Первородный. Цена магии - Евгений Валерьевич Решетов

Больше ничего интересного в тексте не было. Сплошная вода. Аж чуть не захлебнулся.

— Что же это получается? — лихорадочно пробормотал я, уставившись задумчивым взглядом в стену, оклеенную светло-зелёными обоями. — На зеркале в ресторации было написано Абсалон, и в моей книге есть текст про Абсалона. Совпадение? Не думаю. Видимо, я-то и написал в уборной слово Абсалон. Зачем? Это подсказка? Но что она должна означать? Вот прочитал я об этом Абсалоне, а дальше что?

Мой мозг запыхтел и заскрежетал, вспоминая события последних дней. Он сопоставлял факты и подгонял события одно к другому, но не пришёл ни к какому однозначному выводу. Мне только пришло на ум то, что подсказка про Абсалона — это некий намёк на странный дар, появившийся у меня. Мол, у него такие же способности, как у вампиров.

— Хм, наверное, стоит попробовать разбудить в себе ещё что-то вампирское… — задумчиво прошептал я, потирая подбородок двумя пальцами. — Хотя нет. Сперва нужно перерыть все книги и тетради. Вдруг в них есть ещё какие-то подсказки?

Я энергично вскочил со стула, и тот упал с деревянным стуком, вторящем раскатам грома и мерному тиканью настенных часов. Я не стал поднимать стул, а принялся лихорадочно просматривать одну книгу за другой, тетрадку за тетрадкой, а потом пролистал «Легенды о вампирах».

Однако где-то через час-другой я всё-таки поднял стул и обессиленно уселся на него, так и не найдя никаких подсказок.

— Твою ети! — разочарованно скрипнул я зубами, судорожно смахнув со лба капельки пота.

Попыхтев минут пять, я успокоился и вернулся к своей предыдущей идее пробудить в себе какие-то ещё вампирские умения. В разделе про Абсалона как раз упоминались способности, присущие, как кровососам, так и некоторым магам.

К примеру, одним из таких умений являлось «кошачье зрение», дающее возможность видеть во мраке. Оно мне было знакомо ещё по книге «Большой перечень задекларированных магических способностей». Вот я и принялся нащупывать подобные умения, погрузившись в некую медитацию.

Минута потянулась за минутой. И вскоре миновал целый час, затем другой. А я добился лишь того, что отсидел задницу и покрылся липким потом. Одно сплошное разочарование. Пришлось прерваться и открыть окно, чтобы слегка проветриться.

Дождь к этому времени, слава богу, закончился, но прохладный ветерок остался. Он лизнул мою разгорячённую кожу, чем весьма взбодрил и вернул ясность мысли.

— Итак, эксперимент окончился провалом. Повод ли это забрасывать подобные мероприятия? — задумчиво прошептал я и посмотрел на мокрого, нахохлившегося голубя, сидящего на жестяном карнизе.

Он глянул на меня и двинулся по карнизу, кивая при каждом шаге.

— Нет, я с тобой не соглашусь. Наверное, всё-таки эксперименты стоит продолжить, — пробормотал я и хмуро добавил, вспомнив вештицу: — Лишь бы я не пробудил в себе что-то плохое, кровожадное…

Монстр из переулка принял меня чуть ли не за своего, даже предложил присоединиться к его кровавому пиру, словно что-то такое родственное увидел во мне. И я до сих пор не знаю, что именно он разглядел.

Да и то неведомое горелое чудовище из «Заводного Ивана». Может, и оно тоже что-то эдакое разглядело во мне потому-то и ушло?

Я безрадостно вздохнул и взял со стола раскрытую книгу про вампиров. Надо вернуть её на полку.

Но тут мой взор упал на порядком стёршиеся буквы, красующиеся внизу форзаца. Это были инициалы и фамилия, выведенные чьей-то твёрдой рукой.

— Казанцев Г. С., — прочитал я, вскинув брови. — Это ещё кто такой? Книга принадлежит ему? Или принадлежала? Надо будет спросить о нем у Шмидта.

Пока же я вернул книгу на место и продолжил уборку, включив небольшое радио, обосновавшееся на письменном столе.

Глубокий, красивый голос диктора начал выплёскивать на меня криминальные новости:

— … Сошедший с ума, так называемый «грязный маг» устроил настоящую бойню в магазине «Тысяча и одна мелочь». Он буквально разорвал на мелкие клочки супружескую пару, лудильщика и кассиршу…

— Мелочей в магазине стало больше, — отстранённо произнёс я, найдя под шкафом веник. — Господи, что за чёрная шутка? Место мне в Аду, если я не исправлюсь.

Впредь я решил не комментировать новости, поэтому дальше слушал диктора молча. А он сообщил ещё о парочке преступлений. В обоих случаях полиция накрыла торговцев «паленкой», то бишь «грязной синькой». Продавцы отправились на скамью подсудимых. А вот места изготовления «паленки» так и не удалось установить.

На этом голос диктора сменила реклама конторы барона Орлова, предлагающая самые дешёвые билеты на дирижабли, чтобы народ летал по всему миру.

После рекламы из радио понеслась ненавязчивая музыка, которой вторил идущий из распахнутого окна шум капель, срывающихся с крыш. Свои нотки вносил и почти затихший гром. Он, злобно ворча, поспешно удалялся на север.

Я же, занимаясь уборкой, вспомнил о Маргарите, спасённой мной от похотливых лап фон Брауна.

— Может, телефонировать ей? — прошептал я, заправляя кровать. — Но на кой шут? Она мне не помощница. И о грядущей дуэли ей лучше не знать. Однако телефонировать ей всё же хочется, и не только телефонировать…

Надо признать, что у меня гормоны чуть ли не из ушей хлынули, стоило мне представить соблазнительные изгибы её тела. Было бы совсем неплохо получить от неё то, чего так жаждал гад фон Браун, только по доброй воле.

— Да, надо ей телефонировать. Авось, что-то получится.

Приняв такое решение, я закончил уборку, довольным взором оглядел преобразившуюся комнату и покинул её.

Переговорная находилась на первом этаже. Я сегодня мельком видел нарисованный на двери телефон и табличку. Посему мои ноги и понесли меня туда.

Быстро преодолев лестницу, я оказался в холле, глянул на крысообразную вахтёршу и нырнул в переговорную. Внутри обнаружились кабинки с чёрными телефонными аппаратами, висящими на стене. Две кабинки оказались уже заняты обитателями общежития, так что я вошёл в последнюю, третью.

Закрыв за собой дверь, взял трубку и услышал усталый голос телефонистки:

— С кем вас соединить?

— Сударыня, будьте добры, соедините меня с доходным домом Петрова.