится Сабрина, — вдруг признаётся дочь. — Я не хочу, чтобы Лев женился на ней.

Сердце мгновенно ускоряет ритм, а пульс отзывается глухим эхом в висках. Будто она произнесла вслух мои собственные мысли, которые я так отчаянно пытаюсь подавить.

Знала бы ты, милая, как я с тобой солидарна. Но как взрослая и мудрая женщина, мне приходится вести себя иначе. И говорить совсем другое!

— Зато она любит Аслана, — привожу веский довод. — И ему с ней хорошо.

— Лучше, чем со мной?

— Нет, что ты! Ты — это совсем другое, — тепло улыбаюсь, заканчивая работу. — Ему очень нравится проводить с тобой время.

— Мам!

Дочь громко окликает меня, заставляя обернуться, и тычет указательным пальцем на спинку кресла, где висит подъюбник, который Сабина должна была надеть.

— Кажется, она забыла…

— Боже, какая жалость, — наигранно качаю головой.

— Может, нужно догнать её и вернуть?

Я для виду подхожу к окну, выглядываю на полупустую парковку и разочарованно развожу руками. Чувствуя мимолетное, но приятное удовлетворение.

— Очень грустно, конечно. Но, скорее всего, уже поздно.

34

— Я правильно понимаю, что в первый раз Сабина мерила платье с подъюбником, а во второй — когда торопилась — забыла его надеть, а ты не подсказала, хотя заметила? — уточняет Лера.

Я поднимаю голову из выемки массажного стола и хмуро смотрю на подругу. Мы записались на парный сеанс расслабляющего массажа, но расслаблено только моё тело. А вот мозгам этого явно не хватает.

— И что?

— И когда Амелия сделала замечание — ты не одумалась.

— Нет.

— Не перезвонила и не догнала Сабину позже?

— Я же сказала: даже не собиралась.

— Ну ты даёшь, — ошарашенно отвечает Лера, пряча от меня лицо.

— Слушай. Напомни, пожалуйста, почему я с тобой дружу?

— Алька…

Массаж подходит к концу. Специалист мягко разминает мою шею, проводит руками по спине и, пожелав хорошего дня, выходит из кабинета.

Я медленно поднимаюсь с кушетки, опускаю ноги на пол и на какое-то время замираю.