Глаз тигра - Уилбур Смит

– Ловлю вас на слове, – сказала она, и я был изумлен своей собственной реакцией на ее пожатие и не знал, что ответить. В горле у меня пересохло, а сердце забилось так, будто я пробежал целую милю. Она потихоньку высвободила руку и встала.

– Давайте помоем посуду.

Представляю, чтобы осталось от моей репутации, если бы девушки Сент-Мери увидели, как мистер Харри вытирает тарелки!

Мы прошли в магазин через заднюю дверь, выходившую на небольшой закрытый двор, уставленный какими-то странными предметами, имеющими то или иное отношение к подводным исследованиям – здесь были разбросанные кислородные баллоны, портативный компрессор, медные иллюминаторы и прочая дребедень, поднятая во время спасательных работ, даже челюсть кита-убийцы с совершенно неповрежденными зубами.

– Я давно не была здесь, – извинилась Шерри, открывая заднюю дверь магазины. – Без Джимми… – она пожала плечами и лишь затем продолжала. – Думаю, мне следовало бы отказаться от аренды.

– Я посмотрю все хорошенько, о’кей?

– Прекрасно, а я пока поставлю чайник.

Я начал со двора, быстро, но тщательно изучив все, что там было свалено. Однако я не смог обнаружить ничего, что бы имело хоть отдаленное отношение к моим поискам. Я прошел в магазин и принялся перебирать раковины и акульи зубы, которыми были уставлены полки витрины. Наконец, в углу я обнаружил письменный стол и начал копаться в ящиках. Шерри принесла мне чашку чая присела на край стола. Я сидел, перебирая старые квитанции, резиновые колечки и скрепки, и читал каждый клочок.

– Ничего? – спросила Шерри.

– Ничего, – подтвердил я, и взглянув на часы сказал: – Время ленча.

Она замкнула магазин, и мы направились в английский ресторан. Нашли скрытый от посторонних глаз столик в дальнем углу, я заказал омаров и бутылку французского вина. Стоимость заказа повергла меня в шок, но когда я пришел в себя, мы долго смеялись, и не только благодаря вину. Нам было хорошо вдвоем и чувство росло с каждой минутой. После ленча мы поехали назад в «Морской Вид», и поднялись в комнату Джимми.

– Здесь мы непременно должны что-нибудь найти.

– Если он хранил секреты, то только здесь. – Но я знал, что мне предстоит долгая работа. В комнате хранились сотни книг и кипы журналов, главным образом о подводных исследованиях – «Трезубец», «Ныряльщик», «Американский аргонавт». У задней спинки кровати была полка, уставленная папками.

– Я оставляю все в твоем распоряжении, – сказала Шерри и ушла.

Я снял содержимое одной из полок и уселся за стол, чтобы просмотреть публикации. Мне тут же стало ясно, что задача окажется трудней, чем я предполагал. Джимми был из тех людей, что читают с карандашом в руке. Поля пестрели заметками, комментариями, вопросительными и восклицательными знаками, а все, что его заинтересовало, было тщательно подчеркнуто. Я упорно читал, пытаясь найти хоть что-либо, пусть отдаленно, но связанное с Сент-Мери.

Примерно в восемь часов я приступил к полке с папками. Первые оказались набитыми газетными вырезками о кораблекрушениях и других морских происшествиях. Третья папка никак не была помечена – просто черная обложка из искусственной кожи. Я достал тонкие листы бумаги и сразу же понял, что нашел нечто стоящее. Это была пачка писем, вместе с конвертами, на которых еще сохранились марки. Всего их было шестнадцать, адресованных господам Паркеру и Уилтону на Фенчерч-стрит. Все письма были написаны разными людьми, но их роднила одинаковая элегантность почерка прошлого столетия. Конверты были отправлены со всех концов прежней Империи – из Канады, Южной Африки, Индии и уже одни марки прошлого века делали их бесценными.

Когда я прочел первые два письма, мне стало ясно, что господа Паркер и Уилтон были доверенными лицами многих влиятельных клиентов, находившихся на службе у королевы Виктории. Письма содержали распоряжения, касающиеся поместий, банковских счетов и страховых взносов. Все письма были отправлены в период между августом 1857 и июлем 1858 годов и, видимо, были приобретены одной партией на каком-нибудь аукционе или в антикварном магазине. Я быстро их просмотрел, но их содержание показалось мне скучным. Однако, что-то на страничке десятого письма привлекло мое внимание, и я чуть было не подпрыгнул. Два слова оказались подчеркнуты карандашом, а на полях почерком Джимми Норта было написано примечание: Б.МУЗ.Е6914/8/. Однако меня привлекли именно подчеркнутые слова – «Свет Зари».

Я уже слышал их раньше. Я не был уверен, когда, но они многое значили. Я принялся бегло читать верхние строчки. Адрес отправителя был краток – Бомбей, а ниже дата – 16-ое сентября 1857 г.

Мой дорогой Уилтон!

Вверяю вам на сохранность пять мест багажа, отправленных на мое имя по вашему лондонскому адресу на борту судна «Свет Зари», принадлежащего почтенной компании. Оно покинет этот порт до 25-го числа сего месяца и прибудет на причал компании в лондонском порту. Любезно прошу вас сообщить мне о благополучном прибытии груза.

Искренне ваш —

Доставлено благодаря согласию командующего фрегатом Ее Величества «Пантера».

Бумага шуршала, и я понял, что это мои руки дрожат от волнения. Теперь я знал, в чем дело. Это был ключ. Я осторожно положил письмо на поверхность стола и, чтобы его разгладить, прижал сверху серебряным ножом для бумаги.

Потом я перечитал его еще раз, очень медленно, но посторонний шум привлек мое внимание. По переулку к воротам подъехал автомобиль. Фары сверкнули прямо в окно, а затем свет скользнул за угол. Я сел прямо и прислушался. Шум мотора затих, затем я услышал, как захлопнулись двери машины.

Несколько мгновений было тихо, прежде чем до меня донеслись мужские голоса. Я медленно поднялся из-за стола. Внезапно раздался крик Шерри. Он эхом отозвался по всему дому и пронзил меня, подобно копью. Во мне внезапно проснулся первобытный инстинкт самосохранения, и я в мгновение ока сбежал вниз, в прихожую.

Дверь в кухню была открыта, и я на секунду замер в проходе. Рядом с Шерри стояли двое мужчин. Тот, что постарше и крепче сложением, был одет в бежевое пальто верблюжьей шерсти и твидовое кепи. У него было сероватое, с крупными морщинами лицо и глубоко посаженные глаза, а губы – тонкие и бесцветные. Он вывернул левую руку Шерри за спину и держал ее, прижав к стене возле газовой плиты. Второй был помоложе, худой и бледный, с непокрытой головой. Длинные, соломенного цвета волосы спадали на воротник его кожаной куртки. Он ухмылялся, держа правую руку Шерри над голубым пламенем газовой горелки, и медленно опускал ее все ниже. Она отчаянно сопротивлялась, но они крепко держали ее. От борьбы волосы рассыпались у нее по плечам.