Попаданка за пять монет (СИ) - Миленина Лидия

Ага… нет его, видите ли! Только две женщины, явно числящие себя близкими ему особами.

Мне стало противно… Вот уж никогда не хотела участвовать в таком фарсе! Но поставить на место эту девку я просто обязана!

Мне, видите ли, нельзя в кабинет ректора. А она, спрашивает, что здесь прохлаждается?! Стерва белобокая!

— Было, знаешь ли, — едко ответила она вдруг. — Некая Гауринья из Монтербастура — где только такие имена дают! — молила декана Стихийников поставить ей зачет, потому что якобы была беременна от ректора! Но, поверь, ее быстро вывели на чистую воду, даже не доводя дело до его милости. Девица его даже ни разу в жизни не встречала лично, как показала проверка! А ты, значит, решила пойти сразу к нему? Твой номер не сработает, не надейся! От наглости личико-то не треснет?

— Не треснет, оно у меня крепкое… — наигранно-лениво ответила я. — А если бы у меня была подобная новость, то я сообщила бы ее мужу наедине, дома, а не в его кабинете. Потому что я действительно его жена. А вот ты кто?

— Наш ректор не женат! — рявкнула девка. — Я его секретарь! Я бы знала! Убирайся, пока я не позвала охрану! — девица, сердито цокая каблуками, подошла к двери и распахнула ее, явно приглашая меня покинуть помещение.

Ааа… все понятно, подумала я, игнорируя ее «вежливое» приглашение.

Секретарша.

Вернее, скорее «секретутка». Секретарша-любовница.

Как удобно, муженек! Не сходя с рабочего места, значит! Ну, конечно, ты ведь такой занятой… У тебя вечно времени нет. Ты даже и женишься впопыхах…

Очень удобно держать секретаршу с большим декольте, ну и это… Ну вы меня поняли.

…И ничего не сказала ей про свою женитьбу… Деканам факультетов сказал. А ей — нет. Значит, планировал продолжать интимные отношения с белобрысой эльфийкой (или кто она там, явно не гоблин!).

Кстати, девица не столь уж виновата, вдруг подумалось мне… Ведь ей и в голову не приходит, что перед ней — действительно жена босса.

Даже любовницей быть не нужно, чтобы отнестись с подозрением к наглой студентке, заявившейся в рабочий кабинет твоего босса. К которому на прием (по словам Кощея) запись на два месяца вперед.

Так что девица-то на самом деле не столь уж и виновата.

Виноват Гадор. Который поставил нас в совершенно идиотское положение!

— Подождите, пожалуйста, позвольте кое-что спросить лично у вас? — вежливо сказала я девице, и смена тона явно заставила ее удивиться. Она растерянно захлопнула дверь обратно.

— Что?! — снова скрестила руки на груди и буравила меня сердитым взглядом.

— Вот вы его секретарь. Я, извините, правда, попаданка — как вы верно заметили. Всех нюансов не знаю. Но мне подумалось, ведь секретарь ректора, вероятно, должен быть магом?

— Разумеется. У меня прекрасный уровень! — разозлилась девица в ответ на мою вежливость.

И небрежно изобразила в воздухе какие-то магические вензеля.

Ничего, стервочка белобрысенькая, сейчас ты поймешь, к чему я это!

— Прекрасно, очень впечатляет. Тогда, скажите пожалуйста, как, будучи магом, вы не заметили, что ваш босс…

— Мой кто? — изумилась девица.

— Ну шеф, начальник… Ректор, в общем. Как не заметили, что он женился, когда увидели его сегодня утром? Это ведь видно по энергетике.

— Он дракон, на нем обычные метки видно плохо… — растерялась секретарша и поглядела на меня с сомнением.

Ага, правильной дорогой я иду, товарищи!

— Ну хорошо, а что я замужем, вы видь видите? Я человек.

Секретарша, простите не знаю ее имени-отчества, внимательно оглядела меня.

— Да, действительно, — сквозь зубы произнесла она. — Но твоим мужем может быть кто угодно!

— Правильно, — кивнула я. — Но, представьте себе, как разгневается магистр Гадор, если я говорю правду, а вы меня выгнали и столь невежливо со мной беседовали? А я уж постараюсь описать все в красках — вы сами меня на это спровоцировали.

Несколько мгновений она буравила меня своими фиолетовыми (интересный такой оттенок!) глазками, а потом вдруг растерянно, как маленькая девочка произнесла:

— Так что, правда, что ли?.. У меня больше и надежды-то нет?.. Да-а?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Плюхнулась на стул, закрыла лицо руками и… заревела.

«Надежды выйти за Гадора нет, что ли?» — подумала я. Ох, милая, все же не очень часто боссы женятся на секретаршах. Вернее, женятся в основном в женской литературе, столь вредной для девичьего мозга, по словам Симона. А дядя Симон знает толк в извраще… в женской психологии!

— Ну-ну… Да не плачь ты! Видишь, какой он… Не сказал тебе ничего… И меня не предупредил, что у вас отношения… — я успокаивающе погладила «бывшую стерву» по плечу. Трогать белобрысую совсем не хотелось. Но, видать, судьба у меня такая все утешать кого-то таким образом. То неприятную на ощупь Махрыню, то вот эту «красавицу»… Любовницу мужа.

— Какие отношения! Теперь мне ничего не светит! — сокрушалась она. — Он теперь не то что не женится на мне… Он даже и спать со мной не будет!

— А спал? — под шумок поинтересовалась я.

— Нет… Хлюп… А я так старалась! Раньше-то не спал, а теперь точно не будет!

— Почему? — ляпнула я.

Она, наконец, подняла лицо и принялась утирать слезы, глядя на меня с мольбой, а вовсе не с ненавистью.

— Потому что он все правила соблюдает. А законной жене изменять нельзя! — пояснила она. — Вы простите меня, ваша милость, — вот это другой разговор, подумала я. — Я ведь правда подумала, что вы его любовница или просто студентка без головы… Прошу вас, не говорите ему, как я вас встретила. А то уволит… И тогда отец меня замуж продаст! За воеводу Геракола, а у него уже пять жен было, он со всеми разводится, никого не любит… Страшный, противный. Я думала, вдруг удастся за его милость замуж выйти, тогда эта опасность исчезнет… Против дракона никто не пойдет.

— Ладно, ладно… Скажи мне лучше, как тебя зовут?

— Даймари ин саур Тан, — представилась она. — Хлюп… А вас?

— Анна Иваницкая. Не скажу, ладно. Когда Гадор вернется-то? Мне он, правда, нужен!

— Не знаю, — пожала плечами Даймари. Все еще очень грустно и как-то обиженно. — Он мне не докладывает. Даже вам, видимо, не докладывает. Никому не докладывается. Улетел куда-то по делам, но обещал вернуться… Когда-нибудь… Хлюп…

— Ну все, хватит «хлюп-хлюп». Ты мофе умеешь делать? Давай выпьем, подождем немного. Представляешь, он вернется — а ты, такая хорошая, его жене мофе поишь, как самый лучший на свете секретарь. А если не явится — я пойду.

— Мофе? Простите, ваша милость, не знаю, что за напиток или еда. Из вашего мира? Тогда вряд ли у меня есть…

— Напиток из дерева Мэй, — поправилась я.

В общем, еще полчаса мы с Даймари пили вкусный мофе с печеньем и обсуждали, какой он… насколько Гадор неправ. Что нельзя так с женщинами обращаться.

Обсудили и то, что Даймари больше не стоит пытаться завоевать Гадора, потому что он не только женат, но и вредный, властный… и вообще «гад» (хотя вслух этого не сказали, но друг друга поняли). Я засунула свою ревность подальше, а про себя хихикала, что подружилась с «почти любовницей» своего мужа.

Договорились держать связь, и вообще, чтоб если что — я к Даймари обращалась. Она, кстати, тоже когда-то Природный заканчивала, и вообще нормальная девка оказалась. Как-то даже вспомнилась бессмертная фраза Харпер Ли: «Каждый человек хороший, если его как следует понять». На нелюдей это тоже распространяется.

А Гадор так и не явился… Бестия крылатая!

— Все, больше никаких слез! — сказала я Даймари на прощание. — Мы тебе другого дракона найдем — раз уж они тебе нравятся.

— Так, а где его найдешь? Хлюп… — у секретарши на глазах опять выступили слезы. — У нас еще только профессор Дабор. А он… за деканшей ухлестывает. Тут никаких шансов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А знаешь…. — я поглядела на нее. — Есть у меня одна идея… Впрочем, обещать не буду. Если вдруг получится — скажу. Давай, держим хвост пистолетом…

— Чем держим?

— Хвост — самострелом, так понятнее? Ага, я рада…