Игра на грани - Мирослава Кащей

– Ярита, прошу меня простить, я позволил себе лишне, – уняв эмоции, холодно сказал хранитель. У нее на глазах едва заметно выступили слезы, она резко отвернулась, пытаясь их скрыть.

– Почему ты так холоден со мной? – услышал он неожиданный вопрос. Что он мог на это ответить, что все еще любит, ту, которая ушла из этого мира четыреста лет тому назад. Или, что все еще не может избавиться от воспоминаний о ней, а засыпая, видит ее лицо. Потому Десмонд сказал то, что говорил многим до нее.

– У хранителей, как и у Карателей не может быть сердца, – эту фразу он повторял себе изо дня в день, бессмертие, подаренное ею, и в самом деле оказалось тяжким бременем, которое он вынужден нести в одиночку.

– Неправда! – звонкий голос девушки разорвал тишину. – У всех есть сердце, даже у Коварного, а ты уж точно не хуже его, – воинственно сжимая кулачки, сказала Яра.

– Кто знает, но никаких отношений между нами быть не может, – сурово сказал он.

– Причина? – глядя ему в глаза спросила она, Десмонд насмешливо на нее посмотрел. – И нечего смотреть на меня как на ребенка, – взвилась Яра, глазки заблестели, слезки высохли, а кулачки воинственно сжались.

– А ты и есть ребенок, – улыбнувшись, заявил Десмонд.

– Что-то не похоже было, что несколько ыр назад вы воспринимали меня как ребенка!

– И за это я уже принес извинение.

– Ах, так! – девушка недовольно топнула ножкой. – Ну, держись Лорд Хранитель.

Выкрикнула Яра, и быстро развернувшись на каблучках, бросилась бежать прочь. Десмонд прошипел несколько довольно самокритичных фраз и последовал за девушкой, нужно было убедиться, что она добралась до школы, хотя тому, кто рискнет ее обидеть, Десмонд искренне не позавидует. И тут хранитель вспомнил о своем намеренье расспросить девушку о найденном артефакте. Вот ведь, как ловко то ушла от темы, подивился каратель и ускорив ход нагнал Яру. Схватил ее за руку, останавливая, она ринулась к нему и спрятала лицо на груди, только подрагивающие плечи свидетельствовали о рыданиях девушки, ну вот, единственное чего не доводилось делать Десмонду, так это успокаивать рыдающих барышень.

– Яра, чего ты так расстраиваешься? – спросил он, поглаживая по ее спине, от этого рыдания стали только громче, а еще и всхлипывания добавились. – Бездна, ну ты же еще совсем молода и очень красивая, на тебе любой принц с превеликим удовольствием женится, зачем тебе, такой как я.

– Не нужны мне принцы никакие, – неожиданно казала она, пытаясь успокоиться, потом резко выдохнула и как в омут с головой. – Я о твоем поцелуе только мечтала. А когда набралась храбрости, ты от меня как от чумной отскочил, что со мной не так Десс… – окончание его имени потонуло где-то во всхлипываниях, но он, вздрогнул, услышав, это имя, он запретил так называть себя всем. Встряхнул головой, подхватил девушку на руки, оглянулся в поисках лавочки, увидел такую и пошел туда, Яра доверчиво обвила его руками и прятала лицо возле его шеи. Ее теплое дыхание щекотало кожу.

Он попытался ссадить ее на скамейку, не вышло, она уцепилась как клещ, тяжко вздохнув, Десмонд оставил ее сидеть у себя на коленях.

– Рассказывай! – неожиданно потребовала она, хранитель улыбнулся, ему всегда нравилась ее непосредственность.

– Что ты хочешь услышать! – понимая, что придется расстаться с частью правды, спросил он. Яра поерзала, устраиваясь поудобнее у него на коленях. Самым нахальным образом отодвинула полу его камзола и подлезла ближе к нему, сама все больше и больше удивляясь своей наглости, а для полного счастья обхватила его руками, мало ли, вдруг опять попытается согнать. И теперь была готова слушать. Десмонд хмыкнул, наблюдая за ней.

– Как что, кто та негодяйка, которая посмела разбить тебе сердце? – потребовала девушка, с наслаждением вдыхая аромат его тела, Десмонд нахмурился, обнял малышку, чтобы она не замерзла, заодно и раздумывая над тем, что ей рассказать.

– Проклясть ее попробуешь? – с интересом спросил он, Яра обижено надула губки.

– Вот еще… – а потом он расслышал ее тихий шепот, – только глаза выцарапаю, да волосы повыдираю,– Десмонд улыбнулся, представив себе эту картину, непобедимая Катерина спасается бегством от озлобившейся Яриты, которая может превратиться в настоящее стихийное бедствие. – Так все-таки, какая она, Десмонд, и почему вы не вместе, если ты ее так любишь?

– Ты права крошка мое сердце занято, и его хозяйку зовут Катерина, – неожиданно ее имя в его устах прозвучало так тепло и ласково, что у Яры защемило сердце.

– И где она? – шепотом задала она вопрос, боясь при этом услышать ответ, ведь эта негодяйка могла быть где-то совсем рядом.

– Ушла очень давно… – ответ озадачил.

– Куда ушла? – растерянно спросила Яра, заглянув ему в глаза, а они были полны печали и затаенной боли, похоже что сама того не подозревая, она разбередила старые раны.

– Не знаю, – пожав плечами, сказал он, вид у него был безмятежный, но в душе бушевал ураган, он не мог себе простить того, что отпустил ее. Отпустил, так и не сказав самого важного. Он даже не попытался бороться за свое беловолосое счастье, хитрое, коварное и столь могущественное, что могла сравниться с богами. Он ее упустил, она осталась воспоминанием в его сердце, а печаль все еще рвала душу на части, не позволяя ее отпустить, а себя простить. Яра вдруг увидела отзвук всех его чувств в его глазах.

– Десс, – прошептала она, пытаясь согреть его, унять его боль хоть на миг.

– Она называла меня так же, – улыбнулся неожиданно мужчина, погладив Яру по волосам, – Тогда меня это раздражало, теперь даже не знаю. Так что малышка сделай правильные выводы, ты заслуживаешь того, в чьем сердце ты займешь центральное место, а не такого как я, который никогда не сможет тебя полюбить.

– Неправда, – тихо шепотом сказала она. – И когда-нибудь я тебе это докажу, только не отталкивай меня, – последние слова прозвучали подобно мольбе.

– Ох, малышка! Пусть пройдет время остынет твоя голова, ты разберешься в своих чувствах.

– Замолчи! – властно скомандовала Яра, в который раз, за этот вечер, поражаясь самой себе. – Я даже спасть не могу, потому что ты поселился в моих снах, – неожиданно призналась она, их взгляды встретились, и она неожиданно поняла, что хочет еще хоть на миг почувствовать сладкое прикосновенье его губ, как маленький доверчивый котенок, девушка потянулась к нему.

– Ну, что ж! – тихо сказал он и первым ее поцеловал, только совсем не так как прежде, это был жесткий, требовательный, напористый поцелуй, чтобы ее испугать и дать понять, что он не то, что ей нужно. Девушка вздрогнула, попыталась отстраниться, Десмонд не позволил, прижав ее к себе, а ладонями проведя по ее телу, не оставив без внимания грудь и бедра. Яра сдавленно пискнула и попыталась настойчивее вырваться, колотя его по спине.