Запретная механика любви (СИ) - Петровичева Лариса

Дерек только руками развел.

— Почему бы нет? Джон молчит?

Ноздри Эвгара дрогнули.

— Молчит. Итан с ним работает, но говорит, что понятия не имеет, в каком участке мозга он прячет информацию. И почему при всех его знаниях ее невозможно вытянуть. Мы бы обнулили разум этого упрямца, но я уверен, что тогда его сообщники выбросят в свет все, что этот Джон им передал.

— Как сказала бы Анна, стойкость на допросе это очень человечно. Я поговорил с ней и предложил переработать арниэлей. Прописать для них новые программы, которые ограничат саморазвитие, — во взгляде Эвгара мелькнули неприятные ледяные огоньки, и Дерек добавил: — Это снова сделает их милыми куколками. Нашими игрушками, а не конкурентами.

Эвгар задумчиво посмотрел на него так, что Дерек поежился и захотел оказаться как можно дальше отсюда. Так обжора смотрит на пирог.

— Как ты думаешь, он заговорит, если ты будешь снимать с Анны кожу у него на глазах?

Это была не шутка: Дерек видел, что принц обдумывал свое предложение совершенно серьезно.

— Возможно. Вот только я не буду этого делать, — ответил он и подумал, что тогда кожу снимут с него. Принц Эвгар не из тех, кому отказывают, и кто способен принять отказ.

— Даже если я попрошу? — голос Эвгара звучал с беспечной мягкостью.

— Я не палач, ваше высочество. И я им не буду, даже если вы попросите.

Взгляд Эвгара смягчился, словно он услышал именно то, что хотел.

— Ограничение арниэлей — да. Пусть Анна над ним работает. Но как это приближает нас к базе Гейба Коннора?

— Никак, — ответил Дерек. — К базе нас приблизят переговоры. Джон уже показал, что мы ничего из него не вытянем силой, так что нужно торговаться.

Говоря об этом, Дерек прекрасно понимал, что Эвгар способен скормить его своим книгам. Ему даже показалось, что бесчисленные корешки содрогнулись и потемнели, словно предвкушали расправу.

— Переговоры с игрушками? С куклами? — переспросил Эвгар, словно хотел убедиться, что услышал именно это. — Ты в своем уме?

Дерек даже бровью не повел, хотя оставаться невозмутимым было трудно — он чувствовал неприятное напряжение, которое текло от принца.

— Джон молчит. Можно убить его и всех арниэлей — но на этот случай они наверняка запланировали акцию со своими приятелями людьми. Смерть арниэлей не спасет Хаому от взрыва и не даст нам никаких гарантий. Значит, остается торг. Я родом с севера, а там говорят, что лучше покупать, чем убивать. А пытая Джона, мы просто теряем время и создаем для арниэлей первого святого мученика.

Эвгар нервно дернул правым краем рта.

— Это безумие, но ты прав, — ответил он. — Мне лишь осталось принять твою правоту и не свихнуться. Люди идут на переговоры с куклами!

— Люди идут на переговоры с новыми людьми, — произнес Дерек. — Кажется, это наша новая реальность.

Эвгар хотел было сказать что-то, но на лестнице послышались шаги, и Дерек услышал взволнованный мужской голос:

— Ваше высочество! Арниэль!

Эвгар встрепенулся, выпрямился, дернул носом, словно собака, которая готова была рвануться за добычей. Запыхавшийся молодой человек скользнул среди книжных гор и, задыхаясь, сообщил:

— Ваше высочество… Джон А-один, он… умер.

Глава 10

— Анна, говорите со мной. Говорите, ну.

Джон лежал на металлическом столе для вскрытия. Панель грудной клетки была снята, обнажив механическое нутро, блоки управления, артефакты. А вот черепную коробку закрыли — темные волосы упали на лоб, под закрытыми глазами лежали тени, и можно было думать, что Джон уснул.

— Анна, — настойчивый голос принца Эвгара пробивался словно через толстый слой ваты. — Как это произошло?

— Вы сами видите. Выжжен главный артефакт, скорее всего, усилием воли, — услышала Анна и не сразу поняла, что сама это и сказала. Большой белый зал, похожий на прозекторскую, медленно заскользил куда-то в сторону, и Анну тотчас же подхватили под локоть. Дерек — когда Анна поняла, что он рядом, ей стало немного легче.

Она была не одна. Джона не стало, но все-таки она была не одна.

Эвгар запустил руку в волосы, потянул прядь. Анна невольно задалась вопросом: будет ли венценосный отец снисходителен к сыну после такого провала? А это был именно провал. Эвгар так и не смог получить базу Гейба Коннора, после смерти Джона информация, собранная ее отцом, начнет всплывать от других арниэлей, и это будет полный крах.

Кажется, можно было злорадствовать. Но она не могла. Сил не осталось, ни на что.

— Усилие воли, — повторил Эвгар. — Господи Боже, мы ничего от него не узнали. Что теперь с ним делать, выбросить?

— Я хотела бы похоронить его рядом с отцом, — глухо ответила Анна и поняла, что будет стоять насмерть, что разорвется на куски, но сделает то, что хочет. Что-то шевельнулось глубоко внутри, и к глазам подступили слезы.

Отца убили. Джон умер.

Эвгар провел ладонью по лбу. Дерек стоял рядом с Анной — за все время, что они провели в прозекторской, он не сказал ни слова, и она видела, что он напряжен так, словно знает что-то очень важное и держит это знание в душе.

— Усилие воли, — повторил Эвгар. — Откуда у них воля?

Он запустил руку в раскрытую грудь Джона и с усилием вырвал связку проводных каналов. Артефакт, который определял движения рук, повис на конце одного из них, закачался.

— Вот это — воля? Тряпки, пыльца и железки! — принца терзала бессильная ярость, но Анна не могла этому радоваться. — Это лишь кукла!

Самоубийство Джона потрясло принца сильнее, чем его упрямство.

— Отец создал их такими, — ответила Анна. Эвгар выпустил потроха арниэля, пнул их ногой и сжал руку так, словно хотел ударить Анну — Дерек тотчас же переместился так, чтобы закрыть ее. Интересно, станет ли он метать свои ножи? — Они самообучаются. Совершенствуются. Растут. Отец хотел именно этого. Создать идеальных существ, которые во всем превзойдут людей.

Эвгар вздохнул. Махнул своему помощнику, который застыл в дальнем углу зала безмолвной и бездвижной тенью — тот бесшумно приблизился и протянул принцу флягу. Отпив, Эвгар вздохнул и произнес:

— Так, теперь я хочу услышать, что именно вам предложили арниэли. Говорите.

Дерек вопросительно поднял бровь. Посмотрел на Анну так, словно не узнавал ее.

— Не стоит ломать комедию, я знаю, что к вам приходил этот Джейкоб, — с трудом сдерживая раздражение, сказал Эвгар. Значит, за домом установлена слежка — впрочем, это было предсказуемо. — Так о чем вы говорили? Не надо врать, что это был визит старого друга к дочери создателя.

Дерек усмехнулся. Обойдя Анну, он склонился над Джоном, раскрыл веки его правого глаза. Анна невольно вспомнила, как он орудовал ножами в доме Кастерли, и почувствовала, как шрамы, скрытые кружевными перчатками, наполнил зуд.

Неужели он и Джона хочет в свою коллекцию?

— Да, ваше высочество, Джейкоб был у меня в гостях. Он просил меня стать посредницей между арниэлями и вами, — Дерек запустил пальцы в грудь арниэля, энергично заработал внутри, словно хотел что-то вытащить, но оно убегало от него. Эвгар смотрел на Анну, склонив голову к плечу, и его глаза были наполнены неприятным металлическим блеском.

— Логично, — кивнул принц. — И чего же они хотят?

— Ничего особенного. Спокойно жить, как раньше. Быть такими же людьми, как мы, с такими же правами и обязанностями. Вы не трогаете их, а взамен они надежно сохраняют базу моего отца.

Дерек вынул руку из груди Джона, вздохнул и отошел в сторону. Анна так и не поняла, достал ли он что-то оттуда или нет. Возможно, забрал один из артефактов на память.

Теперь это не имеет значения. Джона не вернуть, он ушел навсегда, и не просто из ее жизни — из жизни своей.

— Если их пытать, то они будут молчать, — заметил Дерек. — Пример святого мученика у них уже есть.

— Да тридцать три пекла! — вспыхнул Эвгар и прибавил такой оборот, от которого к щекам Анны прилила краска. — У них есть Создатель, у них есть Дева, у них есть мученик! Вот еще религиозных войн мне тут не хватает! Прекратите, пока я не положил вас с ним рядом!