Башня Измены (Дитя-демон - 2) - Дженнифер Фаллон

Кратин воззрился на жену - злобно и в то же время с отчаянием.

- Не злите меня, Адрина.

- А то что? Вы схватитесь за свой меч? Да он же у вас хлипкий, ненадежный.

- Ваши насмешки до добра не доведут. Вы рискуете, Адрина. Она засмеялась.

- Рискую? Чем? Что вы можете сделать, Кретин? Еще раз ударите меня?

- Я вас предупреждаю...

- А вы подумайте о Честити, дорогой. Может, тогда ваш меч станет тверже?

Кратин вскочил, опрокинув стул. Лицо его пылало. Все тело сотрясала дрожь.

- Ты, языческая шлюха! Не смей произносить ее имя! И голову мне не морочь! Если я не могу спать с тобой, значит, Всевышний не желает, чтобы я марался о такую мерзость!

Адрина отступила на шаг и ухватилась за ошейник Тайлера. Собака, встревоженная воплями Кратина, угрожающе зарычала.

- Наверное, вы правы, Кретин. Вы с вашим богом два сапога пара. Потому что он такой же слабоумный евнух, как вы.

Кратин трясущимися руками схватил со стола карту и уставился в нее.

- Возвращайтесь в свой шатер, Адрина, и заберите с собой это проклятое животное. Я приду, когда Всевышний скажет мне, что настало время для зачатия наследника, а не для удовлетворения вашей мерзкой похоти.

- Похоти? Вот уж никогда бы не подумала, что вы знаете такое слово. Да вам хоть известно, что оно означает?

- Поди вон!

- Подите вон, ваше высочество,- уточнила Адрина. Принц швырнул карту на стол.

- Вон! Возвращайтесь в свой шатер и сидите там! Убирайтесь сию же минуту! Дикарка!

Тайлер рванулся было, но Адрина крепко вцепилась в ошейник. Пес угрожающе ощерился.

- Не орите на меня! Жалкий евнух! Я принцесса Фардоннии!

- Ты грязная шлюха!- заорал Кратин.

На сей раз удержать Тайлера не удалось. Пес вырвался и кинулся на принца. Тот машинально прикрыл руками лицо. Собака прыгнула. На крик в шатер вбежала стража. Все случилось так быстро, что Адрина не успела опомниться. Тайлер повалил Кратина на стол. Охранники бросились принцу на помощь. Увидев в руке одного из них меч и поняв, что сейчас случится, Адрина с криком рванулась к собаке. Но солдаты ее опередили - послышался жалобный визг, и Тайлер распростерся на земле.

- Нет!- закричала Адрина.

- Сир, вы не пострадали?- спросил охранник, одной рукой помогая Кратину подняться - вторую прокусила собака.

- Ты убил мою собаку!- зарыдала Адрина.- Прикажите его казнить, Кретин! Он убил мою собаку!

- Твоя проклятая собака пыталась убить меня!- Принца колотило так, что он едва ворочал языком.- Да я прикажу произвести его в рыцари.

Адрина утерла слезы и, нежно поцеловав мертвого Тайлера в голову, поднялась.

- Вы заплатите за это.- Она повернулась и царственной походкой вышла из палатки.

Вернувшись к себе, Адрина тотчас же прогнала фрейлин, кликнула Тамилан и, заливаясь горькими слезами, принялась расшнуровывать корсаж. Служанка явилась незамедлительно.

- Давайте я вам помогу.- Тами бросилась на помощь. Принцесса оттолкнула ее.

- Нет, я сама! Я хочу, чтобы ты пошла к Тристану. Мы уезжаем.

Девушка изумленно посмотрела на госпожу:

- Уезжаем? Но как?

- Не знаю. Мы должны уехать, и мне наплевать на союз, на войну и на моего отца тоже. С меня хватит!

- Но ведь мы за тысячи лиг от дома, в чистом поле, на вражеской границе. Куда же вы поедете, ваше высочество?

Адрина непонимающе взглянула на служанку и повалилась на кровать. Гигантское ложе тащили на фронт несколько волов.

Адрина поволокла с собой это свидетельство своего высокого положения с одной целью - позлить Кратина.

- Я не знаю,- прошептала она, глотая слезы.- Ах, Тами, они убили Тайлера!

Рабыня обняла ее, и Адрина горько зарыдала, уткнувшись в плечо Тамилан. Она впервые переживала настоящее горе. Никогда еще ей не доводилось терять любимое существо.

- Ну все, все!- зашептала Тами.- Я знаю, это больно, но все пройдет. Время лечит.

Адрина утерла слезы и выпрямилась.

- Я больше не могу, Тамилан. Мне не нужна королевская корона. Я их всех ненавижу. Это тюрьма.

- Я понимаю, ваше высочество, но думаю, что не стоит спешить Может, это и тюрьма, но она все-таки получше, чем та, что ждет вас на другой стороне границы, или, что еще хуже, кариенская - ведь они не дадут вам убежать.

Адрина внимательно посмотрела на рабыню - сколько она себя помнила, Тамилан всегда была рядом.

- Ты всегда говоришь больше, чем положено рабыне.

- Это потому, что прежде всего я вам друг, Адрина. Губы принцессы тронула слабая улыбка.

- Друг? И в то же время рабыня?

- Раб тот, кто чувствует себя рабом, ваше высочество.- Тамилан пожала плечами.- Вот вы принцесса - а разве вы свободны? Я никогда не чувствовала себя рабыней. Просто я знала свое место.

Отослав Тамилан, Адрина улеглась в постель и задумалась о словах рабыни. Она права. Будь ты хоть сто раз принцесса, это не спасет тебя от положения марионетки или жертвы. И все кому не лень будут стараться использовать тебя. Впрочем, хватит.

Она найдет выход и впредь никогда и никому не позволит издеваться над ней.

А с Кратином, боги свидетели, она еще поквитается.

Часть вторая

ЛИНИИ ФРОНТА

Глава 21

Может, Локлон и приложил руку к бегству пресловутого медалонского преступника, но в искусстве владения холодным оружием равных ему не было это факт. И комендант Аркин назначил его наставником молодых офицеров. Поначалу Локлон расстроился оттого, что его не послали в действующие войска, но мало-помалу увлекся своим новым занятием. Целыми днями он пропадал на Арене, обучая будущих защитников тонкостям боя на мечах. Его мастерство и жуткие шрамы производили на юнцов неизгладимое впечатление, а известие о том, что наставник убил на Арене человека, просто сразило всех наповал.

Локлон безраздельно царствовал над необстрелянными мальчишками. Лишь ему было дано право решать, живота или смерти, заслуживал любой из них. И он решал. Удостоиться расположения наставника было нелегко, а получить плохую оценку на занятиях - проще простого. Дабы не навлечь на себя начальственный гнев, курсантам приходилось лебезить и заискивать. Впрочем, порой находились и недовольные - в семье не без урода. Один такой урод сейчас лежал в лазарете - нечаянная опрометчивость стоила ему правого глаза. Комендант Гиндель, воспитатель курсантов, потребовал у Локлона объяснений, но слово офицера, как всегда, оказалось весомее слов какого-то мальчишки.

Локлон ехал на коне домой в Цитадель и, вспоминая утренние события, улыбался. Конечно, курсанты надеялись, что Гиндель прогонит его взашей, но просчитались. Это им урок - у защитников офицеры всегда заступались друг за друга. В свое время Локлон с трудом, но усвоил это правило.