Сказания Дарины. Книга первая. - Галина Маслова

Вместо резкости получилась просьба:

- Борель, верни руку на место. Нам еще тут работать и искать то, что тебе необходимо.

Он возмущенно пожевал губами, глянул на меня изподлобья, пожал плечами, но просьбу выполнил.

Я оглянулась на Михасика. Его лапа постепенно превращалась в руку. Он уже не орал, только усиленно хрипел не закрывая рта. Из глаз крупными каплями катились скупые мужские слезы, фирменная рубашка обильно смачивалась тягучей слюной, тянущейся из открытого рта Глаза неотрывно смотрели на превращение, а потом на родную, любимую руку. Он прижал ее к себе и патетически закатывая глаза, сполз на пол.

Я обернулась к Людмиле. Та неотрывно смотрела на центр стола. Видимо сильное потрясение открыло ей эфирное зрение и она увидела Бореля.

- Людмила Ивановна! Люда! - попыталась я привлечь ее внимание, махая перед лицом ладонью с растопыренными пальцами. Ноль эмоций. Даже не моргнула.

- И что будем делать, господа? - обратилась я к Борелю и Эльдару - Если так будет продолжаться еще хотя бы минут десять, наш дорогой коллектив дружным строем двинется в дурдом. Без возврата. А нам это как раз и не надо. Так что давайте что-то предпринимать. У кого какие предложения?

Присутствующие в своем большинстве пребывали в положении горизонтальном, в основном без сознания, остальные находились в глубоком шоке и не выказывали активности. Людмила не сводила глаз с Бореля.

Борель встал эфирными ногами на стол, потоптался немного, привыкая к центру тяжести эфирного тела, спрыгнул на пол и, заложив руки за спину, сказал:

- Предлагаю малый ритуал 'отрешенных'. Времени займет минут десять, а господа маги за это время отключатся, очистят свои сознания от шока, а тела от продуктов распада, и придут в себя как если бы ничего не произошло.

- Я думаю, что достаточно было бы обычного гипнотического транса, чтобы они забыли о происшедшем, - предожил Эльдар.

- Я думаю, что оставить им память надо, но так, чтобы это не повредило ни их психике, ни их здоровью. И я предлагаю технику вспышки.

Оба развернулись ко мне с немым вопросом. Пришлось объяснить.

- Это просто. Проводим мгновенный всплеск нашей тройной энергии на радиус не далее объема комнаты. Безболезненно, мгновенно, качественно. Все очухаются меньше чем за минуту. Условие одно - сделать все одновременно.

Борель почесал загривок, глянул на Люду, подошел к ней вплотную:

- А с этой что делать? У нее с перепугу эфирное зрение открылось. Да, Людочка? - Людмила закивала. - Значит еще и слышит. Да уж, забота.

- Может и пройдет постепенно. - высказала надежду я - А останется, так пусть. Все равно ей мало кто поверит...

- Ты права, Дарина - согласился со мной Борель, - этот вариант лучше. Так и сделаем. Засветимся на третьем аккорде Музыки Сфер.

Мы с Эльдаром молча кивнули и стали в треугольник, спинами друг к другу. Музыка Духа слилась в единую ноту, мягко вплетаясь в Вечный Концерт Мироздания.

Господа паранормы дружно очнулись, зашевелились: кто-то постанывал, кто-то зло шипел, потирая ушибленное место. Людмила быстро привела всех в порядок, кого подбадривая, кому помогая подняться, кому поддавая шлепком.

Вскоре порядок был восстановлен, народ расселся по местам. Людмила быстро взяла инициативу в свои руки:

- То, что сейчас с нами всеми произошло, разберем после рабочего дня. А теперь прошу по кабинетам. Вас ждут ваши клиенты и пациенты. Милого дня, господа!

Она не дала никому сказать ни слова, поступая единственно правильно. Каждый должен был обдумать происшедшее сам. Чтобы не было поспешных выводов или ненужных эмоций. Присутствующие заспешили к двери, обходя нашу тройку по широкой дуге, хотя Бореля никто так и не видел. Кроме Людмилы.

Людмила остановилась. Решительно прикрыла дверь и обернулась к нам:

- Могу я задать вам один единственный вопрос?

- Да, конечно, - согласилась я.

Остальные промолчали.

- Дарина, кто этот прозрачный мужчина?

- Высший Маг, потерявший свое физическое тело из-за происков врагов - юморок у меня сегодня однако...

- А разве такое бывает?

Видно было как она усиленно пытается понять мои слова, но поверить сказанному не может.

Ну, это ее личные проблемы.

- Как видишь, бывают.. - я криво усмехнулась и вышла.

Людмила хлопала жидкими ресницами нам вслед. Проплывая мимо нее, Борель заговорчески подмигнул начальнице.

Людмила.

- Зря ты так про мага и кудесника. Видишь что из этого получилось? - укорил меня Эльдар.

Я закрыла за ним дверь кабинета на ключ, прихлопнув ею важно проплывающего за нами эфирного Бореля по заду. Тот ойкнул и рванулся на безопасное расстояние - в уголок под иконы, зло зыркнув в мою сторону. Видимо эфирный двойник двери оказался ничуть не мягче, чем у нормального физического дерева для нас.

Я проигнорировала его, развернулась лицом к Эльдару.

- Эльдар, давай договоримся так: если я что-то говорю о тебе или вообще на любую тему в обществе, значит так надо. Так, а не иначе. Если я говорю при всех, что ты маг и кудесник, то это так и есть. Тем более, что это правда. В сравнении с теми, кто здесь работает, ты великий маг, великий волшебник и великий кудесник. Уж поверь. Если ты хочешь работать здесь, то они должны принять тебя как равного. Каждый из них считает себя великим магом, не менее великим целителем или еще более великим кудесником. И каждый свято верит в это. Им это придает сил и смысла жизни. И пусть так остается.

Он смотрел на меня с возрастающим недоверием, я села в кресло и продолжила, сделав жест последовать моему примеру. Эльдар сел напротив.

- Эль, люди не хотят знать правду ни о себе, ни о мире. Они не готовы к правде. Им нужна сказка. И тем, кто работает в этом центре, и во многих подобных центрах, и тем, кто приходит к ним за помощью, и тем, кто не приходит. Они правы, когда называют себя ясновидящими. Они действительно ясно видят каждый свою сказку. А те, кто работает здесь, умеют еще и угадать сказку тех, кто ищет помощи. Скоро ты сам в этом убедишься.

Борель уселся на эфирный двойник стоящего под стеной стула:

- Неужели ничего так и не изменилось с тех пор, как я был физическим человеком?

Ответа не требовалось. Борель смотрел на противоположную стену. Вернее, сквозь нее.

Стена была прозрачной, как легкое марево. Сквозь него было видно соседний кабинет.

В соседнем кабинете находились трое: Людмила - великая целительница с громким именем, и семейная пара - невысокий щуплый мужчина и худая, изможденная болезнью женщина с уже заострившимися чертами лица. Лихорадочный блеск ее глаз, желтовато-серая кожа и темно-коричневая аура говорили о подселении какой-то сущности, которая пыталась завладеть ее телом и уже прочно обосновалась в нем.