Хроники Гнипахеллира (СИ) - Паша Козельский

Когда мы ворвались в дом, там происходила оргия. Мужчины совокуплялись с мужчинами, мужчины с женщинами, а в центре зала уже собиралась большая групповуха. Глаза мои были готовы ослепнуть от засилья обнаженных тел.

— Похоже мы вовремя, — усмехнулся Кен.

Голая хозяйка лежала на мягкой перине на возвышении и наблюдала за происходящим.

— Именем ордена Спаса приказываю вам остановиться! — рявкнул великий магистр. — Ваша учение объявляется ересью!

— Уходите! — капризно поджав губки сказала Лана. Несколько плечистых молодых людей поспешно выбрались из кучи тел, и на ходу одеваясь, встали на защиту королевы.

— Слышали, что сказала мать! — бросил один из них. — Уходите!

— Лана вас обманывает! — крикнул всемастер. — Отец ее ребенка не Митра, а Луис Шеро! Вот его показания. — магистр потряс перед носом публики бумагой.

В зале поднялся ропот. Шеро тоже был здесь. Сейчас он поднимался, застегивая форму.

— Я дал эти показания под давлением! — крикнул он. — Меня заставили!

— Слышали! — раздался еще один знакомый голос. — Его заставили! — в центр комнаты выкатилось толстое пузо мэра.

— И вы тоже здесь> — попятился назад великий магистр.

— И я тоже здесь! — рявкнул мэр. — И данное жилище является собственностью города! Моего города. Или вы немедленно отсюда убираетесь, или я вызываю военных.

Дело принимало серьезный оборот. Встретить мэра и добрую половину городской администрации среди еретиков мы никак не ожидали. Глаза Ланы засветились, и она закричала нечеловеческим голосом:

— Комод привел армию инквизиторов, чтобы снова осквернить дом Митры! Убейте Комода!

— Слышите! — замахал руками Луис. — Разве могут так гореть глаза обманщицы.

— Они сияют светом Митры! — заголосила толпа.

— Вселение! — пискнул Патрик. Боевые монахи обнажили посохи.

— Хватит! — приказал мэр, пробираясь вперед. — Туран свободная страна, в которой действует свобода совести и вероисповедания! Мы вольны сами выбирать себе бога. Мы выбираем Митру!

— Долой диктатуру ордена Спаса! — закричала толпа.

— Как вы не понимаете, что антимир играет с вами! — снова взял слово великий магистр.

— Нет никакого антимира! — заорала Лана. — Все это время орден выдавал за его действия истинное божественное проявление, лишая нас истинной веры!

— Опа! — вырвалось у меня. Мы ощетинились посохами, но великий магистр махнул рукой.

— Мы уходим! — прохрипел он. — Но мы это так не оставим.

— Не советую воевать со мной в моем городе! — пригрозил мэр.

Когда я уходил, меня нагнал Шеро.

— Разогнал по-тихому, О Хара? — шепнул он. — Я надеялся, что наша диверсия в резиденции отвлечет вас, но вы все равно пришли. Карабалам-Сити больше не станет терпеть орден Спаса. Так и передай своим магистрам! — я сплюнул под ноги и ушел не оборачиваясь. Сегодня снова перевес был на его стороне, так уж устроен наш мир.

Всю обратную дорогу до резиденции великий магистр шел и костерил мэра.

— Это же надо, мэр еретик! — возмущался он. — Такого позора в Карабалам-Сити еще не было. Надо выбрать одного из его соперников и оказать максимальную поддержку. Этому городу нужна твердая рука! Рука в перчатке ордена Спаса!

Ночная смена

Ночь и весь следующий день прошли спокойно, видимо мэр решил, что мы испугались его угроз. Я прекрасно понимал и принимал решение великого магистра, если бы мы не ушли, фанатики бы ввязались в драку, и в лучшем случае нам бы пришлось положить их всех. А в худшем… в любом случае скандал на всю империю нам бы был обеспечен.

Этой ночью была моя дежурная смена по храму. Мы находились в состоянии войны со всем городом, так что безопасность следовало увеличить по максимуму. А раз я еще и ответственный за внутреннюю оборону, то мне и карты в руки. Я лично спустился в подвал и активировал электроды в стенах, после чего приказал опустить титановую стену. Воздушные пушки тоже на всякий случай пусть будут готовы. На каждую башню я расставил по дозорному.

— И не спать мне тут! — приказал я.

— Ничего себе мы закупорились, — сказал. Катай, которому выпало дежурить вместе со мной.

— Времена сейчас не спокойные, — устало усмехнулся я. — Выборы мэра на носу.

В принципе в городе было полно сочувствующих ордену людей. Можно было официально обвинить мэра в Ереси, написать в столицу, поднять восстание и устроить нашему правителю досрочное свержение. Но так не хотелось поднимать шума. Я не мог вспомнить из истории случаев, когда почти вся городская верхушка была замечена в сектантстве. Это говорило о всеобщем упадке. Ордена в том числе.

Все, кто находился в резиденции, кроме дозорных, разумеется, собрались в обсерватории. Этой ночью еще должен был состояться метеоритный поток. Конечно же в мою смену, как же иначе. По такому случаю звездочет Гуда тоже остался здесь. Я сразу предупредил, что до утра никто не выйдет. Гуда уже настроил большой телескоп, картинка с которого проецировалась на четыре настенных экрана, и мы все дружно прильнули к ним. Сначала маленькие всполохи закружились вокруг орбиты, потом они стали увеличиваться и входить в атмосферу. Часть песком осыпалась в океан, остальное сгорело, не долетев до земли. Вот и все! Всего десять минут, а разговоров то было.

— Сказал же, ничего не будет! — проворчал я.

— Но никогда еще простые метеоры не были такими крупными, — заметил Гуда.

— А потом пойдут еще крупнее, — сказал я, вспомнив рассыпающиеся на мелкие осколки остатки Оорто.

— Именно так, — подтвердил звездочет.

Гуда повернул телескоп, и на экранах появилось ядро нашей галактики, которое, по сути, являлось черной дырой. Из ядра било странное синее свечение, похожее на вчерашние спрайты.

— Это излучение появилось вчера, — сказал Гуда. — Что это, понять не удалось.

— И когда оно дойдет до нас? — спросил Аарон.

— Через пять миллионов лет.

— Успеем помереть, — усмехнулся я, а потом добавил серьезнее: — Если оно начнет разрушать галактику, то какие-нибудь обломки доберутся до нас раньше.

— Не дадут пожить спокойно! — возмутился Патрик.

— В принципе луна нас неплохо защищает, — заметил Аарон. — Но рано или поздно ее снесут.

Раздался сигнал с колокольни.

— Человек за стеной! — закричал пультовик. — Просит пустить в храм.

— В полночь? — удивился я. — Скажи, пусть утром приходит.

— Он хочет вступить в орден.

— До утра никак?

— МОСК может привести человека в любое время, — тронул меня за плечо магистр. — И мы обязаны дать ему приют.

Мы с Аароном отправились встречать потенциального нового адепта. Я вспомнил как сам после очередной ссоры с женой, которые в последнее время происходили все чаще, уволился с официальной работы, оставил свой маленький бизнес, собрал вещей по минимуму и отправился, куда глаза глядят. Самолеты, поезда, долгие пешие переходы. Я углублялся все дальше на север. Наконец ноги привели меня в Гнипахеллир. Такой же темной ночью я оказался у ворот белой