Илартания. В объятиях сна (СИ) - Арунд Ольга

Только что они закончили с ежегодным отбором офицеров для президентского полка, оставив небезызвестного Адаларда Льера на закуску, но он не оправдал ожидания, впечатлив подготовкой даже Ренделла. Судя по досье, парень всю жизнь стремился к тому, чтобы сюда попасть и это внушало уважение. Тем более, что они искали именно таких — сильных духом и целеустремлённых, лучших из лучших, потому и отбирали офицеров самостоятельно, не доверяя этого никому другому.

И сейчас Воланда явно терзали противоречия — отказать парню и расслабиться или принять его на службу, приблизив его к Триане, к которой Льер неровно дышит. Возникни такая ситуация в прошлом году, Ренделл даже не сомневался бы в решении Воланда, но не в этот раз. Не тогда, когда за стандартную, по сути, проверку на честность он Ренделла чуть не прибил — себе он мог признаться, что от настоящей ярости Воланда его спасло расстояние между конференц-залом и визарной.

Он всех пассий друга проверял схожим образом и результат был разным — Воланд периодически на него рычал, но до откровенного мордобоя дело не доходило никогда. И милая девочка со звучным именем Триана Майерин уже вряд ли покинет президентский дворец, чтобы она себе не надумала и каких бы обещаний не давал Воланд.

— Что у нас в итоге? — Воланд поднял на него тяжёлый взгляд.

— Из тридцать шести кандидатов лично я согласен на четырнадцать. — Привычным движением пальцев Ренделл смахнул файлы с досье на визар.

— Не согласен с Миртоном и Шугом, первый слишком дёрганный, второй — скользкий. — Он убрал два досье.

— Что с Увахом? — Всё же последнее слово оставалось за президентом.

— Пусть пока остаётся, — Воланд открыл досье, — не стандартное образование, но хватит этого или нет поймём только в процессе подготовки.

— Льер?

Напряжённая тишина была ему ответом.

— Воланд, — Ренделл направил на него мрачный взгляд, — ты же понимаешь, что он лучший из всех, кого мы сегодня видели.

— Отчётливо, — продецил тот и снова замолчал. Оставалось лишь тяжело вздохнуть и начать изучать потолок, ожидая решения друга.

Рей не торопил, осознанно отказываясь брать на себя ответственность за судьбу этого парня — слишком много личного неожиданно вклинилось в исключительно служебные дела.

— Льер остаётся, — наконец решил Воланд, в очередной раз заставив Ренделла порадоваться его благоразумию. — Но если ты хоть слово сейчас скажешь — передумаю.

— Даже не думал.

Рей не собирался вызывать Воланда на откровенность и продолжил своё занятие, чувствуя прожигающий взгляд. Подумаешь, у девочки есть воздыхатель и, волею случая, он оказался здесь… По его мнению эта проблема и проблемой не была, учитывая что за столько лет у них так ничего и не было. В отличие между Воландом и ей разве что искры не летали, стоило им оказаться в одном помещении.

— Почему ты молчишь?

— Ты запретил мне язвить, — развёл руками Рей и принял пристойное положение. — А, вообще, чего-то я всё-таки не понимаю в этой жизни.

— Ты о чём?

— Когда ты планируешь сделать хоть что-то, чтобы девочка тебя простила?

Воланд откинулся в кресле и устало посмотрел на друга, тот дураком не был:

— В тот вечер у вас с Аранией ничего не было?

— Можно подумать, ты был не в курсе…

— Ну, — Рей действительно этого не знал, в пределах дворца за Воландом он практически не следил, — я не был уверен на сто процентов.

— Я действительно пустил её к себе, но мы выпили по бокалу виски, поговорили и она ушла.

— И что мешает тебе объяснить всё Триане? — По мнению Ренделла, этот абсурд давно закончился бы в общей постели, если бы эти двое честно поговорили. И с каждым днём он всё с большим трудом сдерживал желание запереть их где-нибудь на сутки.

Вот только выпроводит гармийцев и сразу займётся этим вопросом, и никакие сержанты не будут маячить поблизости.

— Я плохо представляю как это должно выглядеть, — скривился тот, кто ненавидит оправдываться. — Да и стоит ли?

Рей с жалостью смотрел на друга, хорошо, что тот не видел, отвернувшись в другую сторону.

— Слушай, Воланд, я, конечно, не специалист в отношениях, но по-моему, если за семьдесят лет тебя впервые зацепило, то второго шанса может и не представиться. И будешь на старости лет утешаться мыслями, что ты годился ей в отцы и вообще поступил правильно, дав шанс молодому перспективному сержанту.

— Ты специально меня доводишь?

И тут Рей не выдержал:

— Конечно, специально! — рявкнул он. — Чтобы ты, наконец, перестал заниматься самокопанием, пошёл к ней и выяснил всё от начала до конца! Достали уже оба! — Ренделл встал. — Одна ходит молча страдает, другой якобы благородно позволяет себя забыть. — Воланд хотел что-то вставить, но он не дал. — Нечего тогда подкарауливать её у сферы и Эверли.

Рей шумно вздохнул и завершил речь:

— И если ты в ближайшее время не решишь эту проблему, обещаю, я запру вас в бункере, пока вы не выясните отношения!

— Не лезь не в своё дело! — рявкнул Воланд.

— Ошибаешься! Ты мой друг и мне не безразлично то, что ты собственными руками портишь себе жизнь!

— Рей, ты забываешься, — Воланд сверлил друга взглядом, не обещающим тому ничего хорошего.

— Я тебя предупредил. — Ренделла давно ничего не пугало, прошедшая война напрочь отбила чувство страха.

И, выходя за дверь, он мысленно дал Воланду две недели, по истечении которых Рей исполнит угрозу, чтобы там друг себе не выдумывал.

К счастью, Саша была у себя, правда, судя по яростному шёпоту, в котором отчётливо прослеживались ругательства, до хорошего настроения ей было очень далеко.

— Что такого могло случится, что всегда сдержанная Александра Реинхилд так злится? — притворно округлив глаза, я с удобством разместилась в кресле.

— Мы должны были сегодня закончить с этим дурацким соглашением и начать, наконец, сборы, но энар Вагнер перенёс встречу на завтра. И видела бы ты довольную физиономию Квара в ответ на наше недовольство! Лягух ползучий!

— Вообще-то, они скорее прыгучие… — развеселилась я.

— Только не этот! — закатила глаза подруга. — Он в любую щель заползёт и выведает что ему надо. Брр, — она передёрнула плечами, — вживую он выглядит гораздо противней. Очень надеюсь, что за время стажировки не придётся с ним больше пересекаться.

— Мне слабо в это верится Уверена, что Квар ещё не худшее, что с тобой случится на международной политической арене.

— Это и пугает, — Саша, наконец, перестала мерять шагами комнату и устроилась в соседнем кресле. — Тебя случайно Лирон там, — она кивнула на дверь, — не поймал?

Однако, радикальная смена темы разговора.

— Нет, а должен был?

— Да кто его разберёт, — она забросила длинные ноги на подлокотник. — Вот вроде умный, расчётливый, в чём-то даже гениальный политик, а стоит увидеть симпатичную юбку и всё. Разительная перемена из хитрого премьер-министра в беззаботного ловеласа занимает треть секунды.

— А как же ты? — я весело подмигнула подруге. — Тебя он тоже заманил в свои сети?

— Скажешь тоже! — Саша фыркнула. — Когда я приехала в Гармию, глаз от книг не поднимала. Даже если попытки имели место быть, я их попросту не заметила, а вот тобой он интересовался и даже ко мне заходил с презентом и горячей просьбой сообщить твой номер.

— И что ты ответила? — Мне действительно было интересно.

— Странный вопрос, учитывая, что твой старый номер заблокирован, а нового я не знаю, — вскинула она бровь. — Но подготовка у него серьёзная, сама видела как он привёз из города огромную коробку, из которой выглядывали упаковки элитных сортов чая.

Я рассмеялась.

— Кстати, зря смеёшься, — не поддалась она, — я ещё не видела, чтобы ему отказывали. Собственно, от настойчивого поклонника тебя спасает только то, что у него нет доступа на этаж президента… Но что-то мне подсказывает, что и эту проблему он решит.

— Пусть решает, — мне абсолютно безразличен Дерек Лирон, — ничего нового он не услышит, нет у меня желания с ним сближаться.