История одной кошки - Юлия Романовна Бочарова

Придя в спальню, мужчина положил меня на кровать и стал быстро раздеваться.

Я растерянно на него посмотрела не в силах ничего произнести. По щекам заструились слезы, и я тотчас же отвернулась.

Маг вздохнул и сел рядом со мной.

— Я не смогу тебя забыть и разлюбить. Мало того, я этого не хочу. Но я уверен, что мы найдем способ спасти малыша, вместе. Просто поверь мне.

Присаживаясь рядом с ним, стерла слезы со щек и тихо произнесла:

— Даже если мы спасем Лея, это ничего не изменить. Точнее, все станет еще хуже. Мой брак залог мира, Дениэр. Ты должен понимать, что значит жизнь одного в противовес сотням тысяч.

— Ты повзрослела, - его голос стал грустным. - Я уже понял, что не смогу удержать тебя. Ты всегда была свободолюбивой дикой кошкой, которая гуляет сама по себе. А если бы и смог, то ты бы возненавидела меня потом. - Его теплая ладонь легла на мою щеку. - Боги! Как же я не хочу отпускать тебя!

— Дениэр, - я взяла его ладой в свою, - пообещай мне, что ты начнешь новую жизнь.

Желтые глаза наполнила смертная тоска.

— Как и ты?

— Да, - я улыбнулась. - Я так хочу, чтобы ты был счастлив. Ты ведь постараешься, постараешься ради меня?

— Постараюсь, - через долгую минуту произносит мужчина, притягивая меня к себе.

Еще целую ночь и утро мы были вместе, а потом расстались, расстались навсегда.

Часть 5.

Обязательства, боль и любовь

1

 Моя мать связалась с правителем Алькора; король Тимлок пообещал отпустить пленников после того, как я прибуду в столицу - Зарэс.

Три дня приготовлений и сборов приданого, нудные лекции советника и матери на тему моих взаимоотношений с будущим мужем и подданными. Мне объяснялись и показывались любые мелочи, которые будут жизненно необходимы в чуждой среде. Да и я пыталась занять себя всем, чем только можно, лишь бы не оставаться один на один с собой, ведь кости брошены, и хода назад нет.

Плохо только, что я так ничего и не узнала о своем избраннике. Все у кого бы я ни спрашивала, говорили лишь одно - он достойный правитель своей страны. Больше, к сожалению, ничего. Даже братец отмалчивался, когда речь заходила о моей предстоящей женитьбе, будто это страшная тайна и мой будущий муж какой-то, то ли призрак, то ли, вселяющий страх во все живое, воин. Поэтому, когда все сборы были закончены и все слова сказаны - меня начало колотить мелкой дрожью. Подсознательно, ранее, я отрешилась от происходящего, думая только о спасении Геера и ребенка, но в конце, садясь на ездового ящера, осознала, что былой жизни пришел конец и как раньше уже не будет. Закончились веселые будни в Ранаре, другой мир и любимый - остались позади, а впереди ждала неизвестность и жизнь с нелюбимым.

Оставляя после себя лишь руины, смогу ли я начать новую жизнь?

2

 Между Самирой и Алькором не существовало прямых магических сообщений, поэтому наш путь лежал в знакомую мне уже крепость Салуэ.

Пройдя сквозь магический портал и выехав на площадь, я печально вздохнула, окруженная десятками воинов. Наир ехал рядом со мной, периодически кидая на меня обеспокоенные взгляды. Пытаясь его подбодрить, всякий раз улыбалась и говорила, что все будет хорошо. Ведь я знала, что брат винит себя из-за похищения Лея и Геера. Винит и не может себя простить. Что меня очень беспокоило. Ведь за то немногое время, что он рядом со мной, я по-настоящему поняла, что значит иметь семью.

Наир был очень добр ко мне, по-отечески корил за мои проступки, баловал, всякий раз, когда приезжал в Ранар, шутил и устраивал всевозможные соревнования, в которых я с завидной регулярностью проигрывала. Он был моим братом, настоящим. Готовым, ради своей маленькой сестренки, на все. Однако сейчас, когда мы больше никогда не увидимся, я чувствовала его гнетущую боль. Принц переживал и будто вынашивал в себе какой-то самоубийственный план моего спасения. Из-за чего мое сердце сжималось от боли, ведь я знала, что выхода нет и быть не может. Но, тем не менее, с каждым днем мне становилось все неспокойнее.

Остановившись в крепости, в отведенных мне покоях, я сразу же свалилась на постель и задремала. Все силы съедало давящее напряжение. А мысли я уже и не пыталась привести в порядок, и они беспорядочно метались по моей голове.

Ночью я проснулась от какого-то шума. Сонно протерла глаза, встала с кровати и заглянула в соседнюю комнату, из которой и доносился гул.

Оглядев небольшое помещение, и ничего не заменив, я уже собиралась уходить, но меня сзади кто-то схватил, и в следующий миг, я потеряла сознание, свалившись в руки похитителя.

Хорошо же меня магией шандарахнуло, с толком. Поскольку пробуждение было не из лучших и я довольно долго проспала. В довершение, мне связали руки и ноги, в рот запихнули кляп. И это еще не учитывая того, что мы ехали на огромном арди, и постоянная тряска мешала мне устроиться поудобнее.

Шатер, установленный на ящере, был не очень большим, да и похититель оказался всего лишь один. Хотя это меня и возмутило. Никакого уважения!

С грехом пополам усевшись, я стала со злостью рассматривать широкую спину эльера. Почувствовав мой взгляд, мужчина обернулся, окатил меня пренебрежительным взглядом и отвел глаза.

Крайняя степень злости соседствовала с истерикой. И коллапса было не избежать.

Сколько я еще должна вытерпеть, чтобы подержать своего сына на руках? Сколько я еще должна сделать и преодолеть? Зачем было меня похищать? Кому это нужно?! Я ведь и так заложница сложившейся ситуации и единственное, что еще хочу, так это поскорее спасти своего сына и Геера.

И хотя слезы в тот момент не текли из моих глаз, сердце разрывалось на части, обрекая меня на жуткие муки.

— Веди себя хорошо, женщина, а то никогда не увидишь своего сына.

Меня будто холодной водой окатило. Ледяные слова, произнесенные с долей ненависти, отняли последние остатки здравого смысла.

С невероятной силой я разорвала веревки на руках и ногах, а потом накинулась на мужчину и мы с ним свалились с арди, кубарем покатившись по песку. Злость затмила разум, но после непродолжительной борьбы, ко мне вернулась осмысленность и я с