Цена твоего прощения - Дина Сдобберг

Киру они оставили специально. Более того, сливали не только её передвижения, но и мои. И самое главное, кроме связного, они никого не знали. То есть они даже на знали, кому передают информацию.

Домой ехали молча. И дело не в том, что на базе осталось четыре трупа. Я чувствовал, что Владу есть, что мне сказать, но он ещё старается сдерживаться.- Говори, нечего нагнетать. - Знаю, что долго уговаривать не придется.- Ты доволен?- спрашивает зло, даже не глядя на меня. - Я тебе об этом говорил. Но ты отмахнулся, уверенный в себе, как я не знаю в чём. Вот тебе, твоя безопасность! А если бы её не купить попытались, а сразу убрать? И что теперь будет? Когда они поняли, что купить не получится? Ты понимаешь, что девку под удар подставил?- За языком следи! Кира не девка, не баба, телка, дырка и все прочие синонимы. Ты меня понял? - зло берёт, но больше всего от того, что друг прав. - Сам подвёл, сам и выведу. Ты не хуже меня знаешь, что она мне очень нужна. Голова её, мозги и способность видеть то, что мне пока в нос не сунут и не разъяснят, я в упор не увижу! Она для меня не просто красивая девочка, она та, кто распутывает клубок и рано или поздно, заставит убийцу отца выползти на свет. Представь её ценность для меня?- Ты видишь в ней не только ключик к собственной мести, Сабир. Себе не ври. Ты мечешься между местью и желанной женщиной. И пора уже определиться. Или одно, или другое! - спорит он со мной.- Я смогу совместить. - Отвечаю и смотрю в окно.- Когда-нибудь, ты так прогоришь на своей самоуверенности, что сам взвоешь. - Только и вздыхает друг.

Вкусный запах встречает уже в холле. Готовила, моя чернобурка. Сам себя ловлю на мысли, что привыкаю вот к этой, такой ненавязчивой, и такой правильной женской заботе.

 Запах незнакомый, опять удивит. Но дома тихо. Хотя, не удивительно в два часа ночи, наверное, спать уже пошла. Уже почти прошёл мимо комнаты, когда боковым зрением заметил ком в углу дивана.

Кире нравилась эта комната, с камином и огромными дверьми-окнами в сад. Сжалась в комочек в углу дивана, книжка на коленях... "Витязь в тигровой шкуре" Шота Руставели. Помню, я его так и не осилил.

Понимаю, что сон сморил, пока она меня дожидалась. Чего спрашивается ждала? Волновалась? Собиралась встретить и накормить? Был бы зверем, сейчас бы довольно рычал, а так просто скалюсь. Подхватываю на руки и несу в спальню, в её комнату, куда сам себе доступ закрыл, пообещав дождаться, когда сама придёт. Она встрепыхнулась, глазёнками сонными хлопает.- Сабир? Я... Там ужин...- Тихо, сам поем. А ты спи! Всё, закрывай глаза! - тихим шёпотом ей на ушко.

 Не прошло и минуты, а она уже снова посапывала у меня на плече. Забавная. Ни черта меня не боится. Впрочем, я ей всё поганое в своей жизни не показываю. Достаточно того, что она уже увидела в тот вечер, когда я её нашёл.

Вдруг подумалось, что Шасим с напарником могли её ко мне не привести, и она наглоталась бы своих таблеток. Нет, не стоит думать о дурном. Всё случилось, как случилось. И по-другому даже и быть не могло.

 Утро началось с уже привычного холодного душа и похода в зал. Благо, всего-то и надо, что на первый этаж спуститься. Случайно бросил взгляд в зеркало, когда руки нагружал. Стоит, в руках какой-то конверт, а сама смотрит и глаз не отводит. И вижу тот самый мерцающий отблеск, появившийся в глазах. Изумление и стеснение одинаково заметно на её мордахе.

Ну, по дому я голышом не расхаживаю, только в зале позволяю себе остаться в одних штанах. Буквально кожей чувствую её взгляд, скользящий по моей шее, плечам, груди. Ноздри трепещут, щеки краской залились...

Медленно опускаю гантели, замечаю, как её взгляд как приклеенный движется за моей рукой, разгибаюсь и резко дергаюсь вперёд, клацая зубами.

 И почти до слёз смеюсь, потому что моя шкодная лисичка ветром уносится из зала, потеряв по дороге конверт.

У Киры сегодня выходной, пусть отдохнёт, а то первый месяц она у меня каждый день с утра и до вечера над своими балансами и прочими шифровками сидела. Тем более вчера полночи не спала, вот и решил, пусть отоспится.

За завтраком она бросает на меня взгляды, думая, что я не замечаю. Но покрывающиеся румянцем щеки её выдают. Вот и пусть весь день думает и вспоминает увиденное, не мне одному изводиться. А то так и стоит перед глазами в своей мокрой рубашке, облепившей тело.

Почти уже уехал, когда вспомнил, что так и не предупредил её, что у нас сегодня неожиданно нарисовалась поездка. В том конверте было приглашение на очередной ужин семейного формата. Вся разница заключалась в том, что на этот не приводили любовниц и эскортниц. Зато тащили дочерей, сестёр и прочий залежалый и в основном порченый товар, надеясь сбыть дураку повлиятельнее.

Попросил Влада тормознуть и вернулся в дом, телефон я Кире до сих пор не вернул, так и лежит у меня вместе с её паспортом. Странно. Минут двадцать прошло, как я ушёл, а дома тихо, и Киры не видно. Поднимаюсь на второй этаж, стараясь не выдать своего присутствия.

Из-за двери в её комнату раздается знакомая мелодия, лет так пятнадцать назад эти куклы-кошки со своим хитом выли из каждого утюга. Как хорошо, что на двери нет замка. Аккуратно открываю дверь и словно мне по затылку кувалдой херакнули.

Кира танцует. Тайком, в своей комнате, уверенная, что одна и никого нет, кто мог её увидеть, под мелодию, что передают на каком-то радио, она извивается так, что сейчас ширинка просто по шву треснет.

 Вся спинка играет, бедра выписывают восьмёрки, завлекая, приковывая взгляд к приятным огруглостям. Она резко наклоняется вниз, обхватывает свои щиколотки ладонями. И хотя она в лёгких домашних брючках, даже воображение не надо напрягать, чтобы слюной захлебнуться. Кира же продолжает, выпрямляется, так что волосы откидываются, ударяя по заднице, и разворачивается.

 Секундная пауза... Она не сразу поняла, что видит меня в своей комнате.- Ой! - резко шарахается в сторону в попытке спрятаться.