Дюк (ЛП) - Гаджиала Джессика

— Вот почему здесь Хейлшторм, — вставил Репо, кивая головой Мине, которая отошла от стены, чтобы обратиться к нам.

— Да, у вас, ребята, в подвале есть сейф, полный оружия, забор и здание без окон. И, что ж, на этом все. Я шокирована, что до этого к вам не заходили люди. Так что мы будем работать. Наблюдение здесь, прежде всего. Так что в случае, если что-нибудь случится, вы сможете увидеть, кто это сделал. Наружное наблюдение тоже. Но это только начало.

Так оно и было.

План, который они изложили для нас, занял недели, сотни тысяч, и я, особенно с моим строительным опытом, был слишком занят, чтобы сделать что-то большее, чем просто отправить сообщение или два Пенни. И ее ответы были короткими и не описательными, заставляя меня беспокоиться о том, что она была несчастна и обижена. Но я мало что мог сделать.

Мне было приказано находиться на территории до тех пор, пока все работы не будут завершены.

Мы все были.

— Мать твою! — прорычал я, бросая свой молоток в стену в четвертый раз за это утро.

— Эй, — позвал голос Кэша, заставив меня обернуться и увидеть, что он стоит там с двумя бутылками пива. — Сделай перерыв, — сказал он, и я потянулся за своим пивом и встал на ноги. — Я знаю, что это всего лишь тяжелая работа, но это для благого дела.

— Мне плевать на тяжелую работу, — усмехнулся я, качая головой. — Я привык к этому дерьму. Просто другие материалы, к которым я привык, но та же работа.

Кэш кивнул. — Я знаю, что ты беспокоишься о своей женщине. Но мы все беспокоимся о наших женщинах. Вот почему мы это делаем. Мы не можем допустить, чтобы все они жили в Хейлшторме бесконечно. Это не жизнь для нас. Но мы не можем вернуть их сюда, пока не убедимся, что с ними ничего не случится. Так что нам просто нужно преодолеть разочарование и выполнить свою работу.

— Тебе легче, Кэш, — сказал я, качая головой. — Ло все время здесь. — И она была тут. Ло, будучи крутой, насмехалась над идеей держаться подальше, потому что это может быть небезопасно.

— Если бы они хотели меня прикончить, у них было бы достаточно времени, чтобы сделать это, пока я пила кофе с Элси на прошлой неделе. Или, когда я была на детской площадке с Алексом и Джуниором. Или, черт возьми, даже когда я шла по стоянке у продовольственного магазина, чтобы купить для тебя припасы. Никто не хочет меня убивать, поэтому я буду приходить и уходить, когда мне заблагорассудится.

И она это делала.

Так что Кэш мог видеть свою женщину сколько угодно. Она тусовалась и работала рядом с нами. Несколько ночей она спала в его постели.

Это было не то же самое.

— Рейн едва…

— Рейн и Репо были там пару раз, — добавил я. Кэш, я и Ренни были единственными, кто никогда не уходил. Кэша это устраивало, потому что он видел Ло. Ренни это устраивало, потому что он безжалостно преследовал совершенно не затронутую его очарованием Мину. Я, да, я не был счастлив.

— Все по-другому, потому что у них есть дети. А Саммер и Мейз беременны. И ты это знаешь.

Он был прав.

И я не мог винить логику в том, что их дети должны были видеть своих отцов, особенно учитывая, как их жизнь вырвалась с корнем, и они внезапно оказались в Хейлшторме. Я уверен, что это было весело в течение долгих выходных или около того, но им всем, должно быть, не терпелось вернуться домой, к своим игрушкам и собственным кроватям.

— Я знаю.

— Ло сказала, что с ней все в порядке.

— Хорошо никогда не бывает хорошо, — возразил я.

— Она уже устроилась. Я слышал, что они с Саммер хорошо ладят, и что Ло уделяла ей чертовски много времени, изучая самооборону.

— Ни хрена мне не говори о том, как она справляется с этим.

— Малкольм и еще двое парней водят ее к бабушке два раза в неделю с тех пор, как она туда поехала.

По крайней мере, это утешало.

Я знал, что она черпала много сил из крепкой старой девы.

Хорошо, что она смогла ее увидеть. Это было больше, чем я мог ей дать.

— Это хоть что-то.

— И ничто не мешает тебе написать ей или позвонить.

— Я пишу смс. Она не очень-то любит отвечать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ладно, придурок, — сказал он, одарив меня улыбкой. — Я поговорю с Рейном о том, чтобы ты пошел и встретился с ней.

С этими словами он побежал обратно по лестнице.

Час спустя, приняв холодный душ, я забрался в один из внедорожников Хейлшторма и направился к своей женщине.

Глава 17

Пенни

Меня предупреждали, что это похоже на лагерь выживальщиков.

Но я думаю, что образ, который был у меня в голове, был слишком слабым.

Хейлшторм был установлен на гигантском, расчищенном участке земли на холме, откуда открывался вид на все побережье Навесинк. К нему вела только одна дорога, и было видно, кто идет за много миль. Вокруг всего этого был гигантский забор, увенчанный колючей проволокой и, если верить указателям, электрифицированный. Когда мы подъехали, к воротам с громким лаем подбежала небольшая группа собак. Они были сторожевых пород, которых можно было обучить таким вещам, как охрана и защита своей земли: немецкие овчарки, доберманы и ротвейлеры.

— Сделай вдох. Это не так страшно, как кажется, — сказал мне пожилой, очень привлекательный мужчина по имени Малкольм.

Я бы не сказала, что это было страшно, если бы не люди, разгуливающие с оружием. Это было просто невообразимо, что-то, что вы видели в фильмах, а не в реальной жизни. Все здание было построено из сваренных вместе транспортных контейнеров разных цветов, все они соединялись в какую-то массивную конструкцию. Я думаю, он должен был быть огромным, чтобы вместить всех этих людей. В центре, казалось, была крыша, как будто внутри всех контейнеров стоял дом, но с моей стороны я не могла быть уверена.

В глубине были поля солнечных батарей и огромный сад, который все еще процветал даже в конце сезона.

Это было впечатляющее, чрезмерно крутое место.

И я буду жить тут неопределенное количество времени.

Судя по всем мужчинам и женщинам, слоняющимся вокруг в своей профессиональной одежде, с оружием и уверенными движениями, да, я так и не собиралась вписываться.

Но это не имело значения.

Что имело значение, так это то, что это сохранит меня в безопасности.

И, черт возьми, может быть, я даже кое-чему научусь, оставаясь тут.

Дом, милый дом.

Ворота скользнули в сторону, и внедорожник въехал внутрь, обогнул здание, а затем задним ходом въехал в контейнер, который открылся для нас.

— Никогда не бывает слишком безопасно, — объяснил Малкольм, пожав плечами, когда дверь закрылась, и мы оказались в полной темноте. — Пойдем. Выпрыгивай. Я покажу тебе, где находятся все женщины Приспешников.

Итак, мы подошли к другой двери и вошли в коридор из грузовых контейнеров. Примерно через две минуты у меня закружилась голова. По-видимому, внутри Хейлшторм был похож на лабиринт. Я думаю, это был умный тактический ход, но это заставляло ваше равновесие пошатнуться, если вы не знали пути. На моих сопровождающих это, конечно, совершенно не повлияло.

Затем, наконец, мы подошли к двери с вырезанным маленьким отверстием с стеклом. Но там, где обычно можно было видеть насквозь, с другой стороны была приклеена бумага, чтобы люди не могли заглянуть внутрь.

Малкольм остановился и несколько раз сильно постучал. — Дамы, у меня для вас еще одно дополнение.

Послышалось шарканье, и, к его чести, Малкольм не открыл дверь, а терпеливо ждал, пока ее откроют изнутри.

— Пенни! — сказала хорошенькая беременная женщина с рыжими волосами и милой россыпью веснушек, полностью открывая дверь. — Мы ждали тебя. Я Саммер. Я жена Рейна, — сказала она, все еще улыбаясь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дюк сказал мне, что жена Рейна была из более нормальной семьи, которая оказалась в грязной ситуации, которая закончилась тем, что ее пытали в течение нескольких месяцев. Он думал, что мы с ней поладим.

— Спасибо, что подвез ее, Малк, — добавила она, улыбнувшись ему. — Мы ее устроим.