Судьба сирены (СИ) - Девин Тайна

– Мы тебя одну не отпустим, – твердо сказала Румина. Вздернув острый подбородок и, убрав руку подруги, постучала. Услышав “войдите”, распахнула дверь, и первой вошла. Следом шагнула Камила, держа Аманеллу за руку. Войдя, они стали рядом, мощной стеной, готовые отразить любые неприятности, ожидающие их.

– Румина, Камила, я приглашал только Аманеллу, – поднимаясь навстречу девушкам, проговорил увиус, внимательно всматриваясь в широко распахнутые зеленые глаза.

– Мы не уйдем, – твердо сказала сирена. Весь ее вид выражал такую решимость, что, казалось, если их постараются вытолкать из кабинета, девушки тут же применят свои знания и дары на практике. Увиус одобрительно усмехнулся и кивнул.

– Хорошо. Думаю, вы имеете право находиться здесь, ведь речь пойдет о вашей подруге.

– И это так у вас учат уважению? – скривилась высокая, красивая женщина. Она была удивительно похожа на Аманеллу, только старше. Но если у дочери был ясный, открытый взгляд, то у матери был холодный, отравляющий, что делало ее черты резкими, лишенными одухотворенности.

– Дермонд имеет всеми уважаемые академии, и пользуется славой всех миров, как лучший для обучения. – гордо приподняв голову, произнес Увиус. Мужчина вновь приобрел какую-то горделивую посадку головы, весь его облик взывал к уважению, и никто не мог противиться в этот момент его авторитету, как бы внутри него кошки не скребли.

Женщина поджала губы, и в следующий миг, театрально распахнув руки, воскликнула:

– Аманелла, дочь, подойди, обними маму.

Девушка не шелохнулась. Она так и не смогла простить мать за то, что ее чуть было не выдали замуж за старика в возрасте двенадцати лет. Играть на публику или лгать ей не хотелось.

– Зачем ты приехала? – холодно спросила девушка, которая уже успела взять себя в руки, чувствуя поддержку подруг.

– Что значит зачем я приехала? Это так тебя тут воспитали? – завела свою пластинку женщина.

Аманелла только руку подняла, останавливая дальнейшие оскорбления.

– Не начинай. Я уважаю место, в котором меня приняли, и никому не позволю оскорблять его. – твердо сказала она.

Пожав плечами, женщина даже слушать не стала дочь, очередной раз рассматривая кабинет ректора. Для главы Дермонда слишком простеньким, по ее меркам, он был.

– Не будем обсуждать семейные вопросы при посторонних. Мы приехали за тобой.

В этот момент Аманелла заметила отца. Гордо сидящий, не проронивший ни слова, ни от того, что ему сказать было нечего, а от того, что не считал нужным что-то говорить, он сидел с отстраненным видом. Его холодность могла поспорить с холодностью матери.

– За мной? – усмехнулась Аманелла. – А то, что я сбежала вам ни о чем не сказало? Я не желаю возвращаться в тот мир. Мой дом теперь здесь.

– А тебя никто и не спрашивает, – поднялся отец, и впервые за все это время взглянул на дочь. – Ты едешь с нами и точка.

– Нет, – выкрикнула горячо Аманелла. – Вы не имеете права.

– Права? Мы твои родители и имеем все права на тебя. Если ты забыла, то тебя ожидает жених.

– Что?! – воскликнула Румина, которая помнила рассказы подруги о том, как ее хотели выдать замуж за старика. – Если он еще не умер, то должен был превратиться в мумию.

Отец Аманеллы смерил девушку ледяным взглядом, не удостоив ответом. Вместо него ответила его жена:

– Не важно сколько ему лет, он богат и знатен. Наша семья займет высокое положение при дворе.

– Вот и выходите за него замуж, – предложила Румина.

– Аманелла, скажи своим знакомым, чтоб не вмешивались в чужие дела. Решение принято. Собирайся.

– Я не поеду, – твердо произнесла зеленоглазая красавица, боковым зрением отмечая, как подруги подались вперед, защищая ее своими телами.

– Ты столь же упряма, как и в детстве, – фыркнула мать.

– И, как и в детстве, отказываюсь выйти замуж за того, кого вы выбрали мне.

Увиус до этого момента не вмешивался в разговор, следя за всем со стороны, но при этом ожидая момента, когда стоит вмешаться и защитить любимую девушку. Сейчас он шагнул вперед и, смерив незваную пару холодным и высокомерным взглядом, проговорил:

– Похоже, все дело только в богатстве и статусности жениха. Что ж, должен вас заверить, что ваша дочь сделала гораздо более выгодный выбор, чем ваш.

– Что?! – непонимающе хлопая ресницами воскликнула женщина

– Вы не ослышались. Аманелла и я помолвлены, и собираемся пожениться. А вы должны знать, что я являюсь не только ректором магической академии, но и главой мира Дермонд. Неплохая партия. Правда? – мужчина подмигнул Аманелле, и получил ясный взгляд, наполненный благодарности и нежности.

– Но нам это не подходит! – воскликнула женщина, вновь переходя на визгливые нотки. – Это вы тут глава. Нам-то что с того? В нашем мире это не будет иметь ни малейшей ценности, никак не поможет продвинуться во дворе.

– Ааа, так вы даже не думаете о счастье дочери? Куда важнее вы сами и ваш статус, – Увиус презрительно засмеялся.

– Ну хватит! – отрезал отец Аманеллы. – Не вам нас судить. Со своими детьми делайте что хотите, а мы сами решим судьбу своей дочери. Она принадлежит нам по праву.

– Принадлежит? – одновременно воскликнули Румина и Камила, переглянулись, и сирена продолжила уже одна. – По-вашему Аманелла вещь? Нет! Она свободное существо, которое имеет полное право самой выбирать свой путь.

– Ах-ах-ах, это все слова, – женщина возвела глаза к потолку, а затем передернула все еще изящными плечами. – Права на нашей стороне, и мы забираем Аманеллу.

Не проронив больше ни слова, мать твердым шагом направилась к дочери, и попыталась взять ее за руку, но теперь уже перед Аманеллой стояли не только Румина и Камила, но и Увиус. Темные глаза ректора полыхнули. Мужчина сейчас был настроен решительно. Смерив женщину взглядом, произнес:

– Вы забываетесь, мадам. Вы тут только гости, и не имеете права на что-либо или кого-либо. Мне стоит напоминать об этом? Эти девушки под моей личной защитой, и, если не желаете оценить все преимущества дермондовского образования на собственной коже, будьте любезны вести себя подобающе гостям.

Женщина, опешив, приоткрыла рот. Подобным образом с ней не говорил даже муж. “Да, с этим мужчиной шутки плохи, если его разозлить”. – все это молниеносно пронеслось в ее голове, и она пошла на попятную, решив не накалять обстановку.

– Ну что вы. Вы нас не так поняли. Мы хотим провести несколько дней в Дермонде, и пообщаться с дочерью, которую не видели много лет.

– Это другой разговор, – отступая в сторону, проговорил Увиус, и посмотрел на Аманеллу. Она стояла, поджав губы, словно размышляла о чем-то. Кивнув ректору, произнесла, обращаясь к родителям:

– Следуйте за мной. – и не оборачиваясь, пошла к двери. Родители на миг опешили, но потом отправились медленно за дочерью, чтоб хоть этим показать свой авторитет.

Аманелла привела их в комнату отдыха студентов. Не сказав ни слова, указала на мягкие диваны.

– Это твоя комната? – поинтересовалась мать.

– Нет. Мы не настолько близки, чтоб я ее вам показывала.

– Аманелла, я не понимаю, – начала выходить из себя женщина, – почему ты ведешь себя с нами подобным образом? Мы всегда желали тебе счастья.

– Счастья? – горько рассмеялась студентка. – Это того, когда меня ребенком хотели продать? Или это уже про ваш новый визит, и очередную попытку избавиться от меня?

– Мы твои родители, и именно мы решаем, какую жизнь ты будешь проживать. – жестко сказал отец.

– Ну уж нет. – твердо ответила девушка. – Мой уход из дома все вам должен был объяснить. Вы всегда думали только о себе, о своем счастье. Неужели у вас хоть раз не возникло даже мысли – буду ли я счастлива в браке со стариком?

– Ну, конечно, будешь. Он богат, знатен. Для тебя будут открыты все двери. – с жаром проговорила мать.

Аманелла посмотрела на говорившую женщину, в ее глазах не было и тени любви к дочери, только полыхало алчное пламя. Девушке неожиданно стало горько и противно, что именно эти люди являются ее родителями. Она подняла руку, призывая к молчанию.