О началах, истоках, достоинствах, делах рыцарских и внутренних славного народа литовского, жмудского и русского, доселе никогда никем не исследованная и не описанная, по вдохновению божьему и опыту собственному. Часть 2 - Мацей Стрыйковский

эта первая битва и была, а вместо этого написал: «Прислали – говорит – вроцлавяне и шлензаки в Краков послов своих, прося короля Казимира, дабы у них господином был, и от короля их чешского защищал. На что король Казимир дал согласие и войскам своим готовиться говорил». Таклетописец, но вопреки этому доказательней пишет Меховиус, lib. 4, саp. 60, fоl. 317, говоря: ПЛ [319v] и т.д. «Это есть в году Христовом 1459, когда король Kазимир в Ленчице жил (не в Кракове, как летописец говорит), приехали к нему в пятницу, в день св. Варфоломея совет и старший города вроцлавского, которые от своего имени и от имени намысловских граждан просили, дабы их во власть и защиту свою принять изволил». Либо в то время, когда умер Ладислав, король венгерский, и чешский Ежик или Георгий из Подебрад, Гусовой сектой будучи зараженным, начал было править в Чехии и этим дан был такой ответ, что король в войне прусской так очень завяз и затруднился, что их никоим образом принять не может. Это из Меховиуса. Длугош же об этом шире, а еще Кромер, lib. 24, fоl. 358, так говорит: ПЛ, то есть: «В конце месяца августа (а год 1459 перед этим на поля кладет) пришло к королю, в Ленчице пребывающему, от вроцлавских и намысловских мещан посольство, предлагая ему подданство городов своих», что под командованием Ежи, короля чешского, еретика, со всеми шленскими быть не хотели. Была – говорит – похвалена их набожность, и вера, но им сказано было, дабы откуда-либо из другого места охрану искали, потому что король Казимир защищать их не может, прусской войной будучи втянутым, но если бы мир с крестоносцами учинит, принять их может. [320]

Ваповский также твердит и Бельский после него, ПЛП второе и третье издание, fоl.278что им король в этой просьбе прусской отказал. Вот таклетописец литовский доказательной правдой столь солидных хронистов хромать принуждает. Напоследок то покажу, что Ежик либо Георгий Подебранский, король чешский, никогда войны ни явной, ни уколами с Казимиром не имел, но всегда перед ним укрывался.

Сперва Кромер, fоl. 357, Меховиус, fоl. 360, и Длугош пишут: «В году 1458 приехали послы от нового короля чешского Иржи[206] к Казимиру, перемирия прося и великую помощь против крестоносцев прусских и королевства чешского сукцессию после смерти своей королю и его потомкам, королевичам польским, обещая. Им был дан ответ, что король всегда дружбу с чехами сохранил, взаимно же хочет, дабы ему это взаимно от них было».

Затем, в 1460 году, не борясь между собой, заключили союз с собой через послов и должны были съехаться в Глогов для соглашения о приданном Елизаветы, королевы, жены Казимира, которая была ПЛП «законной наследницей Чехии и Венгрии».

Съехались, потом, 1462, в Глогов, где заключили союз против турок и соглашение обоюдных королевств. Длугош и Кромер, fоl. 379, lib. 24; Ваповский, 279; Меховиус, 319, lib. 4.

Потом, в году 1466, король Ежик послал войско свое на вроцлавян, которые его не хотели слушать, но гетман его, Сцибор Томашовский, моравец, из Вроцлава в Польшу вторгся, и Ченстохову, городок и монастырь, ограбил и волости окрестные спалил либо своевольно либо по приказу короля своего, Ежи который тоже боялся [320v] счастливого в то время везения Казимира над прусскими крестоносцами. А когда король Казимир через послов справедливости хотел у короля Ежика, сказал, что об этом не ведал, однако, желая весь ущерб вернуть Казимиру, в Бытоме на день св.Андрея съезд созвал. Об этом Кромер, [пишет] fоl. 387. Этого же Иржика, короля чешского, арбитром либо примиряющим брал при себе всегда Казимира, о чем Кромер [пишет], fоl. 392.

Затем, в году 1468, по его позволению, сын старший Казимира Ладислав[207], на королевство чешское против Матиаша венгерского[208] назначен был, о чем Длугош и Меховиус, также Кромер 396 fоl., с тем условием, дабы Людомилу[209] дочь Ижикову, в жены взял.

Умер потом Иржик в 1471 от опухоли ног, в ереси Гусовой, и приказал взять на королевство чешское сына старшего Казимирового Владислава, о чем Меховиус, fоl. 320, Кромер, 400, lib. 27, Длугош, Ваповский, Бонфинус, Бельский, и т.д. и хроника чешская особенно свидетельствуют, вопреки летописцам литовским, которые пишут, что от начала правления Ежи из Подебрад, король чешский, вплоть до смерти с Казимиром польским никакой битвы не имел.

А это я потому, хоть с большой трудностью, места историков как в густых пущах собирая, переписал, дабы правду хойницкой битвы показать и летописцев ПЛП «правом нежелания ошибок» убедить, дабы Литва настоящую из посторонних историй о своих поступках по порядку согласно времени мест и лиц узнала.

Крестоносцы славой об этой победы хойницкой большей, чем была на самом деле, все немецкие земли наполнили. Но король старался сразу же, дабы это их веселье недолгим было, [321] и, собрав люд служебный из Чехии, со Шленска и из Моравии, и за деньги также польские уезды двинув, замки все в Пруссии занял и некоторые города с замками, которые сдались крестоносцам, победителем взял. А потом, месяца января шляхту из уездов, зимой удрученной к домам распустил, и тогда с каждых саней утвердили двенадцать грошей давать на служебное. Сам король также в Польшу отъехал, оставив Андрея Тенчинского, кульменского, Петра Шамотульского, поморского и Яна Колду[210], чеха, нижней земли прусской староств с войском служебных солдат на своем месте против крестоносцев [стоять].

О распрях в Литве из-за Гаштолта и о смерти Олелька Владимировича, князя киевского, князей Слуцких предка

В году 1455 Ян Гаштолт, воевода виленский, поднял было других господ и шляхту литовскую на то, дабы Подолье и некоторые замки волынские у поляков силою добывали, поскольку поляки не хотели их добровольно на нескольких сеймах вернуть. А этой смелости прибавляло Литве игрушка войны прусской. Слыша об этом, король Казимир сразу же в Литву ехал, и эти распри миром своим и обещаниями усмирил и к тому привел господ литовских, дабы обоюдную мощь свою соединили с поляками против крестоносцев. Оттого сперва крутились, но потом, как летописец литовский свидетельствует, с ЯномХодкевичем, наместником витебским, великую помощь полякам, то есть восемь тысяч конных Литвы и татар послали и восемьдесят тысяч червоных [321v] злотых на служебное одолжили, как об этом будет ниже, хоть этого польские хронисты не вспоминают.

В то время в Вильне всю весну король жил, где от многих князей посторонние посольства слушал, особенно от Эчигерея, царя перекопского,