Тринадцатые Звездные войны - Нивен Ларри

— Лейни. Это наверное Лейни,— сказал Джей Худ.— Она смогла пробраться туда.

— Элен Матсон?

— Да. Ты можешь себе представить, что она на «Планке»?

— У нее великолепное чувство времени. Ты знаешь, что случится, если она включит двигатель?

— О, боже? Что нам делать?

— Продолжать лететь,— ответил Парлетт.—Теперь нам терять нечего. Мы должны прорваться через все это и нам остается только надеяться, что мисс Матсон узнает вовремя о победе колонистов.

— Снова полицейские кары,— скзаал Харри Кейн.— Справа и слева.

Полли снова тронула рычаг. Корабль качнулся в другую сторону и начал подниматься.

Полли не рискнула наклонять корабль еще больше. Ведь корабль мог упасть, а это не входило в ее планы.

Дверь за ней постепенно раскалялась и уже стала красной. Полли обернулась и оскалила зубы. Затем она снова повернулась к панели. Все рычаги и ручки стояли в нужных положениях. «Планк» медленно двигался все время влево и, описав дугу, должен был наскочить на «Артура Кларка». И тогда он будет бить «Кларка» раз за разом, пока он не взорвется.

Однако, она уже не видела, что красное пятно на двери стало белым и затем прогорело насквозь.

Корабль подскочил на три фута, и Мэт сильно ударился головой о стену. Когда он взглянул вверх, то увидел, что старая металлическая переборка не выдержала и лопнула. Теперь Мэт смотрел прямо в кабинет Кастро!

Он не мог думать, не мог двигаться. Все вокруг него обратилось в кошмар, все стало иррационально. «Магия! — подумал он.— Снова магия!»

Больница ходила ходуном, как в страшном сне. Уши у Мэта заложило и вокруг него воцарилась мертвая сверхъестественная тишина. Корабль удалялся...

В шлеме вдруг кончился воздух. Мэт стал задыхаться. Он непослушными пальцами отстегнул ремни, сбросил шлем и набрал полную грудь воздуха. И тут он вспомнил о газе.

Однако газа не было. Воздух был чистым, но горячим, врывающимся сквозь многочисленые трещины. Мэт судорожно глотал воздух, перед глазами его крутились разноцветные круги.

Корабль поднимался вверх и спускался вниз, как на волнах. Мэт постарался не обращать внимания на это, но одно он не мог проигнорировать: корабль поднимался вверх и невозможно было сказать, какой высоты он достиг. Только огни больницы внизу превратились в сверкающую точку на фоне всеобщей тьмы. Он поднимался вверх, а комната, где находился Мэт, была негерметична. Мэт был без шлема.

Болтанка прекратилась. Мэт попытался снова перебраться на лестницу, хотя это было и трудно, так как тесный костюм мешал его движениям. Однако Мэту удалось спуститься вниз. Двигатель на спине затруднял передвижение Мэта. Но только спустившись вниз Мэт подумал о двигателе.

Если работают двигатели «Планка», то почему бы не работать двигателям на космическом костюме?

Он посмотрел на панель управления, смонтированную на шлеме, и тронул две кнопки. Что-то взорвалось у него за спиной.

Интересно, на какой высоте он сейчас находится?

На панели управления он обнаружил всего один рычаг. Видимо, он управляет своими двигателями.

Интересно, на какой высоте находится корабль?

Мэт сделал глубокий вдох и вылетел в дыру в стене. Вокруг него сомкнулась тьма и Мэт инстинктивно схватился за рычаг. Но тот уже был передвинут на максимальное расстояние. Мэт вдруг понял, что двигатель в ранце был предназначен для использования в открытом космосе, а в гравитационном поле планеты он не может удержать вес человека.

Осторожно, чтобы не помешать людям со сварочными аппаратами, майор Янсен заглянул в отверстие в двери, которая вела в комнату с пультом управления.

Чтобы прорезать дверь они подтащили под дверь платформу, с которой могли работать два человека. Майор просунулся в отверстие, заглянул в комнату и увидел черные волосы над креслом и смуглую тонкую руку на панели управления.

Иезус Пьетро, стоящий внизу, крикнул:

— Вы долго будуте копаться?

— Сейчас,— сказал человек со сварочным аппаратом.— Одну секунду, если только она не заварила петли.

— Ты знаешь, что сейчас происходит? — спросил шеф.— Я знаю.

Майор Янсен посмотрел на него удивленно. Шеф говорил что-то странное. И выглядит он как старый больной человек. Казалось, что он не может взять себя в руки. «Он уже готов к отставке,— подумал с участием майор Янсен,— если вы переживете это...»

— Я знаю,— повторил Иезус Пьетро и кивнул сам себе.

Майор Янсен отвернулся. Сейчас не время заниматься сантиментами.

— Она заварила петли двери,— сказал один из полицейских.

— Сколько времени потребуется, чтобы их разрезать?

— Минуты три, если резать с двух сторон.

Корабль продолжал подниматься, двигаясь на подушке огня.

В лесу возле больницы вспыхнул пожар. Вскоре он весь был охвачен пламенем, на которое не обращали внимания кары, которые кружились в небе.

«Планк» уже вылетел за пределы охраняемой площади вокруг больницы и летел над жилым районом. В домах, конечно, никто не спал, так как в этом грохоте невозможно было уснуть. Некоторые оставались в домах, другие выбегали на улицу, но в жилых домах остались только те, кто успел укрыться в подвалах. Горящие дома обозначали путь «Планка» в небе.

— Все готово, сэр,— вряд ли эти слова были необходимы. Полицейские уже откинули горячую дверь в сторону. Майор Янсен вошел в комнату й стал спускаться по лестнице, ощущая смерть своей спиной.

Вскоре он уже стоял у панели управления и искал глазами рычаг или ручку, с помощью которой можно было изменить курс полета. И тут взгляд его упал на лобовое стекло. То, что он увидел, заставило застыть его в ужасе. Охваченная огнем земля, взрывающиеся дома, приближающийся край утесов — а за ним бездна...

— Конец близок,— сказал Иезус Пьетро из-за его спины. В голосе его уже не было ни удивления, ни страха.

Майор Янсен вскрикнул и спрятал лицо в ладони.

Иезус Пьетро протиснулся мимо него и сел в кресло. Его решение основывалось на одной логике. Если майор не нашел нужной ручки управления, значит он не туда смотрел. К тому же девушка-колонистка сидела в этом кресле, возле этой панели. Пьетро взялся за одну из ручек и повернул ее.

Корабль замедлил полет.

Хотя и более медленно, но он двигался к краю пропасти, перевалив через него.

Пьетро откинулся в кресло и смотрел. У него было ощущение человека, спускающегося в лифте. Он видел, как мелькают черные тени утесов, все быстрее и быстрее.

И вот уже звезды исчезли с черного неба. Корабль начал нагреваться. Снаружи было темно и жарко. Старые стены корабля дрожали от напряжения. Они начали трескаться по мере того, как росло давление.

Иезус Пьетро смотрел и ждал.

Ждал Мэтью Келлера.

В полусне он отчаянно боролся, стараясь проснуться, чтобы избежать ужасов сна. Боже, какие кошмары!

Затем он ощутил на себе чьи-то пальцы.

Боль! Он попытался шевельнуться, чтобы уйти от нее, но это ему вряд ли удалось. Холодная рука коснулась его лба, и голос...— Лейни? — сказал:

— Лежи спокойно, Мэт.

Он вспомнил это, когда очнулся в следующий раз. На этот раз он просыпался медленно, сновидения и призраки неохотно покидали его. И снова он подумал: какие кошмары! Но образы вокруг него становились все более четкими, слишком четкими для сновидений, и...

Его правая рука и вся правая часть тела были онемевшими, как кусок мороженой свинины. Та же часть тела, что сохранила способность чувствовать, ужасно болела. Снова он попытался уйти от боли, и снова ему не удалось это. Он открыл глаза и увидел вокруг себя людей.

Харри Кейн, миссис Хэнкок, Лейни и несколько других, кого он не знал, стояли вокруг его странной постели. Одна была большая женщина с красными руками, в белом халате, чем-то похожая на поселенку. Мэту она сразу не понравилась. Он видел такие халаты в банке органов.