Гиблое дело - Лорет Энн Уайт

видел его у рудника. И тогда были задействованы поисковые собаки. Но когда тело было обнаружено, Дон сумел убедить судмедэксперта и доктора Каллаган, что в смерти Гаса нет ничего подозрительного.

Кроме того, это Лидия достала из ящика стола ноутбук и добавила в чай Мьюринн снотворное – но не так много, чтобы оно убило ее: Мораны хотели, чтобы она осталась жива и ее можно было использовать в качестве приманки для Джета.

Гамильтону Броку повезло куда меньше. Он был застрелен из полицейского пистолета. Джет никогда не простит себе того, что навлек на друга смертельную опасность. Его приятель и понятия не имел, с чем имел дело. Даже в те трагические минуты он не осознавал всей серьезности ситуации…

Но главным было другое: Джет пролетел сквозь бурю и благополучно приземлился, доставив в город Мьюринн и ее ребенка.

«Улетай, сынок. Возьми ее. Иди. Начни все сначала».

Его отец был прав. Адам отдал жизнь, чтобы искупить грехи прошлого, и теперь настало время двигаться вперед – в память о нем. И в память о Трое О’Доннелле. В память обо всех, кто погиб и пострадал в той трагедии.

Джет вошел в больницу как раз в тот момент, когда доктор Каллаган заканчивала ультразвуковое исследование Мьюринн. Он привез Троя из лагеря, и мальчик сидел в комнате ожидания. Джет уже поговорил с сыном и все ему рассказал.

Джет подошел к кровати Мьюринн. Она улыбнулась.

– Доктор Каллаган говорит, все будет хорошо.

Доктор подняла голову и накрыла живот Мьюринн простыней.

– Да, Джет. Похоже, все в порядке. В крови Мьюринн нет никаких следов опасных веществ. Настой, который дала ей Лидия Уилки, быстро вышел из организма, не причинив вреда. Ребенок испытал такую же сонливость, что и мать, но хорошая новость заключается в том, что мы уже в третьем триместре. Плод полностью сформирован, и его жизненные показатели в норме. – Доктор Каллаган тепло улыбнулась, и ее карие глаза заискрились. – С мамой и дочкой все будет в порядке.

Джет украдкой взглянул на расплывчатую картинку на мониторе. При виде крошечного человеческого тельца сердце у него сжалось так сильно, что слезы обожгли глаза. Он потянулся к руке Мьюринн и посмотрел в ее удивительные зеленые глаза, как будто заглянул в потерянные годы. Слова были ему не нужны. Они наконец наверстывали то, что пропустили в первый раз.

Ее беременность.

Он улыбнулся, и его горло перехватило от эмоций.

– Я хочу, чтобы ты кое с кем познакомилась.

Лицо Мьюринн изменилось, в зеленых глазах появилась тревога.

– Он здесь?

Джет кивнул.

– Я попросил его прилететь домой. Сейчас нам нужно быть вместе. – Он пару секунд помолчал. – Я сказал ему, Мьюринн. Я сказал, что ты его мать.

Ее сердце нервно заколотилось, ладони сделались влажными. Она села в кровати. Взгляд устремился к входной двери.

Вошел Трой – темноволосый мальчик, которого она видела на пристани. На фотографиях. Сын Джета.

Ее сын.

Он робко остановился в дверях и вопросительно посмотрел на отца. Джет ободряюще кивнул, и Трой шагнул в палату. Его волосы были такими же иссиня-черными, как у Джета, а кожа гладкая и загорелая. Взгляд его огромных глаз был устремлен на нее. Эти глаза… они были такими же необычно-зелеными, как и ее собственные.

– Трой, – сказала Мьюринн, и ее голос прозвучал тихо и странно. Ей стало страшно. Она боялась отпугнуть его.

Трой молча подошел к постели, не сводя с Мьюринн взгляда. Было видно, что в его детской голове крутятся самые разные мысли.

Впрочем, он не был застенчивым ребенком: в его походке сквозила юношеская уверенность, плохо скрываемое любопытство. И Мьюринн еще больше полюбила Джета за то, что он был прекрасным отцом, сумевшим воспитать в сыне такой характер. Уверенность в себе сослужит мальчику хорошую службу в жизни! И все же в его взгляде, в том, как он сжимал кулаки, чувствовалась настороженность.

Мьюринн страшно хотелось его обнять, крепко прижать к себе, вернуть его детство, прошедшее без нее.

– Я так много слышала о тебе, Трой!

Мальчик молча кивнул.

– Джет сказал мне, что тебя назвали в честь моего отца.

– Он умер до того, как я родился.

При звуке его голоса на глаза Мьюринн навернулись слезы. Перед ней был ее сын! Вот он, ее второй шанс! Она была готова умереть от счастья.

Слезы покатились по ее щекам. Она нервно улыбнулась и потянулась за салфеткой, чтобы их вытереть.

– Мой папа сказал, что Трой О’Доннелл рассказывал ему про самолеты, и поэтому мой папа – пилот.

Мьюринн попыталась проглотить ком в горле. Она кивнула.

– Он… он был твоим дедушкой.

Трой слишком глубокомысленно для своих лет кивнул. Он довольно легко вступил в разговор, но время от времени поглядывал на отца в поисках поддержки.

– Я знаю. Папа сказал мне. Выходит, Гас был моим прадедушкой?

– А что твой папа говорил обо мне?

Трой бросил на отца вопросительный взгляд. Но Джет молча стоял в стороне, предоставив сыну возможность самому направлять разговор в нужное ему русло. Трой снова повернулся к Мьюринн.

– Он сказал, что всегда любил тебя и что ты моя мама. Но ты не могла быть здесь сразу. Тебе нужно было время.

Не зная, что на это ответить, Мьюринн посмотрела на Джета. Он выдержал ее взгляд.

Затем маленький Трой сжал губы и глубоко вздохнул, словно собираясь с духом. Он посмотрел на живот Мьюринн, потом на свои кроссовки, а затем снова поднял глаза.

– Могу я потрогать его?

– Ребеночка?

Он энергично кивнул.

– Да, – прошептала Мьюринн, беря его за руку. Ее сердце разрывалось от ощущения его руки в своей. Она положила маленькую ладошку себе на живот поверх одеяла. – Если подождешь, можешь почувствовать, как она толкается.

Трой сосредоточенно прищурился – мальчик, выросший здесь, в этом диком краю, где не стесняются говорить о жизни и смерти. Как ей всегда нравилось! Так, как ей всегда того хотелось.

– Вот, – прошептала она. – Почувствовал?

Его зеленые глаза вспыхнули. Он растерянно разинул рот.

– Это был ребенок?

– Да. – Она улыбнулась. – Твоя сестричка.

– Круто! – Трой улыбнулся, блеснув ярко-белой полоской зубов на фоне загорелой кожи.

И снова стал все тем же бесхитростным мальчишкой. Тем самым, которого она мельком видела на пристани, когда позавидовала Джету всем своим существом.

Ребенок, который, как оказалось, был ее сыном.

Джет подошел и положил руку ему на плечо:

– У медсестры есть для тебя мороженое, Трой. Мне нужно поговорить с Мьюринн, а потом мы дадим ей немного отдохнуть.

Трой улыбнулся ей и вышел.

Несколько долгих минут Мьюринн не решалась заговорить.

– Спасибо, Джет! Большое спасибо! Он… он… – Она вновь расплакалась, не в силах произнести даже слово. Джет обнял ее. – Это займет какое-то время, – прошептала она, всхлипывая ему в плечо. – Я так счастлива, что теперь смогу видеть, как он растет, становится старше!..

– Ты действительно решила остаться?

Мьюринн сказала ему это уже не раз, но Джету было страшно поверить и признать, что такое и впрямь может случиться.

– Я не собираюсь ни в какие чужие края, Джет. Все, что мне дорого, находится здесь, в Сэйв-Харборе.

Он стоял молча. Эмоции бушевали внутри, как лесной пожар. Какого черта он так испугался? Потому что боялся испортить этот второй шанс.

Но затем Джет собрался с духом и сказал то, что давно хотел, – пусть и не так, как планировал, потому что боялся упустить возможность.

– Выходи за меня замуж, Мьюринн! Я не хо-чу никаких секретов, никаких