На пороге - Денис Иванов-Ковалёв

в тумане. Затруднения с решением, в какую сторону двигаться, снова заняли мысли сталкера. Сверяться с КПК не имело смысла – связь отсутствовала. Оставалось довериться чутью и продвигаться вперед, разведывая местность.

Посапывая в респиратор, ветеран умеренным, но не слишком медленным шагом направился к огромному черному пятну, просматривающемуся сквозь дымчатое полотнище. Листья под ногами шуршали, ветки потрескивали, как бы аккуратно он ни пытался ступать. Напряженный гул тишины то набухал где-то над головой, тяготея, то ослабевал, позволяя расслышать на фоне хруста кустарника, как пульсирует в ушах кровь.

Желтые огоньки появлялись еще, и скоро Равлик нашел им объяснение, достигнув небольшой полянки, посередине которой высилось огромное уродливое дерево. В раскуроченной коре вместо отсутствующих сучьев пучились образования аномальной природы, которые и служили источником слабого свечения, именуясь «мертвым светом». Данный артефакт возникал при очень долгом контакте растительности с «ветошью», формируясь главным образом из «соцветий». Приманивая любопытных животных и незадачливых путников, он часто выступал причиной гибели оных в аномалиях поблизости, за что оброс недоброй славой и суевериями в сталкерской среде.

Казалось, Сергей уже был здесь, так как от представшей картины разило чем-то знакомым. И действительно, на морщинистых древесных покровах обнаружилась насечка буквой «Р», оставленная им во время первого посещения леса. Подойдя ближе, старожил не сразу приметил еще одну рядом – в виде «Ч».

Стрекот далеких выстрелов встряхнул чащу, разметавшись по расплывающимся в тумане кронам. Развернувшись, Сергей полностью погрузился в окружение, силясь понять, откуда исходит шум, но бесполезно – вездесущее эхо путало внимание, рассредоточивая. Вздохнув, ветеран бросил взор на показания мощности дозы, но снова, встряхнувшись, принялся озираться: лес прогудел, прожевывая одну за другой автоматные очереди. На этот раз Равлик, как ему показалось, сумел выявить истинный источник и немедля кинулся в его направлении.

Продираясь через сухостои и молодые заросли, проваливаясь в густой мох, увязая в топких проплешинах между вьющимися корнями, сталкер, сопя, вскоре выбрался к местечку, вид которого заставил остановиться.

Определенным образом наломанные ветви деревьев образовывали нечто наподобие оград вокруг растрепанной и осевшей палатки. Судя по листве с дождевой водой, скопившейся в складках тента, временное жилище простояло так значительное время. Рядом чернело кострище, и в золе с дерном угадывались жестяные банки да прочий мелкий мусор. «Они здесь были», – заключил ветеран и тотчас ринулся осматривать стоянку тщательнее.

Не обнаружив следов крови, гильз, признаков борьбы, Сергей уселся прямо на землю, приспустил респиратор, хватанув воздуха. Тот был полон запахов мокрой почвы и гнили.

Лес безмолвствовал.

Взревев, Равлик приложился кулаком о выпирающий подле корень, сразу же схватившись за ушибленную кисть. Глушь подхватила досаду сталкера, скомкала, бросила нелепым отзвуком на туманные полотна, где та затерялась без остатка. Прокряхтела в ответ чаща – где-то рухнуло прогнившее дерево.

– Ладно, – прошептал старожил, погрузившись лицом в ладони, протер глаза, – нужно понять… Всего лишь понять, как мы могли разминуться и куда они могли пойти…

Окрестности дрогнули от волчьего хохота, прервав раздумья. Холодная рукоять ножа впилась в пальцы, сдавленный выдох сковал горло. Тварь словно и не отпускала Равлика, но в то же время держалась на расстоянии, выжидая. Либо… Ветеран нахмурился. В голове ненароком всплыли предположения Чайкина насчет лесного массива. Если эта огромная аномалия взаправду коверкала пространство-время, его товарищи могли точно так же долго скитаться в дебрях, даже не подозревая, что наступают на следы друг друга. Если бы можно было как-то контролировать свое передвижение, связать все участки «расслоенного» пространства воедино… Может, именно благодаря этому странному артефакту Сергей, сам того не осознавая, смог выбраться из леса в прошлый раз?

Похлопав себя по карманам комбинезона, заглянув в рюкзак, сталкер в растерянности уставился перед собой.

– Где ты, когда так нужен? – процедил он, вытянув вперед руку и зажмурившись, будто пытался материализовать искомый предмет из ничего. Когда конечность затекла, уронил ту на колени.

Туман отступил, обнажив неказистые ребра елок, стройные станы осин и крючья покореженных дубов. Сквозь ветви и сероватую листву проглядывала кромка кирпичной ограды.

Не веря своим глазам, старожил поднялся. Ноги сами понесли его к заветной стене, у пролома в которой он скоро затормозил, часто дыша. Несомненно, это был выход: за ограждением просматривалось погрязшее в растительности асфальтированное покрытие, образуя дорогу, несколько раз используемую сталкером на протяжении года работы.

Странно, но грудь переполняли отнюдь не радостные чувства. Ветеран оглянулся, вновь представ перед обезображенным аномалиями лесом, молчаливо взирающим на человека из-под нахмуренных еловых бровей. Каким-то чудом ему удалось выбраться. Но лишь в одиночку.

До боли прикусив нижнюю губу, Сергей снова обернулся к выходу из этого проклятого места. Но только для того, чтобы проститься со знакомыми пейзажами, щемящими сердце, потому как в следующее мгновение он уже шел навстречу чаще.

Отодвинутая в сторону ветка мазнула чем-то мокрым по руке, и Равлик не придал тому значения. А когда преодолел очередной кустистый участок, застыл, уставившись на запястье, на котором остались кровавые разводы. Быстро сообразив, старожил повернул назад, теперь зорко цепляясь за каждую мелочь по пути к кирпичной кладке.

Почти у самой стены он углядел еще один неприметный след из наполовину подсохшей крови, точно кто-то схватился за ограждение немногим ранее. Осмотревшись, шагнул в зияющий прогал.

– Тритий!

Подскочив к сидящему по другую сторону напарнику, сдавливающему окровавленными пальцами район ключицы, Равлик рухнул рядом, на ходу стряхнув с себя рюкзак.

– Держись, держись, – бормотал сталкер, копаясь в аптечке, роняя шприцы и ампулы, не в силах бороться с дрожью, резко охватившей кисти рук.

– Не нужно.

Хриплый голос, холодный, совершенно отстраненный, заставил перевести взгляд на дезертира. Глаза его, закатываясь, пытались сосредоточиться на ветеране, с уголка еле шевелящихся губ мелкими струйками стекала кровь.

– Уже вколол промедол, – бывший военный выплюнул порцию темной вязкой массы, откашлялся, когда Равлик придержал его за лямки разгрузки. – Уйду быстро и… безболезненно.

Старожил, скривившись, помотал головой, но Тритий не дал ему сказать:

– Потерял много крови… Похоже, задели что-то важное.

Проследив за жестом вояки, сталкер лишь сейчас приметил недалеко кучку оборванцев, частично лежащих друг на друге. Армейское снаряжение выдавало в них бывших солдат. Некоторые еще сжимали в костлявых пальцах автоматы, перемотанные в нескольких местах кусками ткани, с отсутствующими крышками ствольных коробок и прикладами.

– Как это произошло? Откуда они взялись?

– Я не знаю, но после того, как ты с Алексеем пропал…

Сергей прищурился.

– Я думал, этот темник… – Тритий, поперхнувшись, стал говорить еще медленнее и тише: – …увел вас в лес. И «свита» тоже его…

– Нет, все не так…

– В любом случае, – вцепился дезертир в руку товарища, держащегося за разгрузку, – я