Итерация II - Корольков

— Мои бабушка с дедом, для неё прабабушка и прадед. Настя наследница по старшей линии, мой батя — младший сын. Понял? — несколько сумбурно пояснил Алексей.

— Блин, всё смешалось: бабушки, дедушки, братья с сёстрами, да внуки с правнуками, прям индийское кино. Нет, то, что родная кровь — видно, но как-то непривычно. Внук и правнучка, а почти ровесники.

— Бывает. А ещё бабушка Настеньке дар передала.

— Лёш, ты бы с фантастикой завязывал, а! Тут и так реальность, как в сказке…

— Молодые люди, — обернулся к друзьям Грязев, — А что такое квадрокоптер?

— Небольшой беспилотный летательный аппарат, оснащённый видеокамерой. — коротко и ёмко бросил Николай.

— То есть, летает по определённому маршруту, а плёнку проявляют после приземления? — уточнил интендант.

— Конечно же нет. Изображение сразу поступает на экран к оператору, который и управляет «квадриком». Изображение можно как приближать, так и удалять. Если «квадрик» с тепловизором, то работать можно хоть ночью, хоть в тумане. Видимость хуже, но разглядеть можно. — ответил Алексей.

— А тепловизор? — не отцеплялся военный.

— Фигня такая, реагирующая на тепло. Опытный оператор враз распознает, что перед ним: машина, животное или человек. Хорошая штука, но жутко дорогая. У наших охранников такие.

— Ага. — задумчиво сказал Грязев, — А кроме разведки, чем такая штука полезна?

— Например, можно гранату в печную трубу закинуть. Прикольно. На соревнованиях так и делали.

В этот момент очередь подошла к раздаче, и Василий с ребятами принялись заказывать блюда. Быстро заполнив поднос яствами, в поисках свободного места Грязев осмотрел зал. Искомый свободный столик нашёлся быстро, и командир двинулся к нему. Ребята тоже подхватили подносы, но направились в другую сторону, присоединившись к шумной молодёжной компании.

Как только Василий аккуратно расставил тарелки и присел за стол, к нему обратились с вопросом:

— Свободно?

Грязев поднял глаза. Перед ним стояли три охранника, державшие уставленные тарелками подносы.

— Да, садитесь.

Троица шустро расселась и молча принялась хлебать первое. Расправившись с супом, старший в команде спросил:

— ГРУ? ГБ?

— Не понял вопрос? — недовольный тем, что его оторвали от обеда, спросил Василий.

— Извините нашего друга, мы не представились. — подал голос невысокий блондин с цепким взглядом, — Невоспитанного типа зовут Александром Швецовым, уничтожителя бифштексов — Лёней Павлюченко, а меня — Василием Зайцевым. Наш неотёсанный друг хотел узнать из какого Вы ведомства: военная разведка или госбезопасность.

— ГИнтУ. Главное интендантское управление. — проскрипел Грязев.

— И как я сразу не догадался! — Зайцев притворно хлопнул себя ладошкой по лбу, — По эмблемам же видно. Перекрещенные серп с молотом — знак интенданта! Кто ещё может охранять начальника ГлавПУРа, как не тыловик.

— Вы тоже снабженцы? — удивленным голосом уточнил интендант.

— Не совсем. Работники тыла — так будет точнее. — балагурил Зайцев. — Коллега…

— Интендант второго ранга Грязев Василий Семёнович. — отчеканил командир.

— Очень приятно! Василий Семёнович, не подскажете, к кому можно обратиться за путёвками в заснеженные снега Финляндии?

— Какими такими путёвками? — оторопело переспросил начальник охраны. — Да туда и не попасть.

— Какая жалость. — протянул Зайцев, — Может замолвите словечко, вдруг какой «горящий» тур подвернётся. Мы бы с друзьями в миг собрались, давно мечтаем посетить эти края.

— Дело какое или так, поглазеть? — увидев тяжёлые взгляды соседей, Грязев понемногу начал понимать ситуацию.

— Должок за ними, закрыть бы надо.

— Большая сумма набежала?

— Немаленькая. — сурово отозвался Шевцов, — Вы бы похлопотали перед товарищем Мехлисом, время поджимает.

С сожалением посмотрев на недоеденный десерт, Грязев взял стакан с компотом, сглотнул содержимое, встал и обратился к Зайцеву:

— Где можно нормально поговорить?

Поднявшиеся с мест сотрапезники принялись убирать посуду со стола.

— Пойдёмте Василий Семёнович, провожу, — предложил Зайцев. — Ребята догонят.

Пройдя лабиринтом коридоров и лестниц, Грязев с охранниками вошли в пустое помещение.

— Товарищ Грязев, просьба к Вам, — продолжил Зайцев. — Отправьте нашу группу на фронт. — обратился с просьбой Зайцев.

— Не могу, — развёл руками интендант. — Прав таких не имею. Обращайтесь к товарищу Логинову.

— Командира конечно, попросим, уверены — «добро» будет. Но, без положительного решения местного командования на фонт не попасть. — поддержал друга Павлюченко.

— Что вас так туда тянет? Думаете, без вас не справятся? — Грязев никак не мог понять стоящих перед ним людей.

— Знаем, как справятся. Финны на днях госпиталь вырежут. Никого не пощадят, ни женщин, ни раненых. — Павлюченко привёл очередные доводы, — Историю финской ещё не читали?

Интендант отрицающе помотал головой.

— Прочтёте. Страшные там дела творятсяь, товарищ командир. Чтобы этого не случилось теперь, просим — отправьте команду на помощь. Группу подберём и снарядим, Кастыма — уговорим. Заодно и личный счёт закрыть. У Сани Швеца — бабушка ленинградка, блокадница, одна из всей семьи выжила.

У Васьки — предки родом из Карелии, — жёстко бросал слова Леонид. — Из большой семьи, одна прабабка и выжила. Остальных финны голодом уморили. В лагере.

— Ничего не понимаю! — сокрушенно развёл руками Грязев, — Как белофинны Ленинград в блокаду взяли? Откуда лагеря в Карелии, если это наша земля? Помогли англичане? Норвежцы, датчане и шведы? Допустим., хоть это и капля в море. Но ведь и Красная Армия не стоит на месте. Пусть не через месяц, так через два, возьмём эту проклятую линию Маннергейма. После финнам не устоять, хоть с помощью, хоть без.

— Товарищ интендант, Лёня малость поторопился. И блокада, и лагеря будут, но позднее. В другую, более страшную и долгую войну. — поняв, что друг совершил оплошность, вмешался в разговор Швецов, — мы понимаем, что Великую Отечественную не предотвратить, фрицы всё равно полезут. Но можно хотя бы финнов вразумить, раздолбать их так, чтобы впредь неповадно было. Глядишь, и не будут они немцам так рьяно помогать.

Понимая, что охранники многого не договаривают, не иначе как Логинов запретил, интендант решил привести ещё один довод:

— И что такого вы можете сделать втроем? На фронте воюют тысячи бойцов, полки дивизии, армии и вдруг появляются «три мушкетёра» и всё сразу изменится?

— Почему это втроём? — возразил Зайцев, — воевать готовы все наши. К тому же опыт, что немаловажно и оружие какое-никакое найдётся, плюс тактические наработки, о которых местным ещё ничего не известно. Поверьте, польза, и не малая, от нас будет. Даже в той же разведке, на которую нынешние начальники рукой махнули.

Грязев скрипнул зубами, немного подумал и ответил:

— Я доложу товарищу Мехлису. Надеюсь, возражений не будет. Ну а вы доложите Логинову. От его голоса и позиции зависит многое.

Комиссар и комбриг

В один из тёплых, майских дней 1938 года бригадный комиссар Полипов по делам службы зашёл в приемную Члена Военного Совета ЛенВО комкора Максима Петровича Магера. Из-за неплотно закрытой двери доносились громкие