Заноза для военачальника - Татьяна Антоник

в Ваохе магии все меньше. А значит, из них постараются ее выкачать.

Благая Мира, не понимаю, что им грозит? Они станут такими же, как несчастные воины здесь?

— У нас есть время? — присел рядом с нами Аарон, ставший в отсутствие Джосселина и оборотня негласным лидером.

— Пара дней, максимум три, — как-то неоптимистично ответил глава Сопротивления.

— Надо что-то делать! — вступил сразу Грегор. — Не будем же мы сидеть? Улисса, есть еще камни? Сделаешь что-то подобное для остальных?

— Артефактов нет, — развела руками, — да и те же дни уйдут на их создание.

— Плохо, — ответил кто-то из эльфов, но я не смотрела в ту сторону, внимательно изучая лицо Севарда.

Он то хмурился, то грустил, иногда его озаряла усмешка. Заметив мой взгляд, воин пояснил:

— Прости, я, правда, виноват, должен был помочь. Но когда меня ранили, решил уходить, чтобы найти вас. Без меня все эти люди пропадут, — обвел рукой помещение, где сгрудились его соратники, кивающие в знак согласия.

— Никто тебя не винит, забудь об этом. Мы могли праздно сидеть, не зная, что друзья в опасности.

Он с силой сжал мою ладонь, словно благодаря.

— Кхм, — обозначился Ивеллиос, — может, нам выступить вместе? Среди нас маги, ведьма и дракон. Отобьемся как-нибудь. Спасем друзей.

— Не, — юркнул куда-то фамильяр, — я только почувствовал себя в относительной безопасности. Вы идите, я останусь. Приходите, когда отобьетесь. Если отобьетесь, конечно.

Скотина пушистая. Кто бросает друзей в самый плохой момент в их жизни?

— Ага, сейчас, — прочитал мои мысли кот, — он с тобой целовался, возможно, влюбился. Все самое плохое с ним уже случилось.

Определенно пару жизней мохнатого друга надо сократить. Но от осуществления яростной мести меня отвлек Севард.

— Мы не поддержим вас в этом, простите, — понурил он голову.

— Что?! — воскликнули все хором.

Неужели Сопротивление в Ваохе нам не поможет?

— Моя главная миссия — сохранить жизни людям. Если выступим все, то все погибнем. Вас тоже быстро рассекретят. Юэна и Джеймса не убьют. Им нужные сильные прислужники. Помогите выиграть войну, тогда и освободите их. Думаю, что ваш военачальник прекрасно осознавал, что с ним может произойти.

— Ты красиво говоришь, — согласился Аарон, — но неужели предлагаешь нам бросить своего друга?

— Я предлагаю завершить начатое дело, — не согласился Севард. — Если в город даже с артефактами так просто не пройти, то почему вы уверены в своей победе? Одной ярости не хватит.

Мужчины долго спорили, а я, в отличие от них, сохраняла молчание, что мне не свойственно. В конце концов, глава сопротивленцев смог убедить команду Джосселина, что такая глупая выходка ни к чему хорошему не приведет. И был прав. Если выступать необдуманно, то любая затея выйдет провальной. А воинов под его началом жалеть не будут. Все это понимали, но как же тяжело смириться с бездействием.

— Их отправят в вашу столицу? — тихо подала я голос.

— Скорее всего, оставят здесь. Везде нужны сильные руки, а у местных жрецов здесь подобных недобор.

Ох, плохо представляю, как Юэн и Джеймс покорятся местным порядкам.

Не договорившись ни о чем конкретном, наша команда разошлась. Но заснуть не смог никто. Постоянно слышались шаги, гул разговоров, скрип досок. В новом укрытии мне выделили отдельную комнату, чтобы я перестала смущать мужчин своим видом, поэтому вместо отдыха — и никому не мешая — перебирала все, что лежало в  пространственной сумке.

— Ты же не сдашься? — проурчал где-то под боком Сэлем.

— Конечно, нет, — заверила фамильяра, — просто не придумала, что делать дальше.

— Ты всегда импровизировала, — отметил тот.

Я привстала со спального места.

— Кажется, ты на что-то намекаешь? — сузила глаза, подхватывая мохнатого чудилу.

— Ну, — забрался в мысли кот, самостоятельно ставя блок от менталиста, — Севард сказал, что идти толпой — чистое самоубийство.

— Ага, — кивнула в подтверждение его слов. — Абсолютное. Да и кто проскочет? Ваохцы быстро отыщут мага.

— А если на спасение дракону отправить одну чудаковатую, безбашенную, но очень отважную ведьму?

— М-м-м, а фамильяр пойдет? Поддержит хозяйку? — тут же выгнула бровь, интересуясь его мнением.

— Не оставлять же тебя без присмотра, — вздохнул трагично друг. — Я еще подумал, что зелья невидимости у тебя навалом, можно незаметно ускользнуть.

— Ребята? — продумывала я дальнейшие действия. — Не отправятся вдогонку?

— Могут так поступить, но они же разумные, в отличие от тебя. Пока все взвесят, пока план придумают. Те самые пара дней в запасе есть.

— Да ты пушистый гений, — похвалила котика, — вот только нашу силу тут же почувствуют жрецы.

— О, говорила моя мать, любовь всем котам мозги отбивает. Тебе, видимо, тоже. Тебе куда нужно? В плен? В плен. Тебя куда отведут? К твоим? К твоим.

— Ага, только спасать уже никто не будет. Ведьмы кончились. — Опустила его на одеяло и развела руки в стороны.

— Зная тебя, предположу, что спасаться надо будет этому Мраку, — воодушевил меня фамильяр. — Но все равно нужно подготовиться. Ты пока свое барахло разбери, а я на кухне разведаю.

— Зачем? — удивилась я. — Что мы на кухне-то забыли?

— Улисса, — закатил глаза Сэлем, — ключ к успеху любого предприятия — запасы продовольствия.

Вот прожора. Но он прав. А еще радует, что сам предложил такую аферу. Мой фамильяр больше по части «отсидеться и не высовываться», а не «сжигай мосты, феячь победу».

Прислушиваясь ко всем посторонним звукам, лихорадочно вспоминала, что находится в сумке, что из этого можно использовать, а что оставить. В голове родились зачатки плана, но это совсем ростки. Придется встречать опасность лицом к лицу, но, как говорится, здоровую ведьму не угробишь и заклятием. Прорвемся.

В жизни каждой женщины наступает момент, когда уборка неизбежна. Знала бы я, сколько всего напихала в свою безразмерную котомку, действовала бы намного аккуратнее. Зелье невидимости, зелья ночного видения, эликсир, придающий бодрости, эликсир, делающий меня бесшумной. Пару поисковых артефактов и чешуйка Джосселина. По ней и найду ящера и тирана. И пусть попробует спасибо не сказать.

— Как сборы? — вломился обратно кот. — На кухне Зозо собрала тебе мешочек еды.

— Она знает? — ошалела я, а еще уточнила: — Еды мне или все же тебе?

— Она знает, — подтвердил