Цицерон - гроза тимиуков - Андрей Саломатов

Алешу затолкали в пустую клетку как раз напротив ушастого. Стражники заперли за ним дверь на замок, посоветовали не шуметь и удалились. В круглом зале снова установилась тишина, и только потрескивание факелов да тяжелое дыхание спящих обитателей говорили о том, что мрачное подземелье обитаемо.

Воздух в зверинце был тяжелым: пахло гарью и навозом, отчего у Алеши защипало глаза и запершило в горле. Клетка, в которой он оказался, была удивительно тесной и грязной. Похоже, здесь кто-то жил совсем недавно: по всему полу были разбросаны обглоданные кости и клочья шерсти.

Существо напротив внимательно рассматривало новенького, и Алеша, чувствуя себя неловко под любопытным взглядом, поздоровался:

— Здравствуйте. Я — землянин. Меня зовут Алеша. А вас?

Ушастый ничего не ответил. Он почесал затылок, медленно отвернулся, и Алеша подумал, что либо он не разумный, либо в памяти автопереводчика нет языка его планеты.

— Жаль, — разочарованно проговорил Алеша. — А то бы не так скучно было сидеть. Но все равно я буду говорить. Может, вы хоть что-нибудь поймете. У меня есть приятная новость: нас всех скоро освободят. Сюда идут мои друзья: огромный железный человек, мимикр и… папа. — На глаза Алеши навернулись слезы, но он взял себя в руки и продолжил: — Они всех выпустят на свободу. Понимаете?

Существо снова посмотрело на Алешу блестящими глазами, перебросило уши за спину и почесало живот.

— Все ясно, — вздохнув, сказал Алеша. — Ты просто очень симпатичное животное.

— Сам ты животное, — вдруг заговорил ушастый. — Меня зовут Нулпак. Я наследный принц Анананского королевства.

— Вот это здорово! — воскликнул Алеша, да так громко, что слева басом зарычал какой-то зверь, а в одном из углов кто-то очень крупный бросился на прутья клетки. В зверинце поднялся шум. Разбуженные животные принялись выть, мычать и хрюкать, и тогда Алеша понял, что стражники не зря предупреждали его о соблюдении тишины.

— Ты ребенок, что ли? — спросил Нулпак.

— Ну… в некотором смысле, — ответил Алеша.

— Как можно быть ребенком в некотором смысле? Или ты ребенок, или взрослый.

— Ребенок, — признался Алеша и почему-то покраснел. — Нас скоро освободят, — без прежнего энтузиазма повторил он.

— Когда освободят, тогда и будешь говорить, — проворчал ушастый. — У тебя есть что-нибудь поесть?

— Нет, — ответил Алеша и зачем-то похлопал себя по карманам.

— Жаль, — вздохнул Нулпак. — Я бы сейчас что-нибудь съел.

— А что, они не кормят своих животных? — спросил Алеша и снова покраснел. — Я хотел сказать — пленников.

— Кормят, — не обратив внимания на обидную ошибку, ответил Нулпак. Тухлым мясом каких-то грызунов и несъедобной травой. Негодяи! Если я когда-нибудь выберусь отсюда, обязательно вернусь со своим войском и завоюю эту поганую планету. А шестиногого полководца посажу в клетку. Будет развлекать в моем дворце гостей.

— Ну и чем вы тогда отличаетесь от Великого Полководца? — спросил Алеша. — Он вас в клетку, потом вы его. А вдруг его освободят? И тогда он опять посадит вас. Этому же никогда не будет конца. Кто-то один, более умный, должен все это закончить.

— Ничего ты не понимаешь. Умный нашелся, — возмущенно фыркнул Нулпак. — Да что с тебя возьмешь? Ты же ребенок. — Ушастый отполз в угол клетки, свернулся калачиком, положил ладони под голову и закрыл глаза. — Когда твои придут тебя освобождать — разбуди. Кстати, там, в углу, сидит ещё один разумный. Не забудь про него.

— Хорошо, — пообещал Алеша. — Спокойной ночи.

— Спокойной! — усмехнулся Нулпак и надолго замолчал. Алеша тоже устроился поудобнее и уже было задремал, как ушастый снова заговорил: Слышь, ребенок?

— Да, слышу. — Алеша быстро вскочил на ноги и прильнул к решетке.

— Если твои друзья меня действительно освободят, каждый из них из королевской казны получит по мешку алюминия и в придачу по анананской красавице. — Нулпак сделал паузу и добавил: — И ты тоже.

— Спасибо, — растерянно ответил Алеша. — Но нам ничего не надо. Мои друзья это сделают бесплатно. К тому же алюминия на Земле навалом. У нас из него делают кастрюли и лыжные палки.

— Кастрюли?! — удивленно воскликнул ушастый и даже встал со своего грязного ложа. — Из алюминия? Ты что, тоже принц?

— Нет, я самый обыкновенный школьник. Просто на нашей планете очень много этого металла.

— И что же, у вас все едят из настоящих алюминиевых кастрюль? — не веря мальчику, спросил Нулпак.

— Многие. Только мы едим не из кастрюль, а из фарфоровых тарелок. Но алюминиевые кастрюли и сковородки есть в каждом доме.

— Интересная планета, — пробормотал Нулпак и, задумавшись, сел в углу клетки. — Если это правда, обязательно к вам прилечу. А вам вместо мешков с алюминием я подарю по три лучших красавицы.

Алеша представил ушастых красавиц Анананского королевства, улыбнулся и сказал:

— Спасибо, но красавиц нам тоже не надо.

— Ты хочешь сказать, что каждый житель вашей планеты имеет сколько угодно красавиц?

— Нет, не сколько угодно, — ответил Алеша. — Но у моего папы уже есть одна красавица — моя мама. Она не разрешит нам с папой поселить в квартире шесть девушек. А железному человеку они и вовсе не нужны. Он живет в сарае и больше всего любит крутить под коленкой гайки.

— Дикари, — снова устраиваясь спать, тихо проговорил Нулпак. — Ладно, когда нас освободят, я сам поговорю с твоим отцом. Ты же ничего не понимаешь в красавицах, ребенок.

Алеша опять сел у стены и незаметно для себя крепко заснул. И приснилось ему, будто стоит он с Цицероном во дворце анананского короля прямо напротив трона, на котором восседает сам глава государства, а вокруг снуют ушастые красавицы в тяжелых парчовых платьях, и у каждой в руках по большой алюминиевой кастрюле с наваристым борщом. Алеша вспомнил, что давно не ел, проглотил слюну и хотел было попросить у одной из красавиц налить ему тарелочку вкусно пахнущего борща, но видение вдруг пропало, и Алеша проснулся. Разбудил его громкий металлический лязг и голоса обитателей зверинца. В первый момент мальчик не понял, где он находится. Он протер глаза, потянулся и увидел, как дряхлый тимиук в заношенном до дыр платье открывает дверцу соседней клетки. Старик бросил ушастому небольшую охапку пожухлой травы, мертвого зверька, похожего на земную крысу, и сказал:

— Это тебе на целый день.

— С сегодняшнего дня я отказываюсь это есть, — брезгливо поморщившись, сказал Нулпак.

Алеше работник зверинца показался совсем не злым, и, решившись, он попросил: