Я всегда буду с тобой - Владимир Козюра

Она подошла к отцу и прижалась. Ликование вновь сменилось непониманием и тревогой, люди начали отходить к танкам, бросая насторожённые взгляды в сторону лесной чащи.

Ещё один взрыв, на этот раз гораздо ближе…

Защитники столпились у одного из танков, даже те солдаты, которые перезаряжали орудия, оставили позиции и начали отходить к общей группе, другие забрались на стальных гигантов, и все вместе пристально вглядывались вглубь леса, не забывая следить и за тварями, пожиравшими себе подобных.

– Красный! Ты что-нибудь видишь? – крикнул Виктор.

Он с дочкой обошёл орудия и оказался ближе всех к лесу. Стволы деревьев – елей и сосен – были не слишком толстыми, но росли близко друг к другу, многие из деревьев ещё зеленели. Поэтому дальше пяти-десяти метров ничего не просматривалось.

– Витя! Смотри на этих тварей! – прокричал дозорный.

Существа, которые недавно жадно поглощали мясо, теперь замерли и просто наблюдали за людьми.

«Вторая волна! – Виктор осознал это со всей ясностью и очевидностью. – Конечно!»

– Быстро! Занять позиции! – прокричал он, схватил Аню за руку и начал отходить к танкам. – Они нас обошли!

В это мгновение совсем близко раздался такой пронзительный и дикий вой, что в ушах зазвенело, и десятки изголодавшихся тварей, испуская ужасающие звуки, посыпались с верхушек деревьев.

Мутанты неоднократно предпринимали попытки проникнуть в крепость, но минные поля не давали им приблизиться, и грохот взрывов доносился до людей каждую ночь. Но существа не были примитивны, они умели сопоставлять, анализировать и исправлять свои ошибки. И с течением времени сообразили, что есть и другие пути, ведущие к цели: можно бесшумно и безопасно передвигаться по деревьям.

Голод поставил под угрозу само существование многотысячной колонии особей. И чтобы выжить как виду, потребовалось жёсткое и жестокое иерархическое разделение, диктующее каждой особи своё место и предназначение, подчинённое служению общей цели. Самые слабые и бесполезные для колонии особи, потеря которых никак не сказалась бы на процветании вида, призваны были отвлечь внимание людей на себя. Они и составили первую волну нападавших. Их участь была предопределена – быть съеденными своими сородичами или же погибнуть, давая возможность более сильным и крупным особям продвигаться незамеченными к крепости.

Но твари оказались не только хитры и сообразительны, они способны были испытывать азарт и тщеславие от превосходства над противником. И сейчас они не просто стремились утолить голод, они затевали новую игру с потенциальными жертвами…

Сразу за защитным рвом начинался лес, вырубать который никто и не собирался. А зачем? Кто сможет преодолеть все минные поля и перепрыгнуть десятиметровый ров? Никто. Но люди не могли и предположить, что мутанты додумаются атаковать их с верхушек деревьев.

Прыгая с деревьев, многие особи сразу достигли берега. Те твари, которые были заняты едой, словно получив приказ, тоже бросились в атаку.

Вновь тысячи пуль устремились в нападавших, но теперь их натиск остановить было невозможно. Прогремели выстрелы танков и отбросили ещё одну волну чудовищ, пытавшихся перебраться через мост, и на этом смолкли. Мутанты метнулись к мосту, мгновенно его преодолели, и теперь их встретил лишь огонь из дота, не способный помешать им переправиться и накинуться на людей.

Гигантские крысы, которые сыпались с небес, были трудной мишенью. Они приземлялись и бежали, лавируя между телами убитых и свинцовым потоком.

– Аня, беги за мной! – закричал Виктор, устремляясь к противоположному краю. Люди, словно рассыпавшийся бисер, разбегались в разные стороны, а твари всё прибывали и прибывали.

Отовсюду доносились людские крики. Мутанты, стремительно приблизившись ко второй линии обороны, расправлялись с обезумевшими от ужаса людьми. Волна, хлынувшая через мост, поглотила стрелков на доте и понеслась дальше.

Виктор и ещё несколько десятков защитников добежали до края и стали отстреливаться. Пулемётчики на вышках вели огонь, но твари быстро их обнаружили и кинулись наверх.

– Папа! – заплакала Аня, глядя, как в дикой пляске смерти погибают последние из защитников. – Куда нам дальше бежать?

– Стань за меня! – скомандовал он и открыл огонь из автомата.

Люди, став строем, продолжали держать хрупкую оборону.

Дальше бежать было некуда: до контейнеров далеко и там уже идёт бой, а через «реку» – десять метров колючей проволоки, невозможно перебраться.

С вышки, расположенной в нескольких метрах слева от них, слышались пулемётные очереди. Люди неслись к ней и, охваченные безумным страхом, карабкались наверх в поисках спасения.

Виктор схватил дочь и тоже бросился к вышке. Люди, в надежде забраться повыше, облепили всю конструкцию.

Несколько десятков монстров, расправившись с теми, кто укрывался в контейнерах, дико рыча и визжа, помчались в сторону вышек.

– Аня, маленькая! – прокричал Виктор сквозь слёзы. – Давай я тебя попытаюсь перебросить.

– Нет, папа! Я боюсь, ты не добросишь!

«Конечно, не доброшу! – как сквозь сон подумал Виктор и протёр глаза – Идиот! Это конец!»

Люди не прекращали стрелять, но поток монстров докатился до вышки, и чудовища полезли наверх. Десятки монстров одновременно прыгнули на конструкцию, не обращая внимания на стрелков за ней.

Зубы чудовищ впивались в руки и шеи людей, которые кричали и молили о пощаде.

Но на мгновение всё перекрыл сильный треск и скрежет металла – вышка под весом скопившихся тел накренилась и начала падать в сторону леса.

3

Виктор вовремя успел схватить Аню и отскочить в сторону. Металлоконструкция быстро упала, десятки монстров и людей исчезли в сверкающих волнах колючей проволоки. Снизу раздавались крики о помощи и рычание монстров, сопротивляющихся цепким объятиям колючки.

– Аня, быстро на шею! – закричал Виктор.

Он перебросил автомат через плечо, и малышка забралась к нему на спину. Мужчина ступил на поверженную вышку, которая превратилась в мост, дающий единственный шанс на спасение. Он встал на четвереньки, и по перекладинам, когда-то служившим ступеньками, насколько мог быстро стал перемещаться в сторону другого берега.

– Только держись! – крикнул он и ощутил, как дочь крепче обхватила шею. Дышать стало сложнее, а сердце так колотилось, что он перестал слышать крики людей и вопли тварей.

За ним устремилось несколько человек. Кто-то оступился, и его тело скрылось в реке смерти. Уцелевшие монстры тоже кинулись через «мост» за убегающими и уже на середине догнали одного обречённого. Солдат успел что-то прокричать, и вместе с несколькими вцепившимися в него тварями свалился в ров. Почти сразу прогремел взрыв – человек успел выдернуть кольцо и подорвал себя и чудовищ вокруг. От взрывной волны часть стенки рва обвалилась, и тот конец «моста», который заканчивался пулемётным гнездом, сорвался и рухнул вниз. Выходов из крепости не осталось.

4

Виктор прекрасно знал, как перемещаться по минным полям. Ведь это он придумал схему закладки мин. Растяжка – и сразу мина, два шага – и вновь растяжка и две мины, одна за другой, ещё два шага – и всё заново. И это безумие растянулось на несколько десятков метров. Но выбора не было.

Перебравшись на другой берег, Виктор отошёл на десять шагов, это был безопасный периметр, и обернулся, чтобы подождать остальных. Прозвучал взрыв, и он немного присел, держа дочь на спине. Больше никто не сумел перебраться – они оказались единственными, кому повезло.

Он смотрел на крепость и не верил своим глазам. Самое огромное скопление тварей кишело у второй линии, там, где полегло больше всего защитников. Чудовища визжали и толкались, разрывая тела людей и жадно поглощая куски мяса. Огонь ещё вёлся из пулемётов некоторых танков, не смолкал и дот – мутанты не могли прогрызть толщину брони и металла. Часть монстров рыскала среди контейнеров, видимо, кто-то сумел укрыться внутри. Но людские крики прекратились, доносились лишь злобные вопли дерущихся за мясо тварей.

Один из мутантов, который рыскал среди броневиков, поднял голову и принюхался, затем обернулся в сторону обрушившегося моста и с пронзительным визгом ринулся к нему.

– Только не отпускай! – сказал Виктор, развернулся и начал отсчитывать шаги.

5

«Два шага, переступаем растяжку и ставим ногу немного дальше, чтобы не наткнуться на мину». Зелёная трава исчезла, выгнила, листья и опавшие иглы тоже сгнили, и лишь высохший, сильно пожелтевший мох хрустел под ногами. Среди коричневых стволов и грязного настила натянутые нити были очень хорошо заметны. Нужно помнить одно: после первой растяжки – мина, а после второй – сразу две, только бы не перепутать последовательность.

Виктору казалось, что он прошёл несколько километров, так тяжело ему давалось преодоление собственных ловушек. Лоб покрылся испариной, капельки пота иногда срывались и тоненькой струйкой текли по лицу. Когда они докатывались до верхней губы, он их слизывал, ощущая солоноватый вкус. Ребёнок изо всех сил держался за шею, и Виктор не всегда мог сделать полноценный вдох. Ремень автомата больно резал плечо, а гранаты периодически чувствительно ударяли по бёдрам, но это было неважно. Ведь они живы! Он и его родная дочь.