Наследники - Марина Акимова

открывая вид на кружащихся в танце студентов старших курсов: девушки в ярких платьях, парни в строгих костюмах.

Переливающийся яркий свет, поддерживаемый сознающими-магами, кружил под потолком, раздваивался, подчиняясь такту музыки и вновь соединяясь в центре делился на более мелкие, создавая эффект вспышек.

По обе стороны зала нервно ходили вперед-назад те, кто еще ни разу не танцевал, а только искали себе подходящего партнера. В углу на возвышении сидел оркестр, играя ритмичную мелодию, что тут же заставляла тело пускаться в пляс и одновременно нервничать, перед первым публичным появлением перед главами кланов.

У дальней стены расположились члены Совета академии, внимательно наблюдающие за всем происходящим, директриса Кифания Кой во всем черном и строгом костюме сверлила всех взглядом, недовольно раздувая ноздри, если что-то шло не так как она себе представляла. Например, не все танцевали и показывали веселье на своих лицах. Те, кто ловил ее пристальный и суровый взгляд сразу же сливались с толпой делая вид, что весьма увлечены событием. Тут же был и представитель Министерства сознающих, что жил в ближайшем городе Шоар, низкорослый гуль Кану Нубар.

Все как на подбор, наигранно улыбались, Нубар и Кой обменивались, как они думали, колкими фразочками, мотив которых понимают только они сами. Соблюдая этикет и поддерживая правила академии, все были в черных мантиях, отличающиеся покроем и цветовой гаммой нити на окантовке.

— Ты довольна? — спросил Даррен, беря Яэль под руку. Она молча остановилась у большого зеркала в коридоре, внимательно рассматривала свое отражение и платье: приталенное нежно-персикового цвета. Ее волосы были аккуратно сплетены из десятков косичек и собраны на макушке в причудливую форму. — Ты похожа на пирожное из кондитерской тетушки Ведьмы, — с улыбкой добавил парень, видя, как она волнуется, поправляя каждую прядь, легкими движениями рук, думая, что оно недостаточно хорошо на ней «сидит». Услышав Даррена — посмотрела, собирая брови у переносицы, тут же нахмурилась.

— Может хотя бы на стройный эклерчик? — Яэль понимая, что он пытается ее отвлечь, и старается сделать так, чтобы она не думала о предстоящем. — Не обижай мою фигуру.

— Не в коем случае, она шикарна, — играя бровями, показал, что он действительно так думает.

Даррен считал, что подобная процедура в виде наигранного праздника, фальшивого бала, только вредит сознающим; некие, пробившиеся к власти оценивают и решают судьбы других сознающих. Сильных, возможно в будущем их же конкурентов.

Парень поправил галстук и одарил девушку широкой и доброй улыбкой, легко кивая в знак общего дела, выставляя вперёд локоть, для ее собственной уверенности и комфорта. Не решаясь взять Даррена под руку, девушка замерла.

— Послушай, — уверенно начал он, смотря прямо в глаза Яэль, — ты самый сильный студент и умный профессор всей этой чертовой академии. — девушка тяжело вздохнула, закрыла глаза, качая головой, не веря в его слова. — Яэль? — позвал Даррен, заставляя ее открыть глаза, — Яэль Илсия — сильнейший сознающий своего клана. Ты боишься их? Кой, что известна своими законами и монографиями, которых сжечь давно пора. Маор, что никак не перестанет играть в главу академии, зная, что никто ему не подчиняется. Более того он знает, что для сознающих он никто. Только имя на бумаге.

— Там глава Министерства… — не успела договорить Яэль.

— Кану Нубар? Глупый низкого происхождения коротышка, что не обладает никакой власти, — пренебрежительно фыркнул, — он подчиняется другим, — Даррен положил руку на талию Яэль, чуть подталкивая ее сделать шаг и снова повернутся к зеркалу. — Все они, должны подчиняться тебе, лебезить и уговаривать остаться. Стать главой академии. Следующие семь лет станут расцветом во главе которого будешь стоять ты.

— Кой этого не допустит, — парировала Яэль, отражению Даррена в зеркале.

— Кой никто не спросит, — он мягко провел ладонью по ее щеке, заправил локон, не прекращая широко улыбаться. — Пойдем, и покажем им, как нужно веселиться!

* * *

— Ну и обстановка, — Ноа не сдержался от высказываний под пристальным взглядом директрисы, — это не бал, а скорее цирк.

Он внимательно наблюдал за тем как пары двигались: легко и непринужденно. Расхаживая вдоль стены устремил взгляд на Маора, по спине вдруг пробежали мурашки, когда они встретились взглядом.

«Он оценивает нас», — заметил парень, поправляя пиджак. Отвернулся ища свою спутницу, что на один танец решила его покинуть.

Музыка стихла. Все друг другу поклонились, соблюдая древние традиции, похлопали в ладоши и отправились в разные стороны, кто куда, давая себе и другим отдохнуть.

Ноа одарил Лилу улыбкой и кивком:

— Прекрасный танец, — подтвердил он словами.

Девушка светилась от счастья; ее щеки пылали румянцем, улыбка не сходила с лица. Она покрутилась вокруг себя, показывая свое роскошное красное платье с пышной юбкой и узорчатым верхом.

Заиграл триумфальный звук, под который раскрылись высокие и толстые двери. Все, кто находился внутри зала разошлись и выстроились в шеренгу создавая коридор, ведущий к директрисе Кифании Кой, Маору Оскуро и Кану Нубару.

— Вот и они, — шепнул Ноа внимательно смотря на двери. — С этого самого момента, они перестанут быть для нас друзьями, наставниками или соседями по комнате. Они наследники. Элита элиты, — выделил Ноа. — Те, на кого весной возложат ответственность за всех сознающих нашего города.

Первые сознающие выпускники уже появились, — Тимэйн и Лэйна, брат и сестра, близнецы, что носят с крошечного возраста красный галстук. На девушке было платье, вышитое золотом, а на брате, черно-золотой костюм, что сливались с их русыми волосами, выделяя черные глаза.

— Ифриты, — подтвердила Лила, восхищенными глазами смотря на первых претендентов.

— Самые сильные и самые опасные. Одно дуновение ветерка и тебя не станет.

— Они же просто исполняют желания…

Ноа чуть хихикнул, не веря, что это говорила Лила.

— Берегись своих желаний и никогда не спрашивай о них у других, — Лила только кивнула.

— Если Ифриты такие опасные, почему они могут стать частью правления или даже получить место в Министерстве?

— Законы сознающих. Мы все имеем право, если получаем выдающиеся навыки при рождении и поддерживаем их успехами в академии. Все должно быть во благо нашего мира.

— Почему ты не с ними?

— Ты совсем меня не слушала, — с укором произнес Ноа. — Вспомни ту часть про рождение.

— Никто не знает, кто твоя мать, но отец…он же…про него все знаю.

— Да! — Ноа напрягся, обдумывая ответ, — Надеюсь во мне больше от матери, каким бы сознающим она ни была.

— А если она человек? — парень в ответ чуть улыбнулся.

— Возможно, тогда моя жизнь станет легче.

С новой силой заиграл следующий сигнал, приглашающий войти другую пару. Все захлопали, приветствуя Даррена и Яэль. Кто-то даже подвывал от восторга.

— Яэль пользуется любовь у студентов, —