Шаман - Никита Гримм

такими же Темными Источниками. Они что, службу безопасности по виду Источника формируют?... Дела-а-а… И нет даже намека на поддержку в виде даже Одаренного – Неофита с Жизнью в Источнике или, на худой конец, простого санинструктора. Даже аптечек индивидуальных не вижу! Они точно гвардия рода или эта толпа тоже переродилась из моего мира еще в девяностые годы, а там состояли в одной бригаде?.. Или вы, ребятишки, нас настолько не уважаете?.. Ну-ну… Сейчас посмотрим.

Я отметил, что все неодаренные, которые были в этой толпе, держали в руках какие-то неизвестные мне пистолеты-пулеметы. Я такой модели даже в тире не видел, когда проходил курс огневой подготовки. Интересно, если я реквизирую себе одну такую машинку, Медведевы будут сильно ругаться?..

Меня охватил какой-то непонятный кураж. Прямо вот очень хотелось выйти вперед Володина, разбить кулаками морды двум Мастерам, а уже после начать говорить. Думаю, такая тактика могла бы принести свои плоды. Особенно, если бы первый из Мастеров рухнул с первым же ударом…

- Добрый день, господа! Если вы прибыли на прием, прошу пройти в регистратуру, а затем уже и в приемное отделение. У нас не принято держать гостей на пороге. – Володин, видимо, тоже решил посмеяться.

- Назовите себя, любезный. – С легкой полуулыбкой вперед этой ватаги вышел Мастер со светлым Источником.

- Простите, любезный, но сперва это предстоит сделать вам. – Вернул дежурную улыбку Володин собеседнику, — это вы пришли к нам на порог, зная хозяина этого дома. Это ваши люди прошлой ночью словно разбойники ворвались в больницу, покалечив нашего работника. И сейчас вы требуете представиться нас первыми, нарушая все законы гостеприимства.

- Княжич Волконский Алексей Петрович, третий сын князя Волконского, - Коротко кивнул Мастер со светлым Источником, - а это мой близкий друг и руководитель тех людей, что вчера обратились к вам с просьбой о помощи, и которых вы нагло избили и вышвырнули словно бродячих собак, Медведев Степан Никитич, глава дворянского рода и начальник службы безопасности нашего семейного дела.

Волконский и Медведев внешне были полными противоположностями друг друга. Если Медведев был под стать своей фамилии: высокий, явно около двух метров, с широкими плечами, с явно развитой мускулатурой, которая просматривалась сквозь белоснежную рубашку, трехдневной черной щетиной, в которой проскальзывало серебро седин, а под самой щетиной просматривался квадратный подбородок – наковальня. Короткая стрижка брюнета оставляла открытым горизонтальный шрам, начинающийся чуть выше виска и уходящий куда-то на затылок. Карие глаза смотрели на меня, не моргая, смотрели на «две тысячи ярдов». Такой взгляд впервые бывает у молодых солдат, которые прошли через серьезную схватку, где на кону стояли их жизни и жизни их товарищей, а в конце в живых оставались только они, в результате чего они получают серьезную психическую травму. Но я еще с прошлой жизни знал, что такой взгляд постепенно приобретают и в другом случае. Те, кто постоянно сражался на передовой. Тогда взгляд «на две тысяче ярдов» имеет немного другой характер. Такой отрешенный взгляд я видел у снайперов, которые долгое время отрабатывали цели… Для обладателей подобных глаз ценность человеческой жизни была полностью растоптана. Есть только цель…

Княжич Волконский, стоявший рядом с Медведевым, выглядел довольно комично на фоне его огромной фигуры. Ростом под метр семьдесят, ниже всех здесь присутствующих, он был единственным из Одаренных, кто обладал заметно выпирающим пивным животиком и сверкал поблескивающей лысой черепушкой, которую он брил явно потому что у него появилась лысина, но он старался это скрыть, хотя княжичу не было и сорока, если я правильно помнил… Гладко выбритый, с розовыми щечками, словно румяный младенец, княжич был одет в дорогую тройку темно-синюю тройку с голубой рубашкой без галстука. На прямоугольном лацкане пиджака была приколота брошь из белого золота с родовым гербом Волконских. Геральдический щит, разделенный на две половины – в левой половине на синем фоне стоял рыцарь в серебряных латах, сжимающий в руке классический одноручный клинок, а на правой стороне на желтом воне был изображен коронованный черный одноглавый орел, смотрящий на серебряного рыцаря.

- Очень приятно, Алексей Петрович, мое имя – Борис Геннадьевич Володин, временно я являюсь исполняющим обязанности главы нашей больницы, а это Волков Матвей Александрович, - Володин представил и меня, - мой личный ассистент и помощник.

Я коротко кивнул присутствующим.

- Волков… Волков… Что-то знакомое… - Задумчиво начал повторять мою фамилию княжич Волконский, театрально взявшись правой кистью за подбородок, - что-то припоминаю… Ах, да, император присвоил четырем родам титул графских… Что-ж, весьма красивый жест со стороны государя. Но все же, давайте, будем смотреть в реальность – это не равняет дворянина и князя….

- Наверное, вы часто слышите, княжич, о том, что и князья неровня боярам. – Перебил я этого идиота.

Ну, а как еще я мог поступить? Этот зарвавшийся ублюдок решил оскорблять не просто меня, а всю мою семью. На отношение ко мне любимому неизвестного идиота мне, в общем-то, глубоко плевать. Но позволить публично оскорблять весь свой род я не могу.

- Вы посмели меня перебить, Волков? – Зашипел Волконский.

- А вы посмеете с меня за это спросить, Волконский? – Не остался в долгу я.

Технически, я сейчас выше его в иерархической лестнице империи. Он – третий сын главы рода, не является наследником, и вероятность того, что он унаследует титул князя – весьма низкая. Я же, напротив, являюсь единственным наследником графского титула деда, прохожу в этом титуле во всех официальных документах. А титулы бояр, князей и графов официально стоят в одной линии, что уравнивает их между собой. Личные заслуги и привилегии не в счет. Так что сейчас, в «хорошем» тоне публичного общения, я не должен вызывать на дуэль того, кто стоит на ступень ниже меня, а вот он может вызвать меня, и тут уже будет некрасиво и неприятно попахивать трусостью, если я откажусь… Но только я не откажусь, если он решиться. Или напугать его до уср*чки?.. Пока просто побесим…

- Я не собираюсь наживать врага в лице графа Волкова, просто потому что вы не можете обуздать свой нрав, господин Волков. – Фыркнул Волконский.

- А я не собираюсь терпеть черный язык того, кто горазд лишь орать словно ворона на столбе, но даже не рискнет отстоять свои слова. Медведевы вчера хотя бы постарались сопротивляться, а не чесать языком на публику. – Продолжил я измываться.

А это уже практически открытое обвинение в трусости Волконского. Что