Прости меня (СИ) - Катаева Татьяна Анатольевна

В первый день тренировки изматываю себя, и всех те, кто выдержал и остался со мной до конца. Нас не много. Парни ушли первыми. Так как, в новой постановке у них не так много изменений. А вот девочки, сливались одна за другой. К восьми вечера нас осталось трое.

Тренировку смогла закончить, лишь после того, как "Волки" растворились в раздевалках. Меньше всего мне хотелось столкнуться с Горским.

Примерно через пятнадцать минут я отпустила девочек, а сама ещё посидела на стадионе. Пока курила, успела переварить в себе весь набор чувств.

От восторга.

Когда смотрела на Гордея и восхищалась его умениями и способностями. Он действительно мог бы заниматься профессиональным футболом. Его умением обходить защитников, это нечто. То, чего я даже у профессионалов не встречала. А я пересмотрела сотни матчей. Зря отец не дал ему возможности развиваться в этом виде спорта.

До разочарования.

Меня бесило собственное поведение. Те же самые собственные чувства и желания. На Гордея смотрела маленькая девочка и пускала слюни, мечтая, о том, чтоб он был её парнем. Каждый раз, видя его я, забываю обо всём. Но он тот, же парень, который толкнул меня в бассейн. Тот же парень, который начал встречаться с другой девушкой, после безумной ночи со мной. Он тот же парень, который изменял своей девушке со мной.

Ничего не изменилось. И, к сожалению, как бы я не хотела, мои чувства, не смотря на здравый смысл, к нему, не изменились. Я по-прежнему желаю его физически. Теку от мыслей о нём. И пиздец, как это больно призвать, люблю его.

Холодный душ, это то, что я ненавижу. Но сейчас, пытаюсь им охладить себя. Свои чувства и желания.

Совсем рядом, за соседней стеной, ещё полчаса назад, был он. Голый, красивый и безумно сексуальный. Такой манящий меня. И запретный. Так жаль. День рождение Гордея это единственное событие в жизни, о котором я жалею. Если бы тех событий не произошло, мы могли бы быть вместе.

После душа, ещё сушу волосы, привожу себя в порядок. Вечер в одиночку сегодня коротать не хочется. Поэтому мы с Аллой ещё на тренировке договорились сходить потанцевать в клуб.

Я даже в общагу заезжать не буду. Сменное бельё у меня есть в шкафчике. А в институт, как чувствовала, одела платье. Сегодня оно не короткое, как обычно. А наоборот. Лёгкое и длинное в пол. Сверху кожаная курточка. На ногах туфли на каблуке.

Когда полностью была готова, сложила вещи в шкафчик, захватила сумочку и вышла на улицу.

На улице ужасно темно, не спасали даже фонари. Пока шла, по телу прошёл озноб. Жутко как-то. И пусть я на территории университета, мне как-то всё равно не спокойно. И не зря. Не доходя до стоянки, стояли парочку парней. Они громко смеялись, а ещё вроде бы распивали алкоголь. Избежать столкновения с ними мне не удастся. Чтобы выйти на стоянку, куда я вызвала такси, мне придётся их пройти.

Не то, чтобы я сильно боялась. Хотя, нет, вру. Мне реально стало страшно. С моим-то везением. За последние три-четыре месяца меня дважды хотели взять силой.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, а в руку достав баллончик, я решительно двинулась вперёд. Парни заняты разговорами, даже не обращали на меня внимания. Но полностью их пройти я не успела.

Опять моё везение.

— Опа, парни, а кто это тут у нас ночью один ходит? — слышу знакомый голос.

Я вся начинаю дрожать, и лишь от этого ускоряю шаг.

— Не уж то знаменитая черри, собственной персоной? — продолжает говорить Артём Малахов.

Но почему именно он тут стоит с друзьями?

Я уже вижу вдалеке заезжающую на парковку машину такси. Шапочка на ней, кажется мне спасительным сигналом. Но дойти до такси у меня не получается. Парни догоняют за секунду, и окружают меня втроём.

— Ты, что оглохла? — уже почти впритык спрашивает меня Артём.

— Чего доебался? — отвечаю ему через чур грубо и дерзко.

Честно говоря, мозгами понимаю, что его провоцировать не стоит. И надо быть потише. Но мне так страшно, а в такие моменты я стаю не адекватной.

— А ты смотри, какая дерзкая? Мне такие, ой как нравятся, — говорит справа от меня парень.

Они все пьяные. Рука лишь сильнее сжимает баллончик. Но справляюсь ли я? Смогу с тремя сразу справиться? А если не получиться? Их трое. Трое. Если я не правильно воспользуюсь баллончиком, это будет стоять мне очень дорого.

Если они меня изнасилуют, я этого не переживу просто.

Я видела, этих парней с Малаховым. Они не играют в футбол, но на матчи часто приходят. А ещё, я видела их в клубе. Как они грязно и мерзко ведут себя с девушками.

— Отвалите, а?! Я опаздываю. За мной такси уже подъехало.

А ведь такси это реально единственное спасение. Ведь на всей стоянке, как назло ни одной души.

Я смотрю за тем, как Малахов долго не думает. Бежит к таксисту, что-то там ему говорит и тот уезжает. В эту секунду я прихожу в себя.

— Эй, стойте. Не уезжайте, — рвусь я в сторону такси, но парни легко преграждают мне дорогу.

Шапочка такси исчезает из виду, а с ней и моя уверенность в себе.

Почему вокруг меня сколько ублюдков? Почему все хотят моё тело? Это моё тело, и только я вправе решать, кому его можно трогать.

— Так что, черри, как загладишь свою вину?

— Какую ещё вину, Малахов? Ты, я смотрю, последние мозги уже пропил.

Где я беру силы, чтобы отвечать? Просто это инстинкт сохранения. Просто думаю о том, что как бы было круто, если б была в джинсах и кроссовках. Я бы уже бежала от сюда, куда ноги глядят.

— Твой парень баскетболист подпортил мне лицо. А всё из-за тебя. Я лишь хотел невинный поцелуй.

— Он мне не парень, — зачем-то, вообще не в тему, говорю я.

Точно дура. Полнейшая при чём.

— Тем более. Значит ты девушка свободная. Можешь и уделить немного времени, троим одиноким, но безумно жаждущих ласки, парням.

— Сергей мой брат. И если ты, хоть пальцем меня тронешь, он тебя закопает.

— Ты знаешь, кто мой отец? — ёрничает Артём.

— Что ж вы все папочками меряетесь? Сами ни хрена в этой жизни не добились, а жопу папой прикрываете?

— Слышь ты, — тот, что слева от меня хватает меня за локоть. — Много пиздишь.

Ну вот. Допизделась я походу. Теперь моя свобода ещё более ограничена. Ноги парализовало. Давление участилось. Только не приступ паники. Боже, молю тебя. Только не сейчас. А иначе, мне точно кранты.

Пока приступа нет, я готовлюсь к единственному шансу на спасение. Вспоминаю, как папа рассказывал, как пользоваться баллончиком. Что главное себе им не навредить. Когда брызгать нужно, задержать дыхание, и закрыть глаза.

Повторяю себе это как мантру. И мысленно веду счёт назад. Пять, четыре, три, два… Приготовься Наташа, бежать со всех ног. Один…

Я задерживаю дыхание, осматриваю парней, прицеливаясь с какой стороны начинать пшикать. И…

— Что тут происходит? — голос из-за моей спины, кажется мне сном.

Подготовка к побегу занимает около десяти секунд. За которые я успеваю перечислить указания папы, осмотреть парней, и даже помолиться Богу. Но для меня эти секунды, растянулись в долгие и бесконечные часы страха. Словно, я уже с пару часов стою перед этими подонками.

И сейчас, голос Гордея, реально кажется сном. Моей выдуманной фантазией. Галлюцинацией. Мечтой.

— Горский, шёл бы ты от сюда, — говорит Малахов.

С моей груди вырывается такой стон облегчение. Это он. Гордей там, за моей спиной. И я на миллион процентов уверена, что он меня не бросит тут. В этой темной бездне с этими демонами.

— Заберу девчонку, и пойду. Наташа иди сюда.

Я пытаюсь дёрнуться. Но тот парень, лишь сильнее сжимает мою руку. Гордей обходит меня, и вырывает руку с лап того парня. Закрывает меня своей спиной.

Если бы мне не было сейчас так страшно, я бы подумала что это самый романтический момент в моей жизни. Что о таком, я читала разве что в книгах о любви. Или же смотрела в фильмах. Но, чтоб в жизни такое? Та ещё и со мной?!

— Артём, свали с парнями по-хорошему.