Инферно - Бьянка Скардони

хотя, наверное, они просто пускали пыль в глаза, когда на самом деле с самого начала прекрасно знали, где находятся Трейс и моя мать, — ведь сами заклинательницы и привели их на Ангельский Пик.

Никки покачала головой.

— Для этого мне нужна их кровь или волос.

— Твою мать, — ни того, ни другого у нас не было. — И как, блин, мы их найдём? — я переводила взгляд между Домиником и Никки в надежде, что у кого-нибудь появится идея. — Они могут быть где угодно!

В любом уголке планеты.

— Начнём с очевидных вариантов, а дальше сузим поле поиска, — предложил Доминик.

— На это уйдут недели, если не месяцы. У нас нет времени на бесплодные попытки.

— Тогда что ты предлагаешь, ангел?

— Не знаю, но нам нужен план получше. Может, здесь мог бы помочь провидец? Или есть ещё какое-нибудь заклинание, которое просто не приходит нам на ум? — я посмотрела на Никки в ожидании подтверждения. Она казалась погружённой в собственные мысли… Возможно, вспоминала свои постельные игрища с дьяволом. — Никки?

— Думаю, я знаю, где они сейчас, — внезапно произнесла она. Её аквамариновые глаза сверкнули точно драгоценные камни, способные одним взглядом и подавить волю, и уничтожить на месте.

— Где?! — одновременно воскликнули мы с Домиником.

— В доме Трейса.

— Это было бы слишком просто, тебе не кажется? — усомнился Доминик.

— Поверьте, они там. Я уверена.

— Почему ты так думаешь? — мне было интересно, как она пришла к такому выводу.

— Он был категорически против, чтобы мы пошли к нему. Тогда я не обратила на это внимания, но теперь я подозреваю, что дело было именно в этом, — она многозначительно подняла брови.

Это несколько притянуто за уши, но сейчас это наша единственная зацепка.

— Я попрошу Бена проследить за домом завтра, — сказала я, готовая действовать. Меня не радовала идея вовлекать больше людей во всё это, но речь идёт о Трейсе, а Бен — его лучший друг. Он обязательно захочет нам помочь. — Если он подтвердит, что они там, сколько времени тебе понадобится, чтобы подготовить заклинание?

— Нужно раздобыть пару ингредиентов, — поднимаясь с дивана, ответила она. — Но завтра всё будет сделано.

— Сейчас же собери всё, что нужно, — я не хотела терять время, распинаясь. — Это наш единственный шанс. Облажаемся — они нас засекут и сделают всё, чтобы мы к ним близко не подошли больше.

Зуб даю.

— Да-да, уже иду, — она расправила свои тёмные джинсы и направилась к двери. Почти у выхода она оглянулась через плечо: — За меня не беспокойся. Лучше подготовь эту свою армию.

О, она даже не представляет, что моя армия из одного-единственного человека была готова с того самого момента, как те стервы вселили демона-босса в тело Трейса, и ждёт не дождётся расправы над ними.

— Я позвоню по номеру твоего любовничка, когда всё будет готово, — добавила она и покинула номер, хлопнув за собой дверью.

Я закатила глаза.

Как бы меня ни бесила необходимость сотрудничать с Никки, я рада, что она согласилась нам помочь. И под «нами» я имею в виду Трейса. Понятно, что она делает это только ради него, но это абсолютно на руку мне.

Мой взгляд скользнул по комнате и остановился на Доминике. Он прислонился к перилам балкона, засунув руки в карманы, и смотрел на меня с нечитаемым выражением в глазах. Наверное, гадал, как я умудрилась втянуть его в эпицентр войны, которая не имела к нему никакого отношения, и теперь пытается придумать, как бы выпутаться из этой истории.

Что ж, я упрощу ему задачу.

— Ты всё ещё можешь отказаться участвовать в этом, — сказала я, подходя к нему. Хочу, чтобы он знал, что он мне ничего не должен. Особенно помогать мне спасти бойфренда от Люцифера — самого дьявола, чёрт возьми. Никто в здравом уме не стал бы требовать такое. — Я не буду тебя винить.

— Знаю, что не будешь, — он наклонил голову вбок, изучая мои черты, тогда как его собственное лицо оставалось пустой маской, не выдававшей никаких эмоций.

Я обхватила себя руками — то ли из-за прохлады моросящего дождика, то ли из-за пристального взгляда Доминика.

— Это значит нет?

— Именно, — он улыбнулся по-кошачьи.

Это за гранью моего понимания, как ему удаётся оставаться таким спокойным и собранным, когда столько всего на кону. Он явно не осознаёт всей серьёзности ситуации. Не понимает, что это вопрос жизни и смерти для всех нас, включая его.

— Ты же понимаешь, что завтрашний день может обернуться катастрофой? — спросила я и прикусила щёку изнутри.

— Да, я это прекрасно понимаю, ангел.

— Ты уверен? — я шагнула ближе к нему. — Потому что ты кажешься слишком спокойным, учитывая, что завтра может стать последним днём твоего существования.

— Я прожил хорошую жизнь, — один уголок его губ приподнялся в фирменной ухмылке Доминика. — Если всё равно помирать, то завтрашний день ничем не хуже любого другого.

— Не смешно.

Его улыбка испарилась.

— Я могу о себе позаботиться, ангел. Не переживай за меня.

— Ага, легко сказать, — пробормотала я.

Его брови сошлись на переносице, стоило моему комментарию повиснуть в воздухе между нами, как компромат из ящика с грязным бельём. Сама не понимаю, почему я продолжаю признаваться даже в самых мимолётных своих мыслях и чувствах к нему. Словно я и шагу не могу ступить, не сказав всё прямо.

— Ты беспокоишься за меня? — его медовый голос прозвучал тихо, но проникновенно.

Вот как он может спрашивать меня о таком?

— Ты же знаешь, что да, — неловко переминаясь с ноги на ногу, я попыталась быстро сменить тему. — Надо вернуться внутрь. Дождь начинается.

Доминик не шевельнулся. Вместо этого он продолжал смотреть на меня, сведя брови вместе.

Воздух вокруг потяжелел, словно некая магическая сила подталкивала нас друг к другу — к краю пропасти, к которому я бы не рискнула подойти. Надо тормозить.

— Слушай, в этом нет ничего такого. Я просто не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь